Экстрасенс в СССР 5 (СИ), стр. 30

Опасное место. Как бы люди ни обходили его стороной, всё равно какой-нибудь альтернативно одарённый гражданин обязательно влезет, и тьма до него дотянется.

Подойдя вплотную к яме, я призвал свой дар и попытался дотянуться до прокола дистанционно. Однако, как ни старался, ничего, кроме мгновенного превращения в прах призрачных нитей, не добился. Выходит, чтобы повлиять на прокол, я должен физически находиться близко.

Встал вопрос: как попасть в обвалившийся внутрь подвальный уровень развалин мельницы. Осмотрев всё повнимательнее, понял: без экскаватора, обычно роющего ямы и траншеи, здесь не обойтись. Вот только где же его сейчас взять?

В этот миг снова проснулся трус и начал требовать отложить всё на потом. Наверное, я бы так и сделал, вернулся в дом пасечника и начал договариваться насчёт техники. Поступить так не позволило предчувствие, подсказавшее: если я протяну пару дней, тёмная масса за пределами нашего мира сможет восстановить червоточину, и закрыть её будет намного труднее.

Осмотрев всё ещё раз, я убедился в том, что пролезть сквозь щели в частично заваленный подвал невозможно. Разгребать трухлявые доски вручную — тоже не вариант. Даже если я сейчас смогу вытащить несколько деревяшек, перевёрнутый вверх тормашками ржавый остов мерседеса начнёт проваливаться ещё глубже. В этом случае без крана не обойтись.

И что же теперь делать?

Задав себе вопрос, я перевёл взгляд на принесённую канистру бензина. Горючим можно залить доски с брёвнами и поджечь, вот только навряд ли сырость внутри подвала и мусор дадут возможность всему этому правильно выгореть.

А может, и не надо ничего выжигать?

Вспомнив, как в прошлой жизни я видел ролик с незадачливым поджигателем огромной кучи досок, я вскрыл канистру и, используя одну из досок как импровизированный жёлоб, начал лить бензин, чтобы он образовал большую лужу на дне ямы.

Вылив почти всё, я подождал несколько минут, а потом сделал из остатков топлива пятнадцатиметровую дорожку, уводящую от мельницы. Закончив приготовления, запалил бензин зажигалкой и побежал, не дожидаясь, когда огненная змейка доползёт до развалин.

Я успел удалиться метров на десять, когда за спиной рвануло. Развернувшись, увидел, как шар огня разбрасывает во все стороны куски трухлявых досок. Всё произошло так, как я и рассчитывал: пары разлитого бензина начали копиться на дне ямы и за несколько минут максимально уплотнили свою концентрацию, так как не имели возможности быстро подняться выше. При появлении открытого пламени они рванули почти как взрывчатка объёмного действия.

Одна из выброшенных из ямы досок упала в паре метров от меня, и ещё с полсотни больших кусков теперь дымились вокруг бывшей мельницы. Когда я подошёл ближе, высокое пламя, вырывающееся из развороченного подвала, начало успокаиваться. Какое-то время там внизу ещё что-то горело, но, как и предполагалось, остатки мокрых деревяшек толком не загорелись.

А буквально через пять минут последние языки пламени потухли, и дым начал рассеиваться. Я смог рассмотреть ржавый остов мерседеса. Как и предполагалось, взрывная волна не смогла его выбросить. В результате он провалился ещё глубже и перевернулся на бок, буквально в полуметре от очистившейся площадки.

Мне повезло: в пределах этой площадки находился тот самый прокол, ведущий к океану шевелящейся тьмы.

А стоит ли туда вообще лезть? Может, проще привести сюда десяток самосвалов песочка и засыпать всё это к чёртовой матери? Вот только навряд ли эта мера поможет. Засыпать, а лучше даже забетонировать наглухо — идея неплохая, но перед этим я всё равно должен сам туда спуститься и попробовать оборвать эту извивающуюся пуповину.

Конечно, добраться до площадки оказалось ещё той проблемой, но я смог, хорошенько измазавшись и несколько раз крепко ругнувшись, спуститься вниз. В процессе одна из призрачных нитей вырвалась из прокола и, воспользовавшись отвлечением моего внимания, коснулась головы.

