"Фантастика 2026-206". Компиляция. Книги 1-24 (СИ), стр. 67
Мне же было некомфортно от осознания, что где-то на свете есть человек, который дал мне жизнь, при этом оставив. Пусть я и была благодарна за то, что меня хотя бы не выбросили где-то на улице, а подыскали прекрасных родителей, но ещё мне было горько осознавать, что для биологической матери нашлись какие-то причины, чтобы так поступить. Окажись я на её месте, я бы сделала всё, чтобы остаться с ребёнком, но кто я такая, чтобы судить?
─ И что она Вам рассказала? ─ выныривая из потока непрошеных мыслей, спросила я.
─ Не так уж много. ─ Верховная пожала плечами, очевидно, зная всё, о чём я только что думала. ─ Например, тот рисунок на твоей спине у каждой охотницы разный и каждой достаётся тот, с которым она обязана совладать.
─ Что это должно значить, ба? ─ спросила Нелл, очень заинтересованная этим феноменом, как и мы все. ─ Это деревце что, может сожрать Ринку?
─ Ага, и из её тела вылезет Чужой, по-твоему? ─ влез Лекс. ─ Не дури, мать!
От такой перспективы меня передёрнуло, и в голове сразу стали рождаться самые страшные сценарии.
─ Нет, не в этом смысле, дурачьё, ─ опровергла наши жуткие догадки Ия Ивановна. ─ И не перебивайте меня!
Близнецы потупились и пристыженно замолчали, продолжая слушать.
─ Так вот, ─ продолжила ведьма, откашлявшись, ─ если рисунок протянется прямо к сердцу охотницы, ей будет сложно с ним бороться. Она может потерять свою личность и стать совершенно бездушной, просто безжалостно убивая, кого прикажут. Но девушки энитири-ши на самом деле не такие: несмотря на свою сущность, в них всегда присутствует доля сострадания, в отличие от их мужчин, и даже своих жертв они стараются не мучать.
─ А Вы не в курсе, что случается с такими, как она, которая родила ребёнка не от выбранного… кандидата? ─ Мне было весьма интересно, как накажут ослушавшуюся охотницу, и в глубине души я даже радовалась, что хоть кто-то пошёл против такой отвратительной системы, включающую в себя кровосмешение.
─ Я знаю лишь, что самым слабым наказанием у них считается получить определённое количество ударов прутьями из особого вида терновника – он для них ядовит. Большего, к сожалению, рассказать не могу, ─ вздохнула женщина. ─ Попытайся отыскать всё в книге.
Я кивнула, признавая, что мне на самом деле стоит покопаться в этом, как следует.
─ Ладно, ─ Верховная поднялась с места, разминая затёкшие мышцы, ─ приходи сюда два раза в неделю. Думаю, этого будет вполне достаточно для контроля твоих способностей, и в следующий раз протестируем остальные. И давай-ка взгляну на твоё колечко, пока не забыла. Что-то мне не нравится, как оно себя ведёт.
Я отдала ей кольцо, и ведьма почти ушла, но когда она оказалась на пороге, я обратилась к ней с ещё одним вопросом. Возможно, он не был столь важным, но по какой-то причине с моих губ он всё же сорвался.
─ Ия Ивановна, скажите… Вы помните, как её звали?
Женщина сразу сообразила, кого я имею в виду.
─ Камилла. Но, странным образом, ты нисколько на неё не похожа, девочка.
─ Спасибо, ─ тихо поблагодарила я, и Верховная отправилась заниматься делами, оставляя нас с близнецами втроём.
Только после ухода их бабушки, за которой, как на поводке потянулись растения, я поняла, как на самом деле устала, и друзья, видя это, предложили посидеть на кухне за восстанавливающим чаем, а заодно обсудить все важные вопросы.
И вот, вновь сидя в уютном помещении, мы разместились за столом, но мне не хотелось больше обсуждать охотников, от одного упоминания о которых меня начинало подташнивать. Гораздо спокойнее зашёл разговор об одноклассниках, в частности, об оборотнях, без чьей помощи я бы вряд ли справилась сегодня, и я не могла не спросить:
─ Слушайте, а всё-таки что вам там обещал Князев, за то, что он периодически пользуется вашим гостеприимством, когда его в очередной раз треплют на ринге?
