Гнев рода (СИ), стр. 25

На брюках графа, чуть выше колена, появилась дымящаяся дыра. Оба обиженно зашипели.

И если Пётр Феофанович просто шипел от боли, то Дракоша выражала возмущение словесно:

— Будешь своей зубочисткой махать — покусаю!

— Граф, притормозите, — попросил я, перехватывая рапиру Петра Феофановича. — Это мой фамильяр.

Дракоша гордо вскинула голову.

— Самый лучший фамильяр галактики!

И, выдержав небольшую паузу, неожиданно добавила:

— И эта прелесть очень любит сало.

Она оценивающе осмотрела застывших в полном обалдении Харченко и Тофану.

— У вас сало есть?

Оба синхронно покачали головами. Дракоша укоризненно вздохнула.

— Так и знала. Опять Миша с нищебродами связался.

Я с удовольствием наблюдал, как Тофана и Харченко трут глаза, не веря в происходящее.

Но того, что случилось в следующий момент, я даже предположить не мог.

Из тамбура выскочили две близняшки. В проявившихся телах и с короткими арбалетами в руках.

Где они их только взяли?

Два сухих щелчка ударили по нервам. Сердце пропустило удар, когда болты достигли Дракоши. Они не воткнулись, а расплескались золотыми пятнами и затянули её плотной сеткой.

Дракоша возмущённо заверещала, безуспешно пытаясь вырваться.

— Хозяин! Хозяин! — радостно заголосили близняшки. — Мы поймали для тебя дракона!

Тофана, фыркнув, отвернулась.

— Да ну на фиг, — пробормотала она. — Не хочу смотреть этот предсмертный бред.

Вжавшись в облюбованный угол вагона, она продолжала рассуждать сама с собой:

— Наверняка меня убили, и теперь это последние судороги сознания. — Она тяжело вздохнула. — Даже здесь не повезло. Могло бы джакузи привидеться. И клубничный смузи.

Дракончик, застрявший зубами в моём ботинке, забился с удвоенной силой.

Харченко с прищуром осмотрелся. Потом кашлянул и повернулся к Тофане.

— Давай сверим наш бред. Если он у нас совпадает — то это не галлюцинации.

Но сейчас мне было не до их коллективного помешательства.

— Стоять! — грозно рявкнул я на близняшек.

Обе от испуга стали полупрозрачными.

— Это моя подруга. Немедленно освободите её.

Близняшки медленно приближались к Дракоше и явно готовились к смерти.

— Дракоша, ты их не обижай, — попросил я.

— Я их обижать не буду, — прокричала она. — Я им только головы пооткусываю!

Близняшки синхронно замерли.

— Вы не волнуйтесь, — попытался я успокоить девушек. — Она шутит. Просто у неё плохо получается.

Видя, как сильно они боятся, я сам подошёл к Дракоше, подволакивая вцепившегося в ботинок дракончика. Взялся правой рукой за золотую сетку — и на пальце проступил безымянный перстень. Золотые нити втянулись в него, а перед глазами вспыхнуло сообщение:

Ваш запас Удачи увеличен до трёх баллов.

Достигнут первый порог. Начислен стартовый бонус: десять баллов Холода.

Баллы Холода принимаются как ставка в любом казино планеты.

Один балл Удачи равен десяти баллам Холода.

От такого сообщения я чуть не упустил Дракошу, решившую посчитаться с близняшками.

— Красавица, ну чего ты так нервничаешь? Ошиблись девушки, с кем не бывает?

— Сейчас я их съем и успокоюсь, — рычала Дракоша.

В этот момент дракончик на моей ноге опять задёргался, чем привлёк внимание моего фамильяра. Глаза у неё стали совершенно мультяшные.

— Грызь⁈ — воскликнула она. — Ты чего там делаешь⁈

Грызь замер, потом развёл лапками — мол, занят, ответить не могу.

— Если пообещаешь не обижать девочек, я освобожу твоего Грызика.

— Хорошо, — мой фамильяр насупилась. — Но с них килограмм сала.

Близняшки растерянно переглянулись.

Из угла донёсся усталый голос Тофаны:

— И после всего, что мы сейчас видим и слышим, ты будешь утверждать, что вы не плод моего больного сознания?

