Выжить в битве за Ржев. Том 10 (СИ), стр. 2
Ловец собрал диверсантов у края болота. Их было двенадцать вместе с ним самим. Лучшие из последнего пополнения. Снайперы, которых отбирал к себе во взвод опытный старшина Шаманаев. А те, кто прошел с Ловцом через ледяной ад зимних лесов под Вязьмой, почти все уже полегли. А оставшиеся, — вроде Смирнова, Панасюка и Баягирова, — были изранены, но отказались от госпиталя.
Они оставались командовать тыловой базой отряда, чтобы организовать охрану гатей. Их будет лечить прямо на месте Полина и ее новые сослуживцы по санчасти, которые прибыли на болото Кривое вместе с саперными батальонами и танковой бригадой. Попаданец расставался со всеми ими с тяжелым сердцем. С ним шли молодые, но уже обстрелянные десантники. Но они не были ни Смирновым, ни Баягировым, ни Панасюком. Этим ребятам опыта пока не хватало. Но, на войне быстро учатся. На это Ловец и надеялся: на то, что переняли уже эти молодые парни кое-какой опыт у него самого и у других.
Ведь учили их на лесной базе возле станции Панино самые опытные бойцы. Вот только, маловато, конечно, учить их довелось. Но, как бы там ни было, а в бою на болоте против немецкой диверсионной группы эти десантники не только выжили, но и не получили ранений. И попаданец решил, что, возможно, они удачливые, потому и взял с собой. Да и больше, по правде, некого было…
— Боевая задача у нас такая, — сказал Ловец. — Пока танки медленно ползут по гатям и сосредоточиваются за болотом, мы идем впереди. Наша цель — расчистить путь для бронетехники. Уничтожить немецкие противотанковые пушки. Снимать засады. Убирать наблюдателей и корректировщиков. По возможности постарайтесь действовать тихо. Без моего приказа огонь не открывать. Подкрадываться незаметно. Брать противника в ножи. Все ясно?
Бойцы кивнули. А он уточнил:
— Тогда вперед. Если получится, — работаем без лишнего шума. Если нет — стреляем. Но не забываем: пока не шумим, внезапность на нашей стороне.
Они двинулись в редеющий туман. Ловец шел первым. Афганец, все еще слабый после ранения, остался с Полиной. Ловец не взял с собой необычного пса, пожалев его. Как не взял он и Полину, несмотря на все ее просьбы, уговоры и слезы. Они стали слишком дороги попаданцу, чтобы рисковать ими.
А пес, наверное, не понимал этого. Он порывался в поход. И теперь разочарованно смотрел Ловцу вслед. И в глазах у Афганца было что-то, похожее на упрек.
Группа майора Салова прошла первой, но по другому маршруту, начинающемуся от третьей гати. Задача у Салова была простая, но страшная: отвлечь внимание противника на себя. Но, судя по тому, что в лесу с той стороны не стреляли, Салов еще даже ни на кого не напоролся. Либо его люди действовали настолько бесшумно. Но у Ловца маршрут был иным. Его группе предстояло выдвигаться не окольными путями, а идти прямиком от болота в сторону рокады, предваряя маршрут ударной танковой группы.
Первая немецкая противотанковая засада обнаружилась в ста метрах от места, где кончалось болото, вклинившееся в линию фронта. За минным полем и проволочным заграждением пряталась небольшая противотанковая 37-мм пушка «Pak 35/36» с расчетом из четырех человек. Они сидели в окопе, замаскированном в ельнике, пили кофе из термоса возле своего НП на маленьком пригорке и смотрели в сторону болота. Они явно ждали гостей с той стороны. Зибер, наверное, доложил, что на болоте русские что-то затевают. Враг не был дураком. И он не дремал. Но и точных замыслов противника немцы не знали, иначе поставили бы в засаду что-нибудь посолиднее. А тут имела место засада «на всякий случай».
Попаданец первым заметил немцев. Своим острым зрением опытного снайпера он разглядел их пушку под маскировочной сетью и подал знак своим. По его команде десантники растворились в лесу, обходя болото по кромке. Ловец страховал, глядя на врагов сквозь оптический прицел своей «Светки». Через несколько минут с той стороны раздались два тихих стона. Потом — тишина.
Когда Ловец подошел к окопу. Там лежали четыре тела. Все с перерезанными глотками. Пушка оказалась целой. Снаряды лежали рядом.
— Хорошо сработали, молодцы! — похвалил он. — Идем дальше.
