Некромант: испытание блондинкой (СИ), стр. 3

— Адептка фон Боржо, почему вы все еще здесь? — строго, как и подобает начальнику, спросил ректор.

— Да, фон Боржо, обедневшим родам здесь не место, почему вы все еще здесь? — нагло ухмыляясь уточнил Кисанче.

— Кисанче, заметьте, обедневшим, а не отупевшим, как в вашем случае. — Мило улыбнувшись, пропела я и тут же перевела взгляд на ректора и помахала ключиком. — Уже бегу, задержалась маленько.

Глава 5

— А, ну, стоять! — в голосе Мийя сквозило ледяной яростью.

Трижды «ха-ха»! Зазнайку зацепило мое замечание. То ли еще будет!

Наглый тип больно схватил меня за руку и резко развернул к себе, не дав мне выйти в коридор.

— Пойдешь со мной!

— Мий, немедленно отпустите адептку! — предупреждающе произнес ректор.

— Я только провожу ее до комнаты и устрою экскурсию. Разве это запрещено? — наглец еле сдерживался от злости.

— Папуленька, Мий же не дурак причинять мне вред, он выглядит благоразумным, — пропела я, глядя ангельскими глазками на багровеющее лицо Эммануэля.

А что, Эль мне никто, так почему бы ему не побыть немного папуленькой для моего спасения? В наступившей тишине отчетливо послышался скрип ректорских зубов. Кисанче был слегка обескуражен: одно дело глумиться над девкой, а другое — над ректорской дочкой, пусть и бастардом. Хватка ослабла, и мы вполне себе сносно дошли до моей комнаты.

— Следи за языком, дочурка, можешь и впасть в немилость.

— Королевскую? — наигранно ужаснулась я.

— Мою, дура, — фыркнул этот приставала.

— То есть, король Академии не ты? — разочарованно протянула я.

— Я, — зло ответил Мий и выругался. — Точно дура.

— Ага, ага. — сочувственно закивала я. — Ты не можешь определиться, а виновата я. Конечно, не правительство же, понимаю.

А Мий развернулся и скрылся в своей комнате, захлопнув за собой со всей силы дверь. Взбешен. Ну, прекрасно, мы еще и соседи.

Я все-таки довела этого противного адепта почти до нервного срыва, вон, уже дверями хлопает. Какая я молодец! Матушку довела, Инквизицию довела, ректора довела, теперь вот кавалеров довожу: Степана и Мийя. Какая интересная жизнь у меня началась!

Я открыла ключом свою дверь и толкнула, чтобы зайти. Но с порога я увидела такое, что мои прекрасные блондинистые волосы встали дыбом! И вместо возгласа удивления, у меня вырвался совершенно ненормальный крик ужаса.

Когда прибежал Мий, я не заметила. Зато то, что он стал походить, наконец, на нормального человека, отметила сразу. Выражение лица стало человеческим. Он оттолкнул меня от двери и зашел сам. Зря это он. Побелел, но сдержался, уважаю, и вызвал по артефакту ректора. Соображает. А я что-то сдала позиции.

Эммануэль де Виннаре зашел в комнату и задумчиво уставился на трупы, аккуратно разложенные посреди комнаты. Девушки, исключительно блондинки, лежали на полу лицом вверх: две горизонтально и одна вертикально, составляя собой какой-то символ. Система? Да. Какая? Ни одной мысли.

Мий встал в дверях и задумчиво уставился на девушек. Ректор посмотрел на меня нечитаемым взглядом и сделал вид, что мы не знакомы. А, когда из портала, открытого прямо в комнате, вышел королевский дознаватель, все вообще забыли про меня. Я же решила, что комната мне совсем не нравится и ушла в коридор, где уселась на подоконник с ногами и уставилась в окно.

Там, во дворе Академии, шел снег. Снег посредине лета. И несколько адептов, явно не первокурсников, нервно оглядываясь, убегали со двора. Одна из них была точно девушка, судя по темно-рыжей косе, мельнувшей на несколько мгновений. Но больше ничего рассмотреть было невозможно.

Пока я следила за снежинками, коридор заполнился доносящимися издалека гомоном, топотом ног и хлопаньем дверей. Здесь, в отдалении от основного учебного корпуса звуки скрадывались, но все же было ясно, что Академия живет своей жизнью.

