Гнев рода (СИ), стр. 10

Сразу стало понятно, что устройство — не артефакт. Мелькнула мысль: хорошо бы скормить эту дверь живому металлу. Но тот по-прежнему не отзывался.

— Эту дрянь я жрать не стану, — неожиданно прозвучал в голове лязгающий металлом голос. — Вот почувствую вкусняшку, тогда скажу.

Я недовольно вздохнул и стал перебирать другие способы открыть дверь.

— И не думай так громко, — снова проворчал живой металл. — Мыслить мешаешь. На полчаса дам тебе способность чувствовать металл.

В тот же миг дверь словно стала прозрачной. Я отчётливо увидел все силовые элементы механизма блокировки и понял, как её открыть.

Я протянул руку к амбалу из бывших пленных.

— Электрошокер.

Тот метнулся в операционную и через несколько секунд передал мне разрядник.

Я выкрутил мощность электрошокера на максимум и упёр разрядник в точку, где прятался механизм. Ослепительно-синяя дуга с сухим треском ударила в металл и расплескалась по двери сетью разрядов. Красный индикатор над дверью погас. Зато по ту сторону завыла тревожная сирена. Даже сквозь толщу бетона и стальную дверь её вой резал слух.

Дверь открывалась наружу. Повезло. Открывайся она внутрь — сдвинуть её было бы невозможно.

Упёршись плечом, я навалился всем телом. Подошвы скользили по полу. Рядом молча встал амбал. Дверь дрогнула и нехотя пошла.

Я ожидал увидеть за ней вооружённую охрану. Но небольшой коридор, уходящий вверх, оказался пуст.

Первым двинулся я. Следом шла пятёрка освобождённых, вооружённых хирургическим инструментом. Только у амбала в руках был разряженный электрошокер, годившийся теперь разве что как дубина.

В конце нас поджидала обычная деревянная дверь. Нажав на ручку, я вошёл в огромный зал. Широкая лестница уходила на второй этаж. Стены украшали шкуры редких животных. Под потолком висела люстра, собранная из множества мелких костей.

В центре зала стоял мужчина лет тридцати. Экипирован очень своеобразно: семейные трусы и меч в руке.

По клинку текли сполохи знакомого чёрного пламени.

Нет, я ошибся. Пламя было не чёрным гневом, а знакомо-чёрной скверной. Скверна в моём источнике, почуяв близкую по духу энергию, забурлила. Это здорово мешало, туманя сознание.

— О, мясо! — зарычал незнакомец. — Свежее мясо!

Поначалу я решил, что справиться с ним будет несложно. Не тут-то было!

Даже опыт, полученный в тренировочной капсуле замка Арзамасских, не давал заметного преимущества. Хорошо хоть успел приказать освобождённым пленникам не вмешиваться. Впрочем, таким желанием они и не горели.

Я попытался уйти в ускорение. Не получилось. То ли меч, то ли сам противник блокировал эту способность.

Враг владел клинком на запредельном уровне. Он будто заранее предвидел каждый мой выпад. И, похоже, просто играл со мной. Несколько раз он доставал меня, но не спешил нанести решающий удар. Укреплённая орочья кожа против этого меча была бессильна.

Нужен нестандартный ход. И срочно.

Форма серпа подсказала решение. Разорвав дистанцию, я вложил в оружие все десять баллов Мысли и метнул в противника. Тот небрежно отбил серп мечом. Запрокинул голову и разразился безумным смехом.

— Мясо! Мясо! — повторял он. — Брат давно не привозил свежее мясо!

Глава 5

Картина

Меж тем серп, повинуясь моей воле, как бумеранг, плавно развернулся и вошёл безумцу в спину. Лезвие перерубило позвоночник.

— Не может быть, — прошептал он.

Меч выпал из его руки. Сам мужчина рухнул лицом вперёд и больше не двигался. Когда я подошёл, он был мёртв.

А вот меч продолжал жить.

Не знаю, откуда пришла уверенность, что такому артефакту в мире не место. Он должен быть уничтожен.

Я протянул над мечом правую руку. Проявился перстень Основателя рода Медведевых. С ладони потёк серебряный свет.