Я отпустил Дракошу и сел. Стянул ботинок. Стоило тому потерять контакт с моим телом, как Грызь наконец смог разжать челюсти. Он провёл язычком по кончикам зубов и недобро посмотрел на меня. После чего развернулся к моей Дракоше, почтительно растопырил крылья и прочирикал:

— Королева Аурелия!

Я тихо обалдел. Выходит, мой фамильяр — королева. Меж тем Грызь продолжил:

— Я искал вас по всей галактике! После вашего исчезновения мы нашли укравших вас теневиков и запечатали их в проколе.

Моя Дракоша Аурелия с удивлением уставилась на него.

— Ты дурак? — рявкнула она.

Грызь втянул голову в плечи.

— При чём здесь теневики? И вообще, ты сам-то как сюда попал?

Грызь попытался стать ещё меньше и незаметнее.

— Я воспользовался артефактом «Последний шанс» из вашего хранилища.

Глаза у моей Дракоши налились кровью.

— Убью.

Грызь спрятал голову под крыло. Аурелия повернулась ко мне. Я успел задать вопрос первым:

— Так вы что, можете увеличиваться в размерах?

Перед глазами возникла прекрасная картина. Я рассекаю по небу верхом на огромной Дракоше. Позади полыхают враги. Впереди оставшиеся разбегаются в ужасе.

Красота разбилась о низкое рычание маленькой, но очень злой Дракоши.

— Теперь уже нет. И этот, этот… не знал полной инструкции по работе с артефактом, — она скрипнула зубами. — Миша, мы на пару минут отойдём с этим… с этим.

— Аурелия, — я с трудом перестроился на новое имя. — Мы сейчас на Дороге Слепого Везения. Отсюда нельзя безопасно уйти.

— На драконов это не распространяется, — уверенно сказала она. — Поэтому я и Потапыча брать не стала. Тем более у него там любовь.

Я вопросительно приподнял бровь.

— Потом расскажу. За мной! — прошипела она Грызику и исчезла.

Дракончик обречённо вздохнул и исчез следом.

Надевая ботинок, я озадачился вопросами. Где мы? С кем я? Куда податься?

Решил начать с первого. Выглянул из вагона.

Наш вагон стоял, утонув колёсами в песке. Ни рельсов, ни остального поезда не было. Слева на горизонте возвышалась горная гряда. Справа, сразу от нашего вагона, начиналось идеальное полотно дороги. Она уходила вдаль, к золотому куполу у горизонта. Прямо передо мной простирались тропические джунгли.

Ухватившись за край крыши, я подтянулся наверх. Аппарат, установленный теневиками, позволял пользоваться рукой без помех.

С другой стороны вагона раскинулась безбрежная гладь воды. Небольшие волны ласково оглаживали песчаный пляж. Море словно приглашало бросить всё и окунуться.

Солнце стояло в зените, но жары не ощущалось. Слух наполняли шум прибоя и стрекотание цикад. Весь окружающий мир кричал о безопасности и неге.

Именно это меня и настораживало.

Из вагона выглянули близняшки. Я призывно махнул им с крыши. Обе вскарабкались в момент, напоминая маленьких обезьянок. И уставились на меня с преданностью и надеждой.

Вся эта ситуация с рабами и так действовала на нервы, а тут ещё две пары глаз, просящих о милости.

— Девушки-красавицы, — я постарался улыбнуться как можно мягче. — Вы тут посматривайте вокруг. Если что — зовите меня.

Похоже, мне удалось их чуть успокоить. Они радостно закивали и, став спина к спине, принялись следить каждая за своим сектором.

Выдохнув, я вернулся в вагон.

Вопрос «где?» можно было считать частично решённым. Теперь на повестке стоял вопрос «с кем?».

Начать решил с теневиков. Они всё ещё пребывали в бестелесном состоянии и спали прямо на полу вагона.

Я подошёл к помолодевшему старичку. Из угла вагона за мной молча наблюдали Тофана и Харченко.

Присев возле полупрозрачного тела, я попытался его разбудить. Рука прошла насквозь, не встретив сопротивления.

— Ну и как тебя будить? — задал я вопрос в пустоту.

Тут же тело теневика обрело плотность, и он снова стоял передо мной на коленях.

— Что прикажете, хозяин?

— Для начала представься. И зови меня Князь.

Почему-то вспомнилось, как этим позывным наградили меня гвардейцы. Интересно, как они там? Особенно Рысев со сломанными ногами. Надеюсь, в бригаде «Золотого кречета» нашёлся приличный целитель.