Ревизор: возвращение в СССР 65 (СИ), стр. 5
Нужен очень харизматичный индейский вождь, парочку красивых девушек в качестве как бы второстепенных, но важных героинь. А также какой-нибудь сын вождя, молодой, но пылкий парень, который всей душой ненавидит белых и полностью достоин после отца возглавить племя. Ну и само собой, нужен нам еще и какой-нибудь выродок, к примеру, который белым продастся за ситцевые рубашки, стальные томагавки и личное ружье. И пару сотен литров огненной воды. Как же без этого?
Пусть все с презрением смотрят на этого алкоголика, который за выпивку родных людей продать способен…
Кстати, не пригласить ли в качестве вождя племени или его сына невероятно популярного в Советском Союзе Гойко Митича? Ну почему бы и нет? В ГДР, где он сейчас обосновался, по идее, с полным пониманием воспримут, да еще и с гордостью, что их самого известного актера Советский Союз на главную роль в таком важном сериале приглашает. Индеец из него, конечно, получается на загляденье. Выглядит очень органично, получше, чем некоторые настоящие индейцы.
А ведь еще и Барбара Брыльска уже успела засветиться в фильмах про индейцев тоже…
Хотя нет… «Иронию судьбы» точно нельзя помешать снять… А то как же Новый год без этого фильма праздновать. Барбару не трогаем… Найдутся другие актрисы на роль индианок…
В полвторого мне снова Савченко позвонил.
— Товарищ Ивлев, — сказал он. — Выяснил я по поводу командировки этой Маруси, предположительно любовницы Венгерова, что в Крыму находится. Она буквально вчера утром на самолете в Крым улетела аж на две недели отдыхать по профсоюзной путевке…
— Удивительное совпадение, не правда ли, Дмитрий Борисович? — голосом, полным сарказма, спросил я его.
— Согласен с вами, — с достоинством ответил мне Савченко. — У самого первая мысль такая же по этому поводу. Впрочем, что тут удивляться, если мы еще до появления на заводе, когда вечером к нему пришли, увидели с верхнего этажа жилого здания горящие окна в административном здании. А потом уже выяснили, что это как раз окна бухгалтерии светятся. Так что однозначно это не совпадение, нашу проверку на заводе явно ждали…
Хотелось мне его спросить, почему он вчера мне об этом не сказал? Вася вот не стал тянуть со своими подозрениями, а этот сейчас только эти вещи решил мне сообщить. Но человек мне малознакомый, впрямую такой вопрос задашь — однозначно с ним отношения испортишь. Он ещё и жаловаться на меня как бы не побежал к руководству КПК сразу после возвращения из Ленинграда. А учитывая общую ситуацию со всей этой командировкой, и то, как Савченко удивительно похож на Пельше, мне ещё этих разборок не хватало. Поэтому я спросил:
— А подскажите, какие планы у вас и у Путасова на сегодня? У майора Баранова отдельная программа.
— Сегодня мы примерно через полчаса выезжаем на дачу Венгерова. Он любезно согласился предоставить нам свою личную служебную машину для этой поездки. Всецело сотрудничает. Сказал, что не понимает, что мы рассчитываем там увидеть, но у шофера будут ключи от дачи. Так что, если мы внутрь хотим зайти и все посмотреть, то это всегда пожалуйста. Он даже велел шоферу взять с собой кофе и чай, и сдобы в буфете прикупить, чтобы мы там, если захочется почувствовать себя ленинградскими дачниками, могли в полном антураже отдохнуть, попить чайку с булочками и полюбоваться природой Ленинградской области.
— Хорошо, — сказал я. — Тогда завтра уже буду ждать от вас подробности по этому вопросу.
Больше ничего спрашивать не стал, рассчитывал, что Вася меня еще отдельно наберет. Раз эти два товарища уезжают, то Вася теоретически сможет снова мне в полном одиночестве из кабинета звонок сделать.
Но просидел в КПК до трёх — ничего. На всякий случай задержался даже до пятнадцати минут четвёртого.
Но Вася так и не позвонил.
Пожал плечами удивленно. Но домой решил не ехать. В спецхране я давно уже не был. Решил в него съездить и там свежие журналы про зарубежное кино посмотреть. Мало ли какая еще интересная идея про сериал в голову придет перед тем, как ехать в Минкульт на это самое совещание по вручению японцами нам подарков.