Вторая позиция находилась западнее и была сложнее. Пулеметное гнездо на фланге должно было прикрывать ту самую пушку в засаде. А на противоположном фланге находился еще один «МГ-34». При каждом пулемете имелся расчет из трех человек.
Они тоже были настороже. Словно чего-то ждали. Возможно, слышали танковые моторы, звук которых мог донести порыв ветра. Хотя фронт по-прежнему сильно грохотал справа и слева от болота, всего в каких-то полутора километрах, но это не значило, что немцы оглохли и не могли услышать гул танковых двигателей. Могли. Оттого и выглядели встревоженными.
Один из немцев смотрел в сторону болота. Другой — в сторону леса. К счастью для Ловца, им мешал туман. Он все еще окончательно не рассеялся, по-прежнему закрывая своей белесой пеленой обзор над болотом.
Ловец остановил группу. Он прикидывал, как незаметно подобраться к пулеметчикам.
— Сержант Самойлов, — наконец сказал он, подозвав младших командиров. — Ты и твои люди — по левому флангу. Сержант Буслаев — по правому. Я — прикрываю.
Они разошлись. Ловец пополз вперед. Он был уже близко от правого пулемета, слышал, как немцы переговариваются. Он видел их силуэты в тумане. Он ждал удобного момента. И момент наступил. Старший расчета пулеметчиков отправился справлять нужду, а двое других отвлеклись на какой-то веселый анекдот, потеряв бдительность.
Ловец подал сигнал Буслаеву, который находился в пределах видимости, и сам рванулся вперед. Десантники как раз подползли и поднялись для броска. Ножи вонзились в тела врагов. И наступила тишина. Один пулемет был нейтрализован без громких звуков. Вскоре точно так же поступили и со вторым.
Шестерых немцев молодые десантники грамотно взяли в ножи. А пулеметы остались целы. Ловец посмотрел на часы. Прошло двадцать минут. Танки еще не пошли. И это было хорошим знаком.
Третья позиция была коварной ловушкой. Немцы поставили «8.8 cm FlaK 37», — тяжелую зенитку, больше известную, как «Ахт-Ахт», превращенную в противотанковую пушку, — прямо на пути от болота в сторону рокады. И тщательно замаскировали ее. Афганец обязательно загодя предупредил бы Ловца. Но пса на этот раз с ним не было. И попаданец почти пропустил засаду.
Он остановился только тогда, когда более молодые заметили немцев первыми.
— Вижу пушку, — прошептал сержант Ренат Буслаев. — И еще… Там миномет. И пехота. И еще два пулемета. Много.
Ловец поднял руку. Группа замерла. Он посмотрел в бинокль и увидел окопы. А еще увидел пулеметы. Теперь он видел и орудие «Acht-acht», спрятанное под большой старой разлапистой елкой и тщательно задрапированное маскировочными сетями и еловыми лапами. Ствол пушки был нацелен на гать. Если танки пойдут прямо на эту засаду, то будут подбиты и сгорят, не достигнув цели.
— Обойти этих не получится, — сказал он. — Окопы справа и слева слишком широким фронтом. Придется атаковать.
Сержант Самойлов озабоченно посмотрел на него и прошептал:
— Разрешите обратиться, товарищ майор. У нас двенадцать человек. У немцев — не меньше тридцати. И пушка. И миномет.
— Знаю, — ответил Ловец. — Потому и говорю: будем атаковать. Но не в лоб. С умом. Буслаев, бери своих снайперов и убираете расчет пушки. Самойлов — со мной. Подползаем к окопам, где пулеметные точки, и закидываем немцев гранатами. Остальных добиваем.
— А если не получится? — спросил Самойлов.
— Получится, — сказал Ловец. — Должно получиться. Иначе наши танки здесь не пройдут.
Они двинулись. Снайперы заняли позиции. Ловец и Самойлов поползли вперед. Снайперы ударили по расчету пушки. Ловец и Самойлов кинули гранаты, затем еще пятеро бойцов сержанта Самойлова ворвались в немецкие окопы.
Бой был коротким. Но жестоким. Немцы не ожидали атаки. Но они были хорошо обучены. Это оказались не эсэсовцы, но они все-таки ожесточенно отбивались. Ловец изменил своей «Светке», променяв винтовку в ближнем бою на первый попавшийся под руку немецкий автомат, оставшийся целым рядом с фельдфебелем, погибшим от разрыва гранаты. Самойлов в это время косил фрицев вдоль окопа из своего «ППШ-41». «Окопные метлы» сработали исправно. Через пару минут все было кончено. Двадцать восемь немецких трупов. Пушка, миномет и пулеметы — захвачены.