Те, кто остались 5, стр. 4

* * *

На улице светало, нос щипал легкий морозец, а снег переливался серебром, красота, да и только. Пробираясь по лесу, я то и дело натыкался на следы присутствия: то припорошенная снегом лыжня, то лежки, то окурки, торчащие из снега. И вот вопрос: чье это? Ульяновских или Саранских?

Продвигаясь все дальше и дальше, мы услышали звуки работающих двигателей. Сначала мы решили, что это танки или что-то другое тяжелое-боевое. Но нет, это оказалась парочка тракторов и грузовиков, что ползли по заснеженной дороге.

Было очевидно, что эти люди из Саранска и, судя по платформам грузовиков, приехали они сюда на заготовку леса.

Мы, соблюдая большую дистанцию, проследовали за работягами. Как только они остановились и начали готовиться к работе, мы залегли в сугробе. Позицию выбрали так, чтобы ни при каком раскладе нас не было видно. А дальше началась самая нудная часть работы — наблюдение.

* * *

— Там кто-то есть! — привлекла наше внимание Герда, так как была ее очередь наблюдать.

— Где? — тут же оживился я и, схватив бинокль, высунулся из укрытия.

— На три часа, метров двести пятьдесят в глубину. Кажется, там тени мелькали.

Я начал вглядываться в лесную чащу, но сначала ничего не заметил. Зато пару минут спустя, метров за сто пятьдесят до делянки, на которой трудились лесорубы, я заметил троих наблюдателей. Люди в белых маскхалатах организовывали для себя лежку: двое осторожно утрамбовывали снег, а еще один осторожно срезал хвойные ветки, чтобы постелить на дно лежанки.

— Похоже, это наши коллеги из смежного подразделения. — задумчиво произнес я.

— Хм, интересно, а они в курсе, что мы сюда приперлись? — произнесла Герда, разглядывая их в бинокль.

— Возможно, их предупредили, вчера же артиллеристы сюда катались. Не думаю, что нам доверяют на все сто процентов. — выдал свое мнение Цыпа.

— Согласен. — кивнул я. — Черт с ними, пусть сидят, следят, придет и их время, учитывая то, как они следят, выследить их не будет сложной задачей.

— А чего мы вообще ждем? — поинтересовался Цыпа.

— Чего-то такого и ждем. — кивнул я в сторону прибывшей группы. — Согласись, было бы не очень хорошо, если бы они увидели, как мы тут мило беседуем с рабочими.

— Может, мы под легендой работаем.

— Все равно не нужно, пусть они ничего о нас не знают, а если и знают, то не видят. Так будет лучше для всех.

— Ладно, тебе виднее, Ан. — согласился он и ехидно ухмыльнулся.

— Я Ил. — тут же вырвалось у меня. — Ах ты жучара! — расплылся я в улыбке. — Подловил, но плевать.

— Как скажешь, Як. — кивнул он.

Не знаю почему, но меня слегка зацепило, но я это проигнорировал.

* * *

Через пару часов группа наблюдателей покинула свою лежку и скрылась в обратном направлении.

— Чего мы теперь ждем? Может, уже приступим к работе? Или так и будем до ночи сидеть в сугробе? — возмутился Цыпа.

— То есть ты ничего странного за весь день не заметил? — прямо спросил я у него.

— Странного? Тут ты о чем? — нахмурил он брови, но при этом язвительно улыбнулся, и стоило большого труда сдержать невозмутимое лицо.

— Ладно, с тобой все ясно. Герда? — перевел я взгляд на свою пассию, что пристально смотрела на работяг, сидящих у костра и попивающих чай.

— Не понимаю, о чем ты. — пожала она плечами. — Люди как люди, других групп я не заметила, все штатно.

— И ты туда же. — тяжело вздохнув, произнес я. — Умник, ну хоть ты то блесни эрудицией и наблюдательностью или тоже ничего странного не заметил?

— Вообще-то заметил. Ты мне просто сразу перед выходом сказал помалкивать и без команды рта не раскрывать, вот я и ничего не говорил.

— Уже лучше. Жги!

— В защиту Ястреба и Герды хочу сказать, что в отличие от нас с тобой они, как говорится, на всю голову военные, и некоторые вещи им чужды, оттого они и не придают им значения.

— Это какие такие вещи? — возмутилась Герда.

