"Фантастика 2026-208". Компиляция. Книги 1-28 (СИ), стр. 795

— Пусть обижается, — твердо сказал я. — Скажем ему, как есть. Он уже не так мал, должен понять.

— Герт на полгода старше тебя! — засмеялась Тильда, взъерошив мне волосы.

Надо же. Как-то мне пока эта информация не попадалась.

А она, между прочим, ставит точку на полуоформленных мыслях о том, что у Коннахов могут быть скелеты в шкафах насчет происхождения детей: если Герт старше, то Орис никогда бы не одобрил измену жены с братом ради рождения наследника — вот же уже наследник, готовый! (Ну, полуготовый; во время беременности они не знали, кто родится, однако никакого смысла спешить не было бы.) А если бы Тильда изменила сама, за спиной мужа, то устранила бы старшего Герта, чтобы точно расчистить путь для Лиса… скорее всего. Она дала более чем достаточно поводов так о ней думать. Значит, вероятность, что я действительно сын Ориса, а с другими детьми им с Тильдой просто не повезло, поднимаем процентов до восьмидесяти пяти. Или даже до девяноста.

В общем, в итоге Герту мы объявили, что он не едет. Герт расстроился — и еще сильнее расстроился, когда мы объяснили ему, почему.

— Но если на вас нападут, я должен быть там и защитить вас! — воскликнул он.

— Никто не защитит нас лучше Ориса, — покачала головой Тильда. — Но убить могут любого, даже самого сильного. Самое важное — чтобы жил род Коннахов и жила Школа. Даже в самом худшем случае вы с Фиеном сможете возродить все, если найдете тебе хорошую жену. Кстати говоря, я давно уже подготовила список кандидаток для вас с Лисом, не удивляйся. Оставлю его у Фиена вместе с инструкциями на крайний случай.

Герт сморщился.

— Жениться… фу-у… — пробормотал он. — Это же целоваться придется!..

Тильда улыбнулась.

— Это еще не скоро, милый! Лет через пять-шесть, не раньше. А может даже, семь или восемь, как сложатся обстоятельства.

Тут она обернулась ко мне и добавила лукаво:

— Тебя, Лис, это тоже касается.

Я расстроенно вздохнул — на радость матери.

Нет, сам факт, что придется изменять жене, меня волновал не чрезмерно. От брака в феодально-аграрном обществе не отмашешься, так что это проходит по разряду вынужденных обстоятельств. По сравнению с тем, что я творил всю жизнь, измена жене — сущая мелочь… хотя конкретно этот грех совершать пока не доводилось. Отнюдь не заслуга моего благочестия и твердости характера, просто повезло: ни разу не потребовалось узнавать информацию или устранять препятствия таким образом.

Однако жениться, даже по местному языческому обряду, — это не только и не столько переспать. Это взять на себя ответственность за женщину и совместных детей. Мягко говоря, потенциальный конфликт интересов. Не говоря уже о том, что противоречит клятве, которую я принес перед лицом Создателя.

Ладно, подумаю об этой проблеме, когда она встанет остро.

Поездка до вотчины графа Флитлина мало отличалась от нашей «инспекционной поездки» по владениям. С той только разницей, что с нами ехала матушка, а значит — больше слуг, больше возков и… больше удобств на стоянках, потому что слуги везли с собой массу всего, от постельного белья до хорошего деревянного корыта, в котором могли купаться матушка и я.

Между прочим, никаких постоялых дворов нам на пути не встретились. Обычно в каждой деревне имелось два-три дома побогаче, как я заметил раньше, и в каком-нибудь из этих домов нас приглашали на постой — причем хозяева всякий раз шли ночевать куда-то еще. Показатель, что торговые связи в этой провинции в зачаточном состоянии. Где же, интересно, останавливаются купеческие караваны?

Переговорами о нашем проживании и оплатой занималась старшая служанка Тильды, симпатичная дама, примерно ее ровесница, по имени Ерна. В особняке она вела себя тише воды и ниже травы, я ее видел-то всего пару раз. Однако в путешествии развила поистине бурную деятельность и показала себя неплохим администратором. Я спросил у нее насчет купеческих караванов.