Клинок, будто живая тварь, елозил по полу. По чёрному металлу побежали трещины. Гнилостно-чёрное пламя взметнулось в последний раз. Через миг на полу остался лишь выжженный знак. В нём угадывалась львиная голова.

На периферии зрения вспыхнуло сообщение:

Активирована способность «Императорское очищение».

Осталось 4 балла Империума.

Эффект: полное уничтожение проклятых артефактов.

Перезарядка: 168 часов.

Активация через пиктограмму во внутреннем интерфейсе.

Надпись погасла. Рядом со значком лепестка пламени возник перечёркнутый череп.

Приказав бывшим пленникам ждать в холле, я в одиночку поднялся на второй этаж.

Ещё на лестнице потянуло разложением. Я уже догадывался, что увижу. Толкнул приоткрытую дверь.

Пыточная. На каменном полу лежало изуродованное тело молодой девушки. Судя по состоянию, умерла она не меньше суток назад.

К горлу подкатил комок.

Я вышел и плотно прикрыл дверь.

Следующие две комнаты оказались спальней, больше похожей на хлев, и библиотекой, совмещённой с мастерской.

Вот мастерская меня и заинтересовала.

Однако слова безумца о брате-графе не давали покоя. Я решил не распыляться и первым делом проверить сейф.

Врезанный в стену стальной ящик был приоткрыт. Внутри лежали ножны, похоже, от уничтоженного мной меча. И книга.

Переплёт был сшит из цельной шкуры крылатого существа, очень похожего на гигантскую летучую мышь. Мастер сохранил голову, и она выступала из обложки на месте названия. Маленькие глазки поблёскивали, словно следили за моими движениями.

Книги я любил с детства. Они всегда были для меня источником знаний.

Как выяснилось, некоторые знания кусаются.

Стоило взять книгу в руку, как морда на обложке с рычанием вцепилась мне в кисть. От неожиданности я разжал пальцы. Но книга не упала — повисла на моей руке.

К счастью, укреплённую кожу её клыки прокусить не смогли. Я с любопытством посмотрел на это непотребство. Потом легонько постучал указательным пальцем свободной руки по её лбу.

— Если не отпустишь, — вежливо предупредил я, — вырву зубы.

Книга перестала рычать. Задумалась. И наконец крайне неохотно разжала челюсти. С глухим стуком упала на пол и притворилась, что она обычная книга.

Я поднял её и убрал в инвентарь.

В сейфе оставались ножны. Выглядели они так, словно прежний хозяин регулярно ворошил ими угли в камине. Однако дар живого металла всё ещё действовал. Я провёл ладонью по ножнам и насторожился.

Металл обладал неоднородной многослойной структурой с незнакомой кристаллической решёткой. Причём отдельные слои словно существовали независимо друг от друга. С такими сплавами я раньше не сталкивался.

Ножны отправились вслед за книгой.

Направляясь к выходу, я бросил взгляд на стоящий рядом стол. На перекидном календаре значилось: 2 ноября 2026.

Я выглянул в окно. За стеклом сквозь снегопад медленно пробивалось утро.

Мне дали две недели. А лучше считать чуть меньше. Пару дней точно придётся потратить, чтобы разобраться, что и где в родовом поместье. Порталами пользоваться нельзя. Добираться придётся наземным транспортом.

Почему-то вспомнился поезд, на котором я ехал в Академию. От Москвы до Улан-Удэ даже скорый идёт три с половиной дня. Набрасываем ещё сутки, чтобы добраться до озера. Итого четыре с лишним дня. Округляем и получаем — минус пять дней. А с учётом форс-мажоров и того, что я ещё даже не выехал, получается неделя.

А ведь неизвестно, сколько времени займут подпольные бои без правил. Срочно надо выбираться отсюда и выдвигаться в путь.

На этой мысли в библиотеку-мастерскую вошёл амбал из бывших пленных. Двигался он как-то неестественно. Взгляд был пустым.

Я насторожился, и серп лёг мне в руку. Хотел по привычке призвать Ухнеб, но вовремя вспомнил предупреждение Гульчатай.

Амбал подошёл.

— Вот. — И протянул мне перстень с головой льва.

На чистом автомате я взял кольцо.