Хроники затерянного времени, стр. 5

— Вы меня не поняли! — снова заговорил дядька, — Эту вещь нельзя держать в руках непосвященным! Ее можно только передать, иначе она приносит несчастья!

— Отведите гражданина в изолятор, я потом с ним разберусь! — приказал капитан, открывая сейф, — Сейчас мне некогда.

Василию пришлось приложить усилия, чтобы вытолкать долговязого из кабинета.

— Не делайте этого! У вас будут несчастья!.. — почти кричал тот.

Рогов, не обращая внимания на крик, положил брегет в потайной отсек сейфа. Бряцая ключами, он торопливо вышел из здания, предварительно захватив с собой пухлый бумажник из дорогой кожи. Капитан направился к цветочному ларьку, чтобы купить розы любимой дочери, которую через час он должен был встретить с поезда. На повороте он неловко оступился, задев каблуком яблочный огрызок. Поскользнулся, грузно упал, ударившись головой об асфальт, и потерял сознание.

Сержант Дорохов позволил себе вздремнуть. Часы показывали три часа ночи, и в это время начальство обычно не беспокоило. Удобно расположив голову на согнутых руках, он даже успел увидеть сон: какая-то красивая девушка улыбалась Дорохову и записывала на его ладони номер телефона. «Я позвоню вам! — кричал Дорохов, — позвоню немедленно». Он проснулся оттого, что вовсю трещал телефон.

Дорохов схватил трубку, но даже не успел произнести дежурную фразу, что такой-то такой-то слушает.

— Это жена капитана Рогова! — возмущенный женский голос оглушил Дорохова. — Вы не знаете, где он?

— Его здесь нет, — прохрипел Дорохов, — Он еще вчера вечером уехал на вокзал встречать дочь с поезда.

— Дочь только что приехала сама на такси! — продолжала возмущаться женщина, — Она прождала его целую ночь на вокзале! Вы точно не знаете где он?

— Нет!

— Как только появится, пусть немедленно позвонит домой! Хотя я бы на его месте не появлялась!

Дорохов положил трубку и потряс головой. Вот черт! Наорали ни за что, ни про что. Будто он виноват в том, что капитан где-то загулял. Хотя это было странно. Рогов души в дочери не чаял и вряд ли мог так поступить. Потом Дорохов вспомнил, что вчера около восьми вечера приехала за Роговым машина, но все сказали, что капитан уже уехал. Водитель пожал плечами и сказал, что, если уехал, так уехал. Нажал на газ, только его и видели.

По мнению Дорохова и по мнению всего подразделения, капитан Рогов не заслуживал к себе расположения. Каждый с удовольствием набил бы ему морду, если бы представилась такая возможность. Поэтому Дорохов снова уложил голову на руки и задремал, меньше всего думая о капитане и его дочери. Утром сержанта Дорохова сменил младший сержант Урмаев, которому тоже было мало дела до капитана Рогова. Долговязого дядьку выпустили из изолятора, и тот молча удалился.

Василий вышел из книжного магазина, на ходу рассматривая купленный учебник по криминалистике. В дверях он наткнулся на своего приятеля Анатолия Григорьевича. Тот работал настройщиком музыкальных инструментов, за что получил прозвище — Роялист. Василий уже точно не помнил, кто познакомил его с этим чудаком, не знал его фамилии, но очень любил заходить к нему и болтать на философские темы.

В доме у Роялиста было множество деталей от роялей различных фирм, медных дек от фортепиано всех видов, осколков грифов скрипок и виолончелей и много другого «музыкального» мусора. Но странность его была не в этом.

При первой встрече Анатолий Григорьевич поразил Василия своей духовностью, своим философским пониманием жизни, рассказами о путешествиях, но, когда тот сказал, что как-то был на Тибете и жал руку снежному человеку, Василий все понял и стал относиться к нему, как к больному. Но поболтать любил, иногда забавно было послушать юродивого.

Сейчас же он обрадовался этой встрече, Роялист наверняка мог рассказать что-нибудь интересное и отвлечь от мыслей об исчезновении капитана Рогова.

