Десять лет назад (СИ), стр. 53

Даша притихла, прижавшись ко мне, и смотрела на отца большими, испуганными глазами. Ирма молча взяла мою сумку покрепче, её лицо было каменным. Подруга готова была ринуться в бой.

Вместо ответа я повернулась к дочери.

— Дашенька, иди с дедушкой и тётей Ирмой к их машине, хорошо? Я сейчас догоню.

— Мама, а папа… — шепнула она.

— Всё хорошо, солнышко. Иди.

Папа, поняв мой намёк, взял Дашу за руку, бросив на Гену уничтожающий взгляд. Ирма кивнула мне и пошла с ними к своей машине, припаркованной чуть дальше.

Когда они отошли, я повернулась в сторону бывшего мужа. Встретила взгляд Гены. В его глазах была та самая «искренняя» мука, которую он так мастерски изображал. Раньше этот взгляд заставлял меня таять. Сейчас я видела только театр.

— Десять минут, — холодно сказала я. — Начинай.

— Ты… ты так со мной разговариваешь? — он сделал вид, что обиделся. — А я ведь приходил к тебе в больницу.

— Девять минут, Гена. Ты сам выпросил этот разговор.

Он вздохнул, провёл рукой по лицу.

— Ладно. Я виноват. Всё признаю. И с Маринкой была глупость, и пил много… Я ужасный. Но я осознал! Ты же не хочешь, чтобы Даша росла без отца? Давай попробуем ещё раз. Я заплатил все по счетам. Всё будет по-твоему. Буду приходить трезвым. Мы же столько лет вместе…

Он говорил те же слова, что и всегда. Тот же текст, та же интонация. Словно заученная молитва, которую он читал в надежде на спасение.

— Лыка да мочало, начинай сначала, — подумала я, но вслух не сказала.

Я слушала, глядя куда-то мимо него, на голые ветки деревьев во дворе больницы. И ждала, когда же он перейдёт к главному.

— Гена, давай покороче, — перебила я его поток сознания, — В душ хочу, сил нет. Толком эти дни и не мылась.

— … И потом, куда ты денешься? У тебя же работы нет. У Ирмы на шее сидеть? Это ненадолго. А я — твой муж. Обязан о тебе заботиться.

Вот и дошли до самого сладкого.

— Я не твоя жена, Гена. Юридически — уже нет. А работа у меня есть. И забота мне теперь нужна другого рода. Не твоя.

— Светка, ну какая это работа? Ты же дома сидишь, что-то там в компьютере пальцами тычешь. Все время в каких-то социальных сетях зависаешь. Что это за работа-то? Так на колготки, да на шпильки себе зарабатываешь.

Его лицо исказилось. Маска раскаяния сползла, обнажив привычное раздражение.

— Опять ты за своё! Гордость, понимаешь, дурацкая! Ну куда ты такая пойдёшь? Кто тебя возьмёт? Ты себя вообще видела? После больницы вообще страх божий, смотреть противно. Толстая и белая, как квашня.

— А ты себе глазки вилочкой выколи и не смотри, — тихо прошипела я, чтобы кроме него никто этой фразы не слышал. — Надоел.

В этот момент позади меня раздался звук захлопывающейся двери. По асфальту, поскрипывая снегом, быстро шёл Женя. Он был без куртки, в одном свитере, словно выскочил из машины, не успев одеться.

— Всё в порядке, Светлана? — спросил он, останавливаясь рядом.

Его взгляд скользнул по Гене, оценивающе и без тени дружелюбия.

Гена осекся, смерил Женю взглядом от головы до ног.

— А это кто ещё такой? Что-то мне рожа твоя знакома.

— Друг, — просто сказала я. И почувствовала, как странно и правильно звучит это слово в данном контексте.

— Спасибо, Женя, всё в порядке. Мы как раз заканчиваем.

— Я вижу, — сказал Женя, не отводя глаз от Гены. — Машина готова, идем.

Гена фыркнул. В его глазах заплясали злые огоньки.

— Ага, понятно. Уже и «друзья» новые появились. Быстро ты, Света. Ну что ж… — Он отступил ещё на шаг, показывая, что умывает руки. — Раз так, не жалуйся потом. Помни, я пытался. Еще поплачешь у меня, локти кусать будешь, что от такого хорошего мужика отказалась. Лучше меня все равно не найдешь!

— И слава богу, — проворчала я себе под нос, — Я надеюсь на это, что такое в моей жизни больше не встретится.

Он развернулся и, не оглядываясь, зашагал к своей машине. Рывком открыл дверь, завёл мотор и с визгом шин выехал со стоянки.

