Черный прилив (СИ), стр. 6

Чтобы успокоить расшалившиеся нервы, присел на землю под абрикосовым деревом в позе лотоса и около часа предавался медитативному трансу. Это я так называю состояние полной отрешенности от реальности. Не знаю, как оно происходит у тибетских монахов, может быть, у них реально связь с энергией цы появляется, иже с этим способность к управлению тонкими материями. У меня же ничего подобного не происходит, просто абстрагируюсь от дурных мыслей, тем самым заставляю весь скопившийся там ментальный «мусор» хотя бы на время покинуть мой разум.

Вышел из транса, будто заново рожденным. Оптимизма, иными словами, веры в светлое будущее заметно прибавилось. Вот и хорошо. Оно и без того ситуация угнетающая, не хватало начать самому себя терзать разного рода лезущей в голову абстрактной хренью-замудренью.

В геометрическом центре на этот раз не целого участка, только лишь аграрной его части я создал посредством магии яму глубиной полтора метра и установил на её дно маскировочный артефакт, затем восстановил целостность почвенного покрова. Активация прошла вполне успешно, как результат над моим садом-огородом зажглось с десяток маленьких «солнц», озарив округу приятным для глаз, я бы сказал, даже уютным светом. Отразившись многократно от зеркальной поверхности маскировочного покрова, этот свет возвращался обратно в теплицу, создавая завораживающий эффект тысячи солнц. И что удивительно, в моем зеркале были видны только огни магических светильников, а вот трава, деревья и все прочее в нем не отражались. Замечательно.

И еще один момент, мой артефакт не только является концентратором и хранилищем рассеянной в пространстве магической энергии, он направляет значительную её часть на подпитку кристаллов внешнего защитного купола, что весьма серьезно повышает его функционал. Отныне даже в том случае, если какому взбесившемуся слону придет в дурную голову, взять штурмом моё поместье, у него ничего не получится. Магический снаряд гаубичного орудия также не способен её проломить. Таким образом, мне удалось не только укрыть свои насаждения от чужих глаз, но в значительной степени усовершенствовать защиту моей усадьбы.

Теперь можно заняться и теплицами. Первым делом собрал урожай: аж пять двухведёрных корзин огурцов и четыре такие же емкости спелых помидоров. Что-то Татьяна засолит и замаринует, однако, перспективы на грядущий урожай еще весьма и весьма обнадеживающие. Растения выкидывают новые пасынки, на них распускаются цветы, из цветов появляются плоды, которые растут с завидной скоростью, только собирать успевай.

Что же касательно насекомых-опылителей, их на мой участок уже слетелось видимо-невидимо. Оголодали бедняжки в темноте-то. Благо для них, что мой защитный периметр устроен таким образом, что всех, без исключения насекомых и некрупных пернатых он вполне пропускает внутрь и выпускает наружу. Так что сюда слетаются не только пчелы, комары и мухи здесь также вполне желанные гости. Да, да, даже комариков я вполне привечаю, но только мужиков, поскольку питаются исключительно нектаром. А вот те, кто пьет нашу кровь — исключительно комариные бабы им, видите ли, для откладки яиц нужно. Короче, шерше ля фам, иными словами во всех наших мужских бедах виноваты женщины. Нет, я никакой не сексист и не женоненавистник. Вполне поддерживаю Имре Кальмана в его утверждении, что без женщин жить нельзя на свете нет, в них солнце мая, в них любви рассвет, ну и так далее. Женщин люблю, а вот «самок комаров» в человеческом облике терпеть не могу. Надеюсь, вы меня поняли.

После сбора урожая, обломал лишние пасынки, затем взрыхлил землю, заодно очистив её от назойливых сорняков, и основательно пролил почву водой. В этом процессе, повторяюсь, мне здорово помогла моя «шмелиная» магия.

Закончив работу, отметил не без удовлетворения, что листья растений начали буквально на глазах приобретать былые упругость и здоровую темно-зеленую окраску. Заодно оценил перспективы будущего урожая, которые, с одной стороны меня порадовали, а с другой, ума не приложу, куда девать такое количество огурцов и томатов. Нужно будет с Татьяной поговорить на эту тему, может она каким-нибудь соседям сбагрит за денежку, разумеется, с выгодой для себя, лично я на этот её заработок претендовать не собираюсь.

