Чёртово наследство, стр. 5

— Не любят у нас этот замок.

— Почему? — удивился Максим.

— Да разное люди говорят. Я сам-то в деревне живу, которая неподалеку от пансионата стоит, оттуда этот замок очень хорошо просматривается. Местные говорят, что видят там всякое.

Марина почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— И что же именно? — продолжал спрашивать Максим, поглядывая на супругу и хмуря брови.

Водитель снова помолчал несколько секунд, глядя на дорогу, и продолжил.

— Вроде как приведения там видели. Сам-то я ни разу, но наши старики утверждают, что ходят, воют по ночам. А если кто в темное время возле замка появится или вообще внутрь зайдет, то больше оттуда не выйдет.

— В смысле? Потеряется, что ли? — удивилась Марина.

Таксист усмехнулся.

— Если бы. Вперед ногами вынесут, если найдут. Там вроде как давным-давно одна женщина другую убила. Я эту легенду не знаю. Но у нас еще есть те, кто помнит, как об этом прабабки рассказывали. Самим почти под сто лет, и еще помнят о чем-то… Да вы не бойтесь, это у нас местные страшилки. Чтобы вандалы и любопытные не лазали внутрь. Вроде как достояние историческое. Хотели из него музей для туристов сделать, не получилось.

— Почему? — снова спросила Марина. Как новому человеку в городе, ей все было интересно.

— Да что-то у них там не срастается. То материалы пропадают, то люди погибают, то сами бегут.

— В смысле погибают? Несчастные случаи, что ли? — поинтересовался Максим.

Тот усмехнулся.

— Да какой там несчастный случай! Один раз рабочий сам себе в голову гвоздодером гвозди забил и откинулся. Второй кинулся на соседа с ножом, его убил, потом себя. Один вообще с ума сошел. Все твердил о какой-то девушке с лицом без глаз.

После этих слов Марина вздрогнула, но ничего не сказала. В этот момент водитель свернул с трассы и поехал по асфальтированной дороге, где стоял большой указатель: с надписью «Тихая гавань».

Глава 3

Такси, тяжело вздохнув изношенным амортизатором, остановилось на посыпанной мелким гравием площадке. Двигатель умолк, и в салон хлынула густая, настоянная на сосновой смоле тишина. Марина опустила стекло, жадно втягивая теплый дневной воздух, пахнущий озерной сыростью и ароматом цветов.

Перед ней раскинулся пансионат «Тихая гавань». Он выглядел так, будто царил над этим уединенным миром. Здание было выстроено в форме буквы П и выглядело, словно старый аристократ, распахнувший объятия навстречу гостям. Два этажа благородного светлого камня венчала массивная крыша из такой же светлой черепицы. Широкое каменное крыльцо охраняли пузатые колонны. Их так густо обвивал дикий плющ, что казалось, будто природа пытается мягко, но настойчиво затянуть здание в свои объятия. Сложнейшая лепнина оплетала высокие арочные окна. Стеклянный купол центрального входа переливался всеми цветами радуги, как огромный мыльный пузырь. По периметру крыши тянулась ажурная балюстрада из белого резного камня. На ней застыли мраморные нимфы, держащие в руках чаши. Воздух здесь был густым, пахнущим розовой водой, скошенной травой и озоном.

Это была вызывающая, кричащая роскошь. Дорогостоящая игрушка для тех, чьи имена печатают в списках Forbes. Цена одного дня пребывания в этих стенах наверняка равнялась месячной зарплате Максима.

Максим вышел первым, щелкнул замком багажника и достал два больших чемодана на колесиках.

— Приехали, — улыбнулся он, протягивая Марине руку. — Выбирайся в реальность.

Но реальности здесь не было. Территория вокруг главного корпуса дышала ухоженной вековой роскошью. Гравийные дорожки змеились между старыми липами, чьи кроны сплелись наверху в плотный изумрудный купол, сквозь который лишь изредка пробивались косые столпы дневного солнца. Там, где свет все же находил лазейку, вспыхивали медные стволы корабельных сосен. По левую руку лениво вращались лопасти старинной водяной мельницы, давно переоборудованной в декоративный фонтанчик, вода падала в чашу беззвучно, маслянисто переливаясь. Справа пряталась в тени плакучих ив белые лавочки с изящными подлокотниками и спинками. Где-то высоко, невидимые в тесной листве, перекликались первые соловьи.