— Ну, если рассмотреть данную ситуацию, то длительный, изнурительный труд на улице в зимнюю погоду. Причем в составе целой бригады.

— Чего? — скривила она мину, полную непонимания.

— Я сейчас все поясню. Видите ли, в зимнюю погоду бригады по лесозаготовке или иным работам на холоде зачастую возят с собой разного рода вагончики, как тот, что стоит прицепленный к заднему грузовику. В них они перевозят инструменты и продукты питания, а еще они оборудованы печками типа «буржуйка».

— Ну да. — кивнула Герда и раскрылась в улыбке. — Помнишь, такой вагончик нам жизнь спас. — толкнула она меня в плечо.

— Как же такое можно забыть. — улыбнулся я.

— Ну вот вагончик, и что с ним не так? — задала она очередной вопрос.

— Да все не так. Мы наблюдали за рабочими с момента прибытия, почти весь свой инструмент они везли в кабинах машин. Но это же неудобно, тем более у них есть большой вагончик. Но кое-что они все-таки из него достали. Следующая деталь, посмотрите, чем сейчас заняты лесорубы? — спросил он у Герды.

— Пьют чай у костра, сидя на бревнышках.

— А зачем так делать, когда есть вагончик с печью и удобствами?

— Может, там печь неисправна? — попыталась парировать она.

— А на кой-они тогда его сюда тащили?

— Да мне откуда знать?! — возмутилась она.

— Да потому что там сидит разведотряд. — вклинился я в разговор, пока не дошло до драки. — Работяги постоянно озираются по сторонам, больно нервные. А с чего бы? От вагончика шарахаются, некоторые в кабинах машин сидят греются. Я, конечно, не уверен, но кажется, что вагончик пару раз слегка качнулся. И последнее, обратите внимание, рабочие складывают бревна пирамидкой с большой полостью, словно делают кому-то укрытие.

— Допустим, все так и есть. — взял слово Цыпа. — Но зачем им весь день сидеть в вагончике, а не заниматься делом?

— Видимо, по той же причине, что и мы, они что-то знают. И не хотят появиться перед вражеской разведкой. Вот с той группой, что приходила, все получилось, они же недолго наблюдали за ними и ничего странного не заметили, а мы заподозрили. И если мы сейчас сунемся туда для диалога, из КУНГа на нас выскочит стая озлобленных бойцов с оружием в руках, и вероятность того, что диалог состоится, будет крайне мала.

— И что тогда делать будем? — уточнила Герда.

— Я вижу два варианта, если все пойдет как я думаю, уже начало темнеть, работяги начнут собираться, и перед выездом выпустят разведку, она укроется под бревнами. Мы посмотрим, сколько их, и попытаемся выйти на диалог. Если же все наши с Палычем доводы ошибочны, и рабочие просто будут уезжать, срежем путь через лес и попытаемся выйти на диалог. А там как карта ляжет. Просто, если уж общаться, то лучше с военными, они хотя бы более-менее должны владеть обстановкой и могут знать про Макса и Сережу. Есть возражения или предложения? — окинул я троицу взглядом.

— Не-а, Миг, ты классно все придумал, следуем твоему плану. — опять съязвил Цыпа.

— Я Ил. — сдерживая порыв ярости, произнес я.

— Как скажешь. — кивнул он. — И знаешь, мне очень нравится, что в эту игру можно играть вдвоем.

— Ничего, я тоже что-нибудь да придумаю. — пожал я плечами. — Нужно будет спросить у парней, когда мы их найдем, может, у них какой интересный компромат на тебя найдется. — и едва я успел это произнести, как на долю секунды в глазах Цыпы блеснул испуг, что очень меня порадовало.

* * *

Зимний день весьма короткий, что, несомненно, было нам на руку. Сумерки быстро сгущались, а рабочие спешно собрали инструмент, завели технику и готовы были уезжать. Я уже было решил, что ошибся, но в последний момент один из рабочих начал озираться по сторонам и, подбежав к вагончику, распахнул двери. Пару секунд, и из него, словно десантники из самолета, посыпались люди, что стремительно забегали в нишу, выложенную из бревен.

— Насчитал десять штук, видел пару пулеметов и снайперские винтовки.

— Тоже десять, но оружие не разглядел, разве что оптика блеснула. — добавил Цыпа.