— Прости, что вмешался, — тихо сказал Женя. — Просто увидел из окна… Показалось, что тебе неприятно. Не хотелось, чтобы ты опять попала в больницу из-за ругани.

— Спасибо, — я обернулась к нему. — Ты очень вовремя. Но в целом все было под контролем.

Он улыбнулся, и от этой улыбки стало по-настоящему тепло.

— Да ничего. Пойдём? Все тебя ждут.

Я кивнула и пошла с ним к машине Ирмы, где из окна уже выглядывало испуганное личико Даши. Надеюсь, Гена меня оставил в покое, а то он мне уже начал надоедать во всех моих сколько-то там реальностях.

Глава 51 В последний раз

Женя с нами не поехал, сказал, что просто заскочил в больницу, убедиться, что все со мной в порядке и меня есть кому забрать.

— Я на часик всего с работы отпросился, — улыбнулся он.

— Спасибо, что заехал, — кивнула я.

— Ещё увидимся, — махнул он рукой. — И если что, то звони.

— Обязательно, — улыбнулась я.

Дома родители опять пытались уговорить нас с Дашей остаться жить у них. Ирма убедила их, что мы с Дашей нисколько ей не мешаем.

— Ирма, но ведь у тебя сейчас только своя личная жизнь наладилась, а тут девчата у тебя под боком, — сказала ей мама.

— Микола сейчас работает, так что девочки мне нисколько не мешают. Даже с ними веселей. Да и от Гены мы быстрей отобьёмся все вместе.

Папа покосился на Ирму, потом на меня, но возражать не стал. Видимо, решил, что две подруги справятся лучше. Да и авторитет Ирмы в нашей семье был непререкаем — все помнили, как она вытаскивала меня из предыдущих депрессий.

— Ладно, — вздохнула мама. — Только обещайте, что при малейших проблемах — сразу к нам. Не геройствуйте.

— Обещаем, — хором ответили мы с Ирмой и переглянулись, как две школьницы.

На кухне нас ждал праздничный обед. Пахло пирогами, тушёной курицей и ароматным чаем. Это был какой-то рай после больничной еды и обстановки. Мы ели, болтали, Даша наперебой рассказывала, как у неё проходят первые учебные дни после зимних каникул.

После обеда мы собрали вещи — мои, которые папа привёз из той квартиры, и Дашины. Их оказалось не так много: одна большая спортивная сумка и рюкзак. Глядя на этот нехитрый скарб, я снова ощутила ту странную лёгкость. Всё моё имущество помещалось в багажник Ирминой машины.

— И снова я переезжаю, — усмехнулась я.

— В следующий раз переезжай, пожалуйста, в свою квартиру, — попросила Ирма.

— Обязательно, — кивнула я. — Я постараюсь.

— Как хорошо, что ты сбежала от Гены перед самым Новым годом. Я давно так его не праздновала. Да и с твоей помощью мы обнаружили самый лучший, самый замечательный и самый неожиданный сюрприз.

— Значит, всё это было правдой? — пробормотала я.

— Ты ничего не помнишь? — немного расстроилась Ирма.

— Так, частично.

— О, это была самая замечательная история. По дороге я тебе всё расскажу.

— Я хочу это послушать, — улыбнулась я.

По дороге Ирма воодушевлённо рассказывала всю ту историю с тестами на беременность, а я тихо радовалась, что всё это происходило в этой реальности на самом деле. Я слушала, и сердце наполнялось тёплой, сладкой радостью — за неё, за них обоих.

— Ирма, это чудесно, — искренне сказала я. — Я так за вас рада.

— Без тебя бы ничего этого не было, — твёрдо заявила она. — Я бы и тест-то не купила. Так что готовься быть крёстной. Обязательно!

Всю оставшуюся дорогу мы планировали, как обустроим детский уголок, смеялись над будущими капризами беременной Ирмы и паникующим Миколой.

Квартира Ирмы встретила нас тишиной и запахом свежезаваренного кофе. Миколы не было, он снова уехал на заимку. Мы быстро устроились в отведённых нам комнатах. Пока мы разбирались с вещами, Ирма поставила чайник, а потом я устроилась с ноутбуком проверять, как всё работало без меня.

Оказалось, работало неплохо. Мои небольшие удалённые проекты — вёрстка буклетов для местной типографии, администрирование соцсетей для пары знакомых Ирмы и рекламные кампании — тихо ждали моего возвращения. Клиенты были в курсе моей госпитализации и не торопили. Это было огромным облегчением: значит, источник дохода у меня был практически таким же, как и в другой хорошей реальности. Не пришлось с порога бросаться на поиски любой подработки.