Марина вылезла из машины, и ее мягкие кроссовки ступили на асфальт, местами усыпанный сухими иголками и шишками. Территория пансионата была огромных размеров. Пред ними предстал забор из толстых прутьев. Ворота из кованого темного железа были закрыты. За забором маячил парень в белой рубашке, черных брюках и рацией в руках.

Максим подошел к калитке и окликнул его. Пока Марина осматривала все это великолепие и расплачивалась с таксистом, ее муж уже вовсю ругался с парнем с рацией.

Девушка подошла поближе, чтобы узнать, что случилось.

— Мужчина, я вам еще раз говорю: необходимо бронирование номера. Судя по всему, вы ничего не бронировали.

После таких наглых слов Максим начал меняться в лице. Его ноздри раздулись, подбородок заострился, а сам он тяжело задышал. Еще бы немного — и муж Марины полез через забор, чтобы врезать этому нахалу.

— Подождите, — сказала она, доставая из сумочки документы о праве собственности пансионата «Тихая гавань». — Вот, пожалуйста, посмотрите. Я новая владелица этого здания.

Парень взял тонкую папку, просунутую между прутьев закрытой калитки, и пошел в сторону входа в пансионат, который был на приличном расстоянии. Максиму и Марине ничего не оставалось, как просто ждать.

Девушка решила немного пройтись вдоль забора, осмотреться, изучить. Марина ушла довольно далеко от главных ворот, когда вдалеке прямо за санаторием увидела озеро.

Оно лежало перед лесом, огромное, идеально круглое зеркало воды. Лес обступал его со всех сторон плотной, непроницаемой стеной, создавая иллюзию первозданного мира, куда еще не ступала нога человека. У самого берега покачивались белые лодки, привязанные цепями к просмоленным сваям. Вода была настолько неподвижной, что казалась чёрным стеклом — ни ряби, ни движения. И вдруг на другой стороне огромного озера, за стройными многовековыми деревьями, Марина увидела тот самый замок.

Пока такси петляло по узкому, заросшему можжевельником шоссе, Марина смотрела в окно. Тогда, сквозь дрожащее марево майского зноя, ей показалось, что это оптическая иллюзия, игра света на верхушках елей. Но сейчас она поняла, что это не мираж. Замок вырастал прямо за многочисленными елями, стоящими вдоль волшебного озера. Три острых шпиля устремлялись в небо. Стены замка были сложены из тёмного, почти чёрного камня, влажно поблескивающего в свете редких фонарей. В них утопали высокие витражи тёмно-красного и тускло-золотого стекла. Ни единого огонька не теплилось в его окнах, ни одна тропинка не вела к массивным дубовым воротам, забранным ржавыми железными полосами. Замок выглядел абсолютно мертвым, покинутым много столетий назад, но при этом хранил такую грозную стать, что по спине Марины пробежал холодок. Камни замка хранили холод и сырость, словно дышали памятью о чём-то давнем, тёмном. Марине показалось, что если она произнесёт имя того, кто здесь когда-то жил, тьма сгустится, а вода в озере придёт в движение. Она сделала шаг к забору и взялась руками за холодные железные прутья. Не отрывая глаз от этого странного и страшного строения, она не заметила, как к ней подошел Максим.

— Марин, ты чего остолбенела? Что-то увидела? — голос Максима прозвучал откуда-то издалека, из другого, скучного измерения. Он подошел сзади и обнял ее за плечи. Тепло его рук должно было согреть, но оно лишь подчеркнуло ледяной озноб, сковавший позвоночник.

— Ты видишь? — шепотом спросила Марина, боясь пошевелиться и разрушить наваждение. Ее палец невольно указал в сторону гладкого озера.

Максим прищурился, всматриваясь во тьму противоположного берега. С минуту он молчал, переводя взгляд с неприступных стен на жену и обратно.

— Старый замок, который мы видели по пути сюда, — наконец произнес он буднично, пожав плечами. — Наверное, здесь раньше жили короли или графы. Я в истории не силен.