Нить тут же рассыпалась в прах, но на несколько мгновений отвратные образы буквально заполонили сознание. Я узрел эпизоды жертвоприношений, совершённых в этом месте в незапамятные времена. Увидел измазанные кровью лица полуголых людей, пляшущих вокруг костра. Заметил безмолвно взиравших на всё это вырезанных из дерева истуканов и многочисленные призрачные нити, оплетающие головы беснующихся тёмных.

Наверное, всё это должно было подвигнуть меня отсюда сбежать, но вместо этого наоборот — ещё сильнее укрепило желание покончить с этим как можно скорее. Едва ноги ступили на тёплую землю, руки сами потянулись к проколу и начали с помощью дара выжигать проникающую в наш мир скверну.

Шевелящийся океан тьмы на той стороне это почувствовал, заволновался, попытался надавить всей массой и прорваться. При этом сотни нитей начали проникать через микроскопическую брешь. Тьма попыталась оплести ими словно спрут, но всё, что меня касалось, тут же истлевало.

Всё, чего добилась тьма на той стороне, — это напустить на моё сознание тысячи отрывочных воспоминаний, пришедших из разных мест не только нашей страны, но и мира. В них я увидел поля сражений разных эпох, природные катастрофы и рукотворные зверства. Я узрел тёмных, борющихся с любыми проявлениями света.

Всё это должно было сбить с концентрации, но вместо этого произвело противоположный эффект. Вместо потери сил замеченный в фантомных образах свет помог сконцентрировать энергию и ударить по проколу даром со всех сил.

Спалив все проникшие в наш мир нити, я запустил в пуповину волну исцеляющей плоть энергии и, достигнув краешка шевелящегося океана, одновременно зарубцевал прокол по всей длине.

После этого почувствовал слабость, опустился пятой точкой на землю и уставился на череп в эсэсовской фуражке, взиравший на меня пустыми глазницами. Не знаю, через сколько времени я смог прийти в себя, но заметив луч фонаря, посмотрел вверх на источник света.

— Лёха, ты как там? Жив? — спросил появившийся на краю ямы человек, голосом пасечника.

— Вроде жив. Поможешь выбраться? — ответил я, поднимаясь с земли.

— Конечно. Хватай за ремень, я тебя вытяну.

Сделав, как сказал Давыдов, я вскарабкался по трухлявым доскам и, выбравшись из подвала мельницы, посмотрел в глаза пасечнику.

— Иван, недалеко от города песчаный карьер. У тебя есть кто сможет сюда десяток самосвалов с песочком оттуда пригнать и всё это непотребство засыпать и утрамбовать?

— Говорят, дорожники сегодня снова продолжили работать. Если их от нас не перебросят, думаю, пару-тройку самосвалов с песком уже завтра найдём.

— Вот и хорошо. Если понадобится я профинансирую — пообещал я и тут же сглотнул, вспомнив о бутылке знахарской настойки, спрятанной Матрёной под водительским сиденьем «Нивы».

Глава 16

«И вновь продолжается бой…»

Первый день после запечатывания прокола прошёл как в тумане. Похоже, в процессе я исчерпал себя и лишь случайно не дошёл до крайней черты. Как такового отката не было, однако силы ни в какую не желали восстанавливаться. Сознание породило множество гипотез на этот счёт, но все они приводили к одним и тем же выводам: либо я влез туда, куда не следовало, либо раньше каким-то образом энергия подпитывала меня именно из этого тёмного источника.

Всё изменилось на вторые сутки. Сначала меня отпустило желание постоянно спать, а потом возможности экстрасенсорного дара вернулись в прежнем объёме. А если точнее, эти возможности немного расширились. Это проявилось в виде прибавки к дистанции воздействия и умения быстро проникать в более глубинный слой мыслей человека.

Придя в себя, я смог проанализировать ситуацию и пришёл к определённым выводам. Наверняка все затронутые тьмой личности, живущие в пределах нашей области, могли почувствовать, обрыв пуповины, связывающей наш мир с чем-то потусторонним. Если Аглая знает, то тёмный, живущий в Москве, тоже уже в курсе. Теперь они будут вынуждены проявить себя и попробовать уничтожить посягнувшего на аномалию.