В спецхране мне библиотекарь, что со мной обычно работала, по-настоящему обрадовалась. Сказала, что переживала уже, куда я пропал, не случилось ли чего, а то давно меня не было. Приятно было видеть такое сердечное отношение с её стороны.
Кучу разных идей по сериалам выдвинул и отверг. Все казалось чем-то не тем. Возможно, что работа плохо шла в связи с тем, что думал тревожно, почему Вася на связь не вышел? Мало ли у него там какие-то серьезные проблемы нарисовались…
Помню, как он лихо ворвался на Механический завод в Святославле, несмотря на мои предостережения, и как нашли его в результате еле живого на улице с проломленной головой. Успокаивало только то, что я себе абсолютно не представлял, каким отморозком нужно быть, чтобы в тысяча девятьсот семьдесят четвертом году выехавшего по линии комиссии КПК на проверку инспектора убить, чтобы скрыть то, что он обнаружил.
Это же после такого весь Ленинград разнесут по кирпичику. Там не останется ни одного места, где виноватый сможет спрятаться. Головы будут лететь, невзирая на чины и, само собой, докопаются до того, кто на такое пошел. Так что все же смог себя успокоить по этому поводу.
В 1994 году вот что-то такое — могло бы без сомнения произойти. И более того, и происходило, и власти на это плевать было. Но в 1974 году… Нет, не верю…
Приехал в Минкульт даже не без десяти пять, а без пятнадцати, чтобы Боянов не пугался, что я могу опоздать. Сразу же в холле Министерства культуры натолкнулся на Боянова с Вишневским.
Те лично около входа стояли, видимо, чтобы лично контролировать появление своих актеров.
Поздоровался с обоими, на проходную прошел. Предъявил паспорт и фамилию мою в списке быстро нашли, так что вскоре я уже удобно устраивался на стульях в большом зале на втором этаже. Скорее всего, тут они обычно проводят политинформацию. Уж больно много различных плакатов по стенам было развешено. Впрочем, есть у меня подозрение, что то, чем с нами сегодня будут заниматься, будет как раз сильно на политинформацию и смахивать…
Потихоньку знакомые артисты из «Ромэна» начали подтягиваться.
Здоровался с каждым за руку. Очень тепло они со мной общались. Явно мне радовались. Не зря все же тогда Боянов предложил всем составом театра меня прямо в самолете поблагодарить, ценят они оказанную мной в Токио им помощь.
Без одной минуты до пяти Боянов с Вишневским появились. Поскольку хорошо их знаю, понял, что они раздражены. Нетрудно было догадаться и о причине. Минимум двоих актеров из тех, что с нами в Японию ездили, я в зале не увидел. А ведь уже вот-вот все и начаться должно…
К счастью, последние актеры хоть на пару минут и опоздали, но в зал все же пришли до того, как к нам местные представители Минкульта с дипломатами вошли уже лекцию читать. Только когда все актеры в зале собрались, Вишневский с Бояновым наконец немного расслабились.
Представитель Минкульта двоих наших дипломатов, которых я никогда в жизни не видел, привел. Он сел на стулья вместе с нами, а они вдвоем устроились на трибуне.
Дипломаты сами представились. Оказались сотрудниками управления МИД по Восточной Азии. Одному под тридцать лет, другому под пятьдесят. Он уже и поседел наполовину…
Тут же приступили к инструктажу.
Рассказали, что за подарками мы придем в посольство Японии в их сопровождении, так что всем нужно очень прилично одеться. Только костюмы с галстуками принимаются как форма одежды.
Один из них, молодой, даже пошутил, что нам, как актерам, это должно быть просто. К нашим услугам богатый выбор костюмов в костюмерной. Хоть каждый день в разном ходи… Попытался, я так понимаю, шуткой сгладить строгий формат сегодняшнего мероприятия.
А вот другой, я так понял, более строго был настроен. Недовольно поглядев на коллегу, снова про костюмы и галстуки повторил, и сказал, что это тем более нужно, потому что вся процедура вручения подарков будет сниматься на кинокамеру бригадой советского телевидения. А потом по этому поводу выйдет сюжет по телевидению в новостях.