Пока я трудился в саду, тишину несколько раз нарушал строгий начальственный голос, призывающий население к соблюдению порядка. Я на эту болтовню внимания не обращал, поскольку нарушать безобразия не собираюсь. У меня сегодня вечером по плану очистка цистерны, куда члены моей бригады сбрасывают отходы жизнедеятельности коренных жителей Изборска, а с некоторых пор, туда поступают еще и какашки военных. Свои выгребные ямы вояки вычищают самостоятельно, но их содержимое везут в ведомство Борова, за что по информации, полученной мной от рядового состава нашей бригады, ему приплачивают и довольно прилично. Вот только весь этот доход поступает в карман бугра. Лично мне от этих разговоров ни тепло ни холодно, то есть абсолютно фиолетово-параллельно. У меня в подвале гора меди и серебра до сих пор не посчитанная. Интересно, как бы коллеги отреагировали, узнай они об изъятых из пруда денежных суммах и ювелирных украшениях? Скорее всего, ничего хорошего обо мне не сказали бы и косточки изрядно перемыли, вполне возможно, попытались бы подловить в укромном переулке и набить физию. Таки, кто ж им мешал окучить «Эльдорадо говенное»? Для этого не обязательно и пруд осушать, сварганили бы какую приспособу, были бы сейчас при деньгах и жены в брюликах. Коль не допетрили, значит, кто первый встал, того и тапки.

Ах да, я же еще не вручил Татьяне тот кулон. Ладно, дело поправимое. А вот и она сама. Пришла в сад и замерла соляным столпом, будто жена Лота, только своими длинными красивыми ресницами от удивления хлоп-хлоп. Наконец, заметив меня, удивленно воскликнула:

— Дима, что всё это означает⁈

На что я с гордым видом петуха, только что окучившего целый курятник, выдал:

— Привыкай, подруга. Я, пока, конечно, не волшебник, только учусь, но кое на что вполне способен. Тань, что у нас с обедом?

— Всё готово, ваша магическая милость, — с улыбкой успокоила меня домоправительница.

— А вот с «магической милостью» прошу быть поосторожнее, и никому не рассказывать о том, что ты здесь увидела. Люди, в основной своей массе, существа завистливые, и мне не хочется, чтобы граждане Изборска попытались взять мой дом штурмом.

— Я понимаю, Дмитрий, так что в сохранности своих секретов с моей стороны можешь не сомневаться. Да мне и самой ненужный интерес к твоему жилищу абсолютно невыгоден. У тебя здесь хорошо, уютно, да и мил ты мне как мужчина, и никого другого мне не нужно. Ты только меня не бросай. Ладно, Дима? — И такими глазищами на меня посмотрела, что у меня сердце от прилива нежности едва ли к горлу не подскочило, и глаза предательски заслезились, будто в оба разом по соринке залетело.

Подошел, приобнял девушку, затем взял её на руки и понес в дом, прямиком в спаленку.

А что с обедом? Обед подождет. Не до еды, когда такие страсти-мордасти заставляют бушевать гормоны в юном теле, подверженном и без того едва ли не перманентному стояку.

Глава 3

Свое жилище я покинул около двух пополудни, оставив дом на попечение Татьяны.

Дел особых у меня не было, поскольку с некоторых пор я не связан узами жесткого трудового договора. Даже не так, по документам я никогда официально не числился в бригаде золотарей города Изборска. Держали там меня по «доброте душевной» Ивана Спиридоновича Отрепьева, а если на самом деле, исключительно из-за жадности бугра. Оно ведь бессловесный трудолюбивый Митька, готовый вкалывать ночами напролет за скудную пайку и хоть какую крышу над головой, весьма выгодная инвестиция для меркантильного Борова. А еще при случае можно, тыкнув пальцем в сторону парня, сказать кому-нибудь со слезой в голосе, какой он добрый и сердобольный — эвон сироту привечает, с голодухи не дает помереть. Слава богу, теперь всё кардинально поменялось. После ряда событий, бригадир своим тонким чутьем понял, что в любой момент я его могу послать далеко-далеко и надолго-надолго, поэтому и предоставил мне режим свободы действий. Теперь у нас с ним устная договоренность под клятву, что по ночам с ведрами по Изборску я больше не мотаюсь, всего-то время от времени освобождаю наполнившуюся цистерну за чисто символическую плату, заодно пополняю собственные запасы сырья для производства магического удобрения.