— У них есть свои стоянки, — сказала Ерна безразличным тоном, — и если бы вы, юный господин, были постарше и ехали один с соратниками и слугами, вы бы могли ими воспользоваться! Однако госпоже не пристало там останавливаться, особенно когда она едет по землям Коннахов или своего отца.

Ага, ясно. Все равно это все не пахнет богатством и налаженными торговыми связями. Еще один пункт в моем невероятно длинном списке, над которым предстоит поработать.

…В первые дни в этом мире у меня в голове постоянно бился лейтмотив: бывало и хуже. Да, безусловно, пару раз я уже оказывался в ситуации, когда смерть не просто маячила где-то спереди, а уже дружески подавала руку, чтобы я не оступился, перешагивая порог. Тут же, благодаря семье, никаких неотвратимых угроз вроде бы надо мной не висело. Можно было бы плюнуть на все, махнуть рукой и сосредоточиться только на том, чтобы прожить вторую жизнь, собирая для себя более-менее комфортную среду с комфортным уровнем власти и влияния. Ну и заодно насладиться детством и отрочеством — нечто, что мне в прошлой жизни не выпало: очень уж рано пришлось повзрослеть. Однако если я хочу вернуться, мне следовало провернуть такой титанический объем работы, за который я, кажется, никогда еще не брался! От одной мысли голова кружилась.

А если я хочу жить хотя бы относительно счастливо, мне нужно найти Алёну. В любом виде — хоть мужиком, хоть каракатицей. Или точно убедиться, что ее нет и не было в этом мире (как? отрицательный результат никогда не будет полностью убедительным!). Не потому что без нее я не справлюсь. Справлюсь… скорее всего. А потому что она — то, без чего я просто превращусь в машину, скачусь в кровавый беспредел или и то, и другое сразу. Знаю я за собой эту милую черту: при моральном выгорании включать аналитический контур на максимум, отключать эмпатию и… и дальше, что называется, не мои проблемы.

Увы, в конце концов — мои.

Поездка до вотчины графа Флитлина дала возможность мне поглядеть на земли за пределами земель Коннахов, поближе пообщаться со слугами Тильды вроде Ерны или Брейгиса, того самого старого слуги, который разбудил меня в день отъезда Ориса. Расширить знания о мире. Все это добавило контекста и лишний раз подчеркнуло, насколько тяжелую задачу я себе выбрал.

Из-за раздумий, от которых детская голова Лиса начинала болеть не раз и не два, и непрерывных наблюдений четыре дня пути пролетели в один миг. Главное, что я вычленил: крестьяне во владениях Коннахов жили не сильно хуже, чем у Флитлинов — разорительное хозяйствование управляющего Тейна если и нанесло брешь, которую мать пока не успела исправить, но никак капитально не сказалось на внешнем виде деревень и населяющих их людей. Плюс-минус то же самое.

Второе: вотчина графа Флитлина лежала в более холмистой и живописной местности, с растущими на горизонте высокими горами. Горы — интересная зона, я планировал там побывать, как только смогу позволить себе организовать долгую экспедицию. Конкретно эти, судя по вышине, были молодыми, более-менее активными — это косвенно показывало и повышенное плодородие земель, которое стало проявляться, чем ближе мы подъезжали собственно к поместью Флитлина. Крупнее плоды на деревьях, гуще растительность… Правда, это могло объясняться еще и тем, что все эти четыре дня мы двигались к югу.

Само поместье следовало той же логике планировки, что и дом Коннахов: множество невысоких зданий, сгруппированных по зонам на большой площади. Не замок, даже не укрепленный особняк сродни привычным мне средневековым вотчинам! Ни рва, ни башен, ни крепостных стен. Правда, окружала это все высокая каменная стена, от непогоды прикрытая черепичной крышей, но при своих дохлых четырех метрах и небольшой толщине она явно выполняла функцию защиты от крестьян и обычных воров, а не от подготовленных бойцов.

Мы прибыли рано утром, и нас вышел встречать сам граф — высокий и статный человек с невнятно-русыми волосами, которые, вероятно, в молодости были рыжими, как у Тильды. Отец — Орис — шагал рядом с ним, и я неожиданно для себя испустил вздох облегчения.