Близнецы переглянулись с шальной улыбкой, а потом Нелька куда-то ушла, вернувшись довольно быстро со странной книжкой в руках, на проверку оказавшейся обычным школьным дневником.
─ Это эпичные записи, и они не должны находиться в руках того, кто их похерит, ─ заявил Лекс, кладя передо мной дневник за девятый класс, принадлежавший когда-то оборотню. ─ Ты должна это прочесть просто, чтобы лучше понять глубокий внутренний мир человека, с которым учишься.
Ну, я и открыла твёрдую обложку с шикарным мотоциклом, погружаясь в испещрённые красной учительской ручкой записи, очень стараясь сохранить серьёзный вид. Это оказалось сложнее, чем я думала…
«Играл в карты на желания во время важной контрольной по алгебре. Три одноклассницы остались без нижнего белья…»
«На литературе отчаянно доказывал, что является перерождением Есенина, поставив на парту бутылку спиртного и заявив, что пьянство – неотъемлемая часть русской души…»
«На уроке биологии убивал комаров, а их трупами пулялся в учителя и одноклассников! Уважаемый Альберт Викторович, убедительная просьба явиться в школу!»
Было ещё много интересных записей о поведении Зара, но я побоялась, что моя психика больше не выдержит, поэтому пролистала дневник до самого конца. На последней странице с рисунком в честь «последнего звонка» меня привлекло внимание четверостишье, написанное явно в состоянии нестояния парня: его почерк вихлял во все стороны, а ещё рядом с чуть смазанным местами текстом отчётливо виднелась пара капель засохшей крови.
«Пепел времени исчезает,
Тлеет призрачная надежда.
Слишком быстро любовь догорает
Там, где было сердце прежде».
Да, похоже, кто-то разбил оборотню это самое сердце, и теперь мне даже где-то понятно такое его поведение по отношению к девушкам. Видимо, он безуспешно пытается забыть ту, что ушла, но об этом, похоже, никто и не догадывается…
─ Теперь мне многое стало ясно, ─ пробормотала я, отдавая вещь друзьям и допивая залпом чай.
─ Ага, если бы у дебилов были звания, ему бы дали дегенерала, ─ согласилась Нелька, улыбнувшись, а потом погрустнела, ─ но, он через многое прошёл. Потерял обоих родителей, объединил оборотней-одиночек своего вида в стаю, помогая им адаптироваться, что, безусловно, заслуживает уважения. Плюс, мы знакомы с ним почти с пелёнок, так что его выходки вполне терпимы. Иногда.
─ Ого, ─ удивилась я такой предприимчивости и нелёгкой судьбе одноклассника. ─ Так получается, он живёт с дядей?
─ Ну да, ─ ответил Лекс. ─ Альберт Викторович – альфа, хоть и былой силы у него почти не осталось, но он фактически забрал Князева из лап другой стаи, которые из своих детей делали просто пушечное мясо. Воспитал его, хоть племянничек частенько заставляет дядю краснеть за свои выходки. А вообще мужик он мировой. Когда-то, кстати, он был капитаном нашей баскетбольной команды и принёс городу кучу побед в те далёкие времена, когда школа ещё находилась в другом месте…
Мы с друзьями проболтали так почти до самого вечера. С ними время для меня летело незаметно, и я постепенно переставала ощущать себя одинокой и никому не нужной, хоть ни на секунду и не забывала о своих трудностях. Сидя в спокойной обстановке, я задалась вопросом, почему Ия Ивановна вот так запросто позволяет мне расхаживать с моими способностями, не дав мне никакого амулета, хотя бы частично их блокирующего – вдруг они выйдут из-под контроля? Но потом подумала, что, скорее всего, ведьма знает, что делает, не зря же она является Верховной...
После наших душевных посиделок я отправилась домой. Этот день был слишком долгим, поэтому, как только я сделала уроки и приготовила запасную форму на завтра, я буквально свалилась на кровать, пусть спать и не хотелось. В теле ощущалась небывалая усталость, но глаза закрываться не собирались, поэтому я прокручивала сегодняшние события. Мне в очередной раз всё показалось лишь сном или чем-то наигранным, словно я смотрела спектакль с собственным участием, не понимая, как всё докатилось до подобного? А это испытание, которое маячило впереди фарами самосвала, несущегося на тебя с огромной скоростью… Чего мне ожидать от него? Что такого страшного может случиться, что родные никак не торопятся рассказывать мне об этом?