Люди без гордости (СИ), стр. 7
Он просто хотел вернуться домой, к своей любящей, дружной и доброй семье.
Глава 3. Убийца
Непогода, наконец, закончилась, но вместе с ней закончились и деньги. У них осталась куча меди и совсем немного серебра, которого не хватило на отъезд из Лихтпорта: после вынужденной паузы желающих уехать было очень много и цены на проезд мгновенно взлетели. Виви обещала поработать на кухне постоялого двора последний день и купила еды им в дорогу, Бетти устроилась туда же судомойкой, а Гай отправился по домам: искать не нужен ли кому музыкант на праздник. Он постучал в дверь добротного дома, явно принадлежащего зажиточным горожанам и не дождавшись ответа, уже собирался уйти, как вдруг все волоски на его теле встали дыбом.
В этот раз смерть будто узнала его: он ведь уже дважды бежал за ней, как отчаявшийся поклонник. И решила немного пофлиртовать: шутливо подула ему в ухо, проморозив до самого нутра, а потом взяла костлявыми пальцами его волосы, подергала за кончик конского хвоста и потянула его назад.
Гай боялся оборачиваться.
Что, черт побери, происходило? Он не чувствовал ничьих эмоций, но этот жуткий холод уже начал узнавать. Там что очередная самоубийца?
Смерти его нерешительность не понравилась: она дернула его за волосы и, наконец, отпустила.
Скрипнула открывающаяся дверь.
И тут Гай услышал отчаянные крики и зов о помощи.
Он бросился в дом, но опоздал: мужской голос смолк и Гай сразу понял почему. Окровавленный мужчина неподвижно лежал на полу, а женщина в разорванной, испачканной одежде, выдернула из его тела нож. Она была молода, светловолоса, а ее лицо и тело было покрыто иссиня-черными, подживающими синяками. Гая захлестнуло тяжелым, почти звериным страхом и ненавистью, излучаемой ею.
Мертв! Мертв, мертв, мертв, мертв! Наконец-то она ответила ему! Он больше не сделает ей больно! Не сможет унижать!
Мертв.
Она убила его.
Тут женщина подняла голову и увидела Гая.
Замерла, как кролик перед удавом. Перевела взгляд на тело. А потом бездумно замахнулась, намереваясь всадить окровавленный нож себе в живот. Гай бросился к ней и схватил ее за руки.
— Прекрати! Как тебя зовут?
— Мириам. Мими.
— Мими, зачем ты хочешь умереть?
— Я убила его и меня теперь повесят, — глаза у нее были зеленые, дикие и испуганные, — я лучше сама, сама! Не хочу, боюсь виселицы!
— Отдай нож! Отдай, я сказал!
— Нет! Я не хочу на виселицу! Мне никто не поверит!
— Я поверю! Ты вся в синяках. Он бил тебя? Насиловал?
— Да! Нет! Это мой брат, — она сдалась и отдала ему нож, — родители оставили нам все напополам, но он быстро промотал свою долю и стал одалживать деньги у меня и воровать вещи. А всем соседям рассказывал, что я — ненормальная, бросаюсь на него и он тратит много денег мне на лекарства. А я просто людей стесняюсь, редко выхожу из дома, вот они всему и поверили! А когда я перестала давать деньги и пригрозила выкинуть его со стражей, он стал меня избивать. Запирал в кладовке, угрожал убить и повесить, будто я сама это сделала! Говорил, буду хрипеть и обмочусь у него на глазах, когда петля захлестнет мне шею! И умирать буду долго и мучительно! Я не хочу так! Только не так!
— Так ты не умрешь. Обещаю, — сказал Гай.
Она обессиленно упала перед ним на колени.
— А как умру? Как Роберт? Ты убьешь меня? Ты грабитель, да? Бери все, что хочешь, только, пожалуйста… умоляю тебя…
И тут раздался громкий крик. В дверях комнаты стояла перепуганная женщина и с ужасом смотрела на Гая и нож в его руке.
— Стража! Помогите! Убийство! — она бросилась прочь и Гай едва не застонал.
Он тут же понял что она увидела: грабитель зарезал человека, избил его сестру и собирается ее убить, а она молит о пощаде. Окровавленный нож в его руках, жертва убита именно им. Этого хватит, чтобы его повесить.
А Мими, тем временем, вся сжалась. Ее окутало густое, вонючее, темное облако: теперь точно решат, что она — сумасшедшая, никто ей не поверит, все слова Роберта сочтут правдой. И ее повесят. Господи, как страшно!
