Ревизор: возвращение в СССР 65 (СИ), стр. 50

Полученное из центра задание они решили реализовать с той тщательностью, которую Москва от них требовала. В конце концов, это и в их собственных интересах.

Потому что в случае провала, во-первых, они сами могут попасться в руки ФБР, а во-вторых, вся эта история нанесет очень сильный удар по репутации не просто Советского Союза, а лично генерального секретаря Леонида Брежнева.

Задачу им подкинули непростую, конечно. Но они испытывали воодушевление из-за того, что их решили задействовать для выполнения задания такого уровня. Одна из главных проблем нелегала в том, что ты годами выполняешь поручения из центра, и практически никогда не можешь наблюдать результат своих действий. Секретная война разведок ведется обычно тайно.

А тут у них появилось поручение, результаты которого они лично увидят. И в случае успеха будет им чем гордиться не только когда это произойдет, но и тогда, когда они домой вернутся потом из Америки. Вряд ли какой-то другой нелегал получал такое задание, после выполнения которого что-то важное произойдет лично для генсека компартии СССР!

Глава 22

Святославль

Бумаги на перевод старшего лейтенанта Николаева на капитанскую должность в Городню с присвоением звания капитана пришли только позавчера. Но Иван с Вероникой так основательно подготовились к их приходу, что понадобилось всего два дня, чтобы завершить все приготовления к отъезду. И то один из них ушел на вчерашнюю отвальную для коллег по работе.

Хорошо посидели. Даже можно было сказать, что Иван словно впервые некоторых из своих коллег увидел. Раньше они не были настолько расслабленными. Его даже заинтересовало, что больше привело к этой расслабленности: то, что они больше вместе не служат, или то, что кое-кто из расслабившихся перестал его рассматривать как конкурента? Все же в их отделении имели место какие-то странные отношения между сотрудниками. Он немного уже поездил, пообщался с милиционерами из других отделений, и там было с этим делом намного легче. Гораздо больше было дружбы и взаимовыручки, чем у них.

Может быть, их начальник как-то искусно их стравливал между собой все эти годы? — пришло Ивану в голову, когда он попытался осмыслить причины такого резкого изменения к нему со стороны бывших коллег по работе. В памяти стали всплывать эпизоды, когда и его самого майор настраивал против кого-то из его коллег…

Впрочем, он достаточно быстро от таких размышлений избавился. Теперь он уезжает в Городню и уже капитаном там будет работать, а не старшим лейтенантом. И учитывая размер этой самой Городни, не факт, что там кто-то выше по должности найдется. Как бы он самым главным там не стал. Хотя иллюзий у него быть не могло, все равно будет начальство повыше, перед которым нужно будет отчитываться. Хоть даже и генералом стань, всегда найдется генерал на должности повыше твоей.

Правда, если начальство его новое будет где-нибудь в райцентре сидеть, то видеться он с ним будет не так и часто, что на самом деле и совсем неплохо. Еще одна чертовски неплохая причина в Городню переводиться.

Вероника сильно нервничала, когда они уже в автобус садились. Грузовик Иван для того, чтобы вещи перевезти, нанимать не стал, договорился со знакомым, который работал водителем автобуса. Разрешили ему вечером посодействовать в перевозе вещей и семьи милиционера. Автобус «ПАЗ», конечно, был небольшим, и его из-за его формы его колобком даже называли, но в отличие от грузовика в нем им комфортно будет ехать. Загрузили пожитки в задней части автобуса, а в передней комфортно на креслах устроились…

Иван полученными деньгами за то, что оказал содействие Шанцеву в поиске накоплений Вагановича, распоряжался очень разумно. Деньги не растрачивал, экономил. Так что никто и не заметил, что у Николаевых уровень благосостояния вырос.

Правда, питаться они точно стали лучше. Много продуктов с рынка теперь на столе было. Двойная цена теперь Ивана не останавливала.