— Чего грустишь, выгнали?

Я бросила созерцание двора, где снег начал таять, и появились проплешины, и повернулась к нежданному собеседнику. Невысокая стройная девушка, черные волосы, идеальное каре, шпилька, юбка «по самое не могу» (классификация такой длины моей бабушки), шелковая блузка. Самомнение у нее точно огромное, хотя бы потому, что все в ней было идеально. Не люблю таких, но восхищаюсь ими. Придется общаться, надеюсь, не все пять лет.

— Не оценили по достоинству, — хмыкнула я и поджала губы.

Глава 6

— Думаешь, передумает?

Я потеряла нить разговора и решила поставить собеседницу в неловкое положение:

— Ты о ком?

— Мий, ты же его ждешь?

Интересная ситуация. Ладно, поддержим разговор, может, выясню, наконец, что ей от меня надо.

— Это который сегодня ректору хамил и мне синяки на руке оставил?

— Похоже на него, — настороженно кивнула девушка, — решил на место тебя поставить?

— Пф, влюбился скорее всего, но я таких гоню мокрой тряпкой.

Зачем я решила потрепать нервы этой девушки объяснить не могу. Возможно, потому что она приближенная Мийя, может, его девушка, а, может, и негласная королева Академии. Просто так к этому засранцу Кисанче вряд ли ходят.

Пока чернявая соображала, я сменила тему и кивнула на окно:

— А это что у вас такое?

— Внутренний дворик, — пожала она плечами, — новенькая что ли?

Почему она так спокойно отвечает? Я резко повернула голову к окну и замерла: двор был самый обычный. С зеленой травой, каменными дорожками и фонтаном посередине. И никакого снега. И никакого следа. Я моргнула. Потом еще раз. Ничего не поменялось. Я задумчиво повернулась обратно.

— А ты кто? — внаглую, нарушая все правила приличия, спросила я.

И тут уже проявилась сущность этой дамочки. Она посмотрела на меня, как на грязь и высокомерно произнесла:

— Мий тебе объяснит, кто Я! Со мной лучше дружить, инче, не жить тебе и пощады не жди.

— Боюсь, ты не представилась, равно, как и я. Поэтому, твоя же угроза относится и к тебе. Сначала выясни, кто я, а потом разбрызгивай тут яд.

— И кто же ты? — красотка поумерила свой пыл, но все еще держалась очень надменно.

— Сама выясняй, помогать, уж прости, не буду, — холодно произнесла я, в душе надеясь, что мой блеф откроется совсем не скоро.

В это мгновение дверь моей комнаты открылась и из нее вышли Мий, ректор, дознаватель и… и еще какой-то молодой человек. Блондин с ледяными глазами и окладистой бородой. Высокий, с выправкой, достойной королей, крепко сбитый, и до того сдержанный, что даже адепт Кирсанче, раньше казавшийся мне эталоном спокойствия и непрошибаемости, на его фоне сильно нервничал и мельтешил.

Деваха элегантно процокала к Мийю:

— Что случилось?

Мий плотнее сжал губы.

— Говори!

Кирсанче покрылся капельками пота, но сжал губы еще плотнее. И тут ему на помощь пришел блондин с великолепным басом.

— Адептка, он ничего не скажет, на нем магическая клятва. Ректор фон Виннарэ, не забудьте наложить дисциплинарное взыскание на…

— Адептка Жоржет де Бех, — отозвался мрачный ректор.

— Да, да, именно на нее за незаконное воздействие магией на адепта без его согласия в стенах Академии Некроманов. Ваше заклинание, наложенное на него, я, пожалуй, сниму. Иначе вы его до гроба доведете.

Я рассмеялась. Нет, правда, это же смешно! Некроманта до гроба доведет! У меня аж слезы на глазах выступили. И чего они на меня так мрачно смотрят? Поголовно все.

Я соскочила с подоконника и попросила ректора шепотом переговорить наедине.

— Сейчас не время, — все так же мрачно ответил де Виннаре.

— Это может быть важно, — прошептала я, косясь на блондина, который начал еле заметно принюхиваться, водя носом из стороны в сторону.

— Ректор де Виннаре, утолите жажду адептки, переговорите с ней, — произнес блондин тихо, но тоном, не терпящим возражения.

Мы послушно отошли, а мне перехотелось говорить на важные темы.