Они сидели у Роялиста в прохладном доме, где уникальные книги в кожаных переплетах беспорядочно валялись по углам, пили сок из высоких стаканов и болтали о религиях мира.

Василий помог передвинуть громадный стеллаж с заготовками и остановился возле одной из книжных куч. Он любил перебирать эти книги, причем всегда их аккуратно складывал, но, приходя в следующий раз, опять находил их разбросанными. Сейчас он снова принялся складывать, рассматривая каждую. Прижизненное издание Пушкина (шик!), карикатуры Битструпа (блеск!), «Война и мир» Толстого с акварельными иллюстрациями (красота!). В самом низу Василий нашел заслюнявленную книгу 1912 года издания. «Предсказательное ТАРО», — прочел он, открыл наугад… на пожелтевшей странице был изображен круг, который был выгравирован внутри золотого брегета!

…Василий оторвался от книги только утром, когда, подняв красные глаза, обнаружил себя сидящим на книжной куче и рядом спящего Роялиста. Он растолкал Анатолия Григорьевича и начал ему взахлеб рассказывать о долговязом дядьке, о капитане Рогове, о золотом брегете. Роялиста очень заинтересовала история с исчезновением капитана. Он пообещал, что в воскресенье пойдет с Василием в библиотеку к знакомому заведующему архивом, и тот поможет найти все, что касается карт ТАРО.

Семаков и Роялист вышли из библиотеки за пять минут до закрытия. Василий был потрясен тем, что узнал. Оказывается, кроме этого гравированного брегета должна быть еще большая колода карт с причудливыми рисунками! Оказывается, с помощью этого самого ТАРО можно предсказывать судьбу и правильно предсказывать!

— А где же он хранил сами карты, — недоумевал Василий, — почему у него были только эти «круги»?

— Да где угодно! — ответил Роялист, — Вы же не поинтересовались, где он живет. Может они у него дома, а эту штуку он носил, как украшение, а, может, ходил и искал себе преемника, чтобы передать знания.

— Найти бы этого дядьку, — задумчиво сказал Василий, — уж я бы у него все узнал. Он, наверное, точно знает, где теперь капитан Рогов. Можно я возьму эту книженцию о ТАРО и еще раз почитаю?

Вечером Василий удобно устроился на кровати у себя в комнате в общежитии и углубился в чтение. К полуночи он уже ориентировался в гадании и даже попытался предсказать себе будущее. Уснул только под утро и увидел себя во сне в форме майора.

Его разбудил стук в дверь:

— Вася, к телефону!

Василий, на ходу напяливая брюки, побежал к столу дежурной.

— Васька! — орал сержант Дорохов, — капитана Рогова нашли! Представляешь, нашли в канаве на объездном шоссе избитого розгами, замученного! Ну, прямо, жертва гестапо! Во дела!

Да, дела, подумал Василий. Надо бы повидать капитана и рассказать ему все, что удалось узнать.

Капитан Рогов проснулся около девяти часов утра. Открыв глаза, он осторожно осмотрелся. Ничего не изменилось — он лежал в больничной палате. Слава Богу! А то все эти жуткие каменные плиты!

— Товарищ капитан, завтрак! — здоровенный медбрат вкатил тележку с тарелками. — К вам младший сержант Семаков. Пусть сейчас войдет или после завтрака?

— Сейчас, — прошептал капитан, а сам подумал: какого черта?

Василий был в штатском, и в руках он держал старенький школьный портфельчик. Зашел как-то осторожно и выглядел очень смущенным.

— Доброе утро, товарищ капитан! Извините, что побеспокоил, но мне нужно с Вами поговорить.

— Ну, присядь, раз пришел, — Рогов был как всегда нелюбезен.

Василий придвинул стул поближе к кровати, но садиться передумал. Возникла неловкая пауза.

— Ну, чего тебе? — Рогов начал злиться. Ему хотелось, чтобы Семаков быстро выложил, что ему нужно и убрался ко всем чертям.

Василий все-таки сел на стул.

— Пожалуйста, выслушайте меня. Только не перебивайте! Я много думал, прежде чем прийти к Вам. Перерыл массу литературы и, честно говоря, мне стало не по себе.