Вещей кое-каких и жене, и дочке, и себе, он немножечко прикупил, причем не стесняясь переплачивать за дефицит. Там, правда, не так и много приходилось переплачивать. Веронику, конечно, с базы уволили, но знакомства-то там у нее остались. Так что ей как своей продавали различный дефицит с минимальной надбавкой. Если, положим, новое платье тридцать рублей стоило, то с нее десятку сверху брали, а вот кому-то чужому и за семьдесят могли его продать. Если, конечно, в Святославле находился кто-то, способный такую сумму выложить за платье. Семьдесят рублей даже для импортного платья все же это многовато с точки зрения подавляющего числа жителей их города. За такие деньги можно пальто купить. Да, советское, но все же пальто и платье — это совершенно разные категории одежды. Красивым платьем зимой жопу не согреешь, как говорила теща Ивана.

Автобусик тронулся, и они поехали на новое место жительства.

Деньги свои Иван тоже с собой вез. Достал их вчера из тайника. Самолично сшил простенький пояс и закрепил его на животе. Он понятия не имел, когда в следующий раз приедет в Святославль, а мало ли деньги ему в Городне срочно понадобятся? Да и боязно ему было свой тайник оставлять без присмотра. Теперь придется в этой самой Городне новый тайник для денег искать.

Ничего, он найдет что-нибудь подходящее со временем…

Дочка Оленька очень радостно отнеслась к этой поездке. Она вообще у них была легка на подъем и любила путешествовать, пусть даже и пятнадцать минут куда-нибудь на берег реки летом.

А вот Вероника сильно нервничала… И это проявлялось в ее словоохотливости…

— Говоришь, там уже и обои поклеены, нам не придется самим это делать? — в который уже раз спросила она мужа.

— Да, поклеены хорошие обои, и качественно их поклеили, — невозмутимо заверил ее в который уже раз Иван, крепко сжимая ее руку, чтобы успокоить. — Унитаз стоит, и раковина есть, и плитка на стенах положена, и душ есть, пользуйся не хочу.

— А в ресторан, когда он заработает, Ивлев точно меня пристроит?

— Паша обещал, значит, пристроит, — заверил ее Иван. — Мне он обещал, что я там капитаном буду работать. Так вот уже и бумага пришла, что я капитан и мы с тобой едем в Городню работать. Уже не назовешь это фантазиями молодого парня, согласись.

— Ох, Ваня, а мне все равно что-то не по себе, — вздохнула жена, сама сжимая покрепче его руку.

— Это нормально, — сказал Иван. — Ничего, мы там хорошо устроимся. Все же столько лет прожили в Святославле, так что тебе должно быть не по себе от переезда. Странно было бы, если бы ты иначе себя чувствовала. Но тебе там понравится, там красиво, а со временем еще красивее станет.

Спустя три часа они уже стояли у окна в новой квартире и смотрели, как под луной блестит Волга. Зрелище было завораживающее. Уж больно широко раскинулась река.

В квартире было светло и уютно. Отопление уже вовсю работало. Трубы были прямо горячие. Пришлось форточки открывать, чтобы лишнюю жару из квартиры выпустить. Апрель все же, не февраль. Но даже и это радовало…

Иван Веронике обои расхваливал, но боялся, мало ли они ей все же не понравятся. Так что очень порадовался, когда ей они тоже по душе пришлись.

А еще ей очень понравилось, какие стены ровные. У них-то с обоями в избе все не так хорошо было. Можно, конечно, бревенчатую стену глиной замазать, потом картоном оклеить, а потом сверху обои наклеить, но все равно стены вряд ли получатся ровными. А тут действительно и потолок выше, рукой не достать, в отличие от их избы, и стены ровные, и обои так искусно поклеены, что между ними даже полосочку не видно.

Вероника была от этого в полном восторге.

И само собой, глаза у нее загорелись, когда она увидела ванную комнату, отделанную плиткой, с чугунной ванной длиной метр семьдесят сантиметров. И туалет очень понравился. Отдельный причем от ванной комнаты…

Подоконники ровные, фабричные, а не самодельные, разной толщины, как у них в избе. Пол из паркетной доски, по которому идешь и ни малейшего звука. А в избе их по полу пройдешь — он скрипит так, что радио заглушает иногда. А тут идешь и тишина.