— Ты поможешь? Убьешь меня? — с трудом спросила она.
— Нет. Не убью. Но помогу, — Гай прикрыл глаза, соображая что делать, — надень целое платье, возьми деньги, если есть, и уходим. Чтобы тебя не повесили надо бежать из города. Немедленно.
— А? Но зачем… ты со мной побежишь?
— Да. Мими, меняй платье, быстрее! Это все в крови!
Она подчинилась. Поспешила к шкафу, переоделась и растерянно пошарила в комоде.
— Тут были деньги раньше, но Роберт их, наверное забрал.
— Тогда возьми плащ… нет, три плаща! И бежим!
Мими изумленно уставилась на него.
— Но кто ты такой?
— Добрый волшебник, — хмуро ответил Гай, — я здесь чтобы тебя спасти. Слушайся меня или окажешься на виселице.
Она вздрогнула, но поверила ему. Шок не давал ей нормально соображать и все вокруг стало казаться нереальным. Труп Роберта, кровь, добрый волшебник — это все точно сон! Скоро она проснется и все будет как раньше: уютный дом, спокойная жизнь, книги, горячий шоколад и блаженное отсутствие людей вокруг. А во сне нужно просто делать то, что говорят.
Мими взяла три плаща и поспешила за Гаем. Он понимал что времени у них не больше часа. Разыскал Бетти и Виви, и сообщил, что они уходят из Лихтпорта прямо сейчас.
— Но я доработать до конца дня должна, иначе мне не заплатят, — растерялась Виви, — да и Бетти тоже. А это кто?
— Это Мими. Она пойдет с нами.
Виви фыркнула.
— Ты в каждом городе, что ли, себе девиц клеишь? Вот старый ловелас.
— Я не ловелас. Девочки, мы уходим прямо сейчас, пока стража не закрыла ворота, — сообщил Гай, спешно собирая вещи, — хотите остаться, оставайтесь. Но нам с Мими придется бежать. Нас стража ищет.
— Гай, я с тобой, — живо возразила Бетти, скидывая передник, — плевать на оплату. Виви, пойдем с нами. Если Гай говорит, что надо бежать, значит, это важно.
— Эй, не вздумайте меня тут одну бросать! Ты мне помочь обещал, — возмутилась Виви, — только там сыро, а у нас нет… это что, плащи? Зачем тебе три?
— Я поняла. Вот зачем три, — ответила Мими и протянула им два, — какой логичный сон.
— Сон?
— Девочки, нет времени обсуждать! Бежим!
К счастью, им удалось покинуть город: стражников на воротах не успели предупредить об убийстве. Но один из них уставился на Гая, будто силясь что-то вспомнить. И явно обратил внимания на избитую Мими, но ничего не сделал.
По сырой дороге они поспешили прочь от Лихтпорта. Гай надеялся, что они встретят по дороге телегу, которая их подвезет, но этого не произошло. Они шли несколько часов и недовольство девушек росло вместе с их усталостью. Когда они вошли под сень леса Виви взбунтовалась.
— Все, я больше не могу идти! Давайте устроим привал!
— Надо поискать дров и развести костер, — поежилась Бетти, — и ты теперь объяснишь нам почему вас ищет стража?
Мими вздрогнула.
— У меня ноги гудят и я хочу есть. Это ведь не сон, да? Я… я правда убила Роберта? Меня повесят?
Ее вновь окутало чернотой, но слабой и зыбкой: Мими не чувствовала себя в опасности. Если ее и повесят, то не прямо сейчас.
— Нет, пока мы не попались страже. Не бойся, Мими. Я тебя им не выдам, — Гай устало вздохнул, — давайте устраиваться на привал.
Через некоторое время они разожгли костерок и разделили оставшиеся припасы. Их, увы, было только на трех человек.
Гай вздохнул. Придется вспоминать молодость.
— Мими, возьми мою порцию. Ешь, тебе нужны силы.
— Но как же ты? Или волшебники не едят?
— Едят, но еды у нас не хватает.
Бетти встрепенулась.
— Подождите! Давайте каждая отрежет по одной трети своей порции и отдаст Гаю. Тогда никому не нужно будет голодать.
Она тут же сделала это и протянула ему еду. Мими повторила за ней. Виви вздохнула и погладила себя по животу.
— Ничего, маленький, как родишься тебя будут кормить досыта. Держи, Гай.