Рекапитуляция (СИ), стр. 31

— Ты… удивительно спокойно реагируешь на всё происходящее, — наконец произнёс он.

— Только сегодня Касуми спрашивала меня о чём-то подобном, — усмехнулся я. — Почему вас всех так удивляет моё спокойствие?

— Ты — подросток. А это время бунтарства, нежелание принимать чужие авторитеты, нежелание подчиняться. Зачастую — глухота к доводам разума и логики. В конце концов у тебя может быть неприязнь лично ко мне.

— Мы же, кажется, это обсудили? — уточнил я. — Лет в восемь я был бы безумно счастлив встретить отца, в двенадцать — я бы ненавидел того, кто меня бросил, но сейчас… я просто принимаю это как факт. Ты объяснил свои резоны, я принял решение, как их воспринять. Не скажу, что простил, но и зла не держу. Ну и не собираюсь демонстрировать горячей сыновьей любви… да и вряд ли ты подобного ждёшь от меня. Я, кажется, уже не в том возрасте, чтобы ты учил меня кататься на велосипеде, водил на рыбалку или в парк развлечений… Чем там ещё принято заниматься в таких случаях? Но мы всегда можем сесть и поговорить как два… ну не взрослых, но вполне разумных человека. И обсудить хоть вопросы, связанные с Иджис, хоть… да что угодно. Хоть прочитанную книгу. Я не буду против. И… я тебя не ненавижу. Скорее просто не знаю.

— Ты прав, я не жду от тебя каких-нибудь глупостей, — в глазах Командующего мелькнуло что-то похожее на одобрение. — И мне нравится твой подход — он взвешен и разумен. И раз уж между нами нет ненависти, то что с остальным?

— Возможно, отшельничество на Хоккайдо хорошо способствует саморазвитию и обретению внутреннего покоя, — ухмыльнулся я. — Да и не чувствую я что-то в себе какой-либо тяги к бунтарству. Нет, было бы неплохо, если бы моя жизнь и дальше текла тихо и спокойно… Но раз уж всё так сложилось, к чему сопротивляться? Тем более может, я и правда хочу чего-то достигнуть, а не вернуться в свою северную глушь.

— И при этом тебе не так уж важны деньги и почести, — заметил Нагумо.

— Я бы не сказал, что десять тысяч гео — такая уж мелочь… Но, пожалуй, ты прав. Хочется сделать что-то такое… чем можно гордиться.

— А победа над ОМЕНом разве не повод для гордости?

— Повод. Но я считаю, что мне просто повезло…

— И очень зря, — неожиданно возразил мне Командующий. — Ты победил не потому, что тебе повезло, а потому что действовал грамотно и хладнокровно. Да, тебе не хватало опыта, но ты грамотно распорядился имеющимися знаниями и не терял самообладания. Никто не побеждал кайдзю за себя — Призрак не действовал сам по себе, ангел не поражал его молнией с небес. Так что не надо лишней скромности — ты вполне заслуживаешь гордиться своей победой. Понял? Если понял, то можешь быть свободен — время ещё есть, так что сегодня из тренировок у тебя будет тактическое занятие у капитана Кисараги.

— Есть! — полушутя-полусерьёзно козырнул я, щёлкнул каблуками и направился к выходу из кабинета Командующего Иджис, не забыв прихватить с собой документы, карточки и пистолет. — До встречи, отец.

— Не прощаемся, — слегка усмехнулся Нагумо, снова возвращаясь к работе с компьютером.

Глава 14

На выходе из кабинета меня встретила пара охранников — на этот раз других, но экипированных всё так же хорошо. Как будто тут не сердце научной организации, укрытая в километре под землёй, а полевой штаб на линии фронта…

Походили по пирамиде, опустились на несколько этажей, воспользовались парой лифтов… Что-то я тут всего второй раз так блуждаю, а уже начинаю думать о том, что хорошо бы перемещать по этой громадине на гольф-каре. Или хотя бы на велосипеде.

Спустя примерно минут двадцать нас перехватила Касуми.

— Всё, парни, спасибо. Дальше мы сами!

Ну сами, так сами…

— Куда идём? — поинтересовался я на ходу.

— В конференц-зал, — не сбавляя шага, ответила Кисараги. — Я попросила Макори подготовить материалы, а то сама уже не успева… Стоп! Мы прошли нужный поворот.

Пришлось вернуться немного назад.

— Всё ещё путаешься? — поинтересовался я.

— А сам-то? — фыркнула девушка. — Только с сопровождением и ходишь. А я вот честно пытаюсь всё запомнить.

Что ж, справедливый упрёк… И ведь не поспоришь даже.

Подошли к одной из многочисленных дверей, но эта была украшена табличкой «Конференц-зал №4». Вошли внутрь.

Экран проектора на стене, широкий стол, с десяток стульев — ничего примечательного в принципе.

В конференц-зале нас встретил невысокий темноволосый парень ну лет двадцати пяти от силы. Не слишком длинные, не слишком короткие волосы, небольшие очки, приятная улыбка — в целом очень интеллигентное впечатление производил. Ему бы не чёрная с золотой окантовкой форма бы пошла, а скорее уж фрак с бабочкой и скрипка какая-нибудь.

— Знакомимся, — объявила Касуми, плюхаясь на один из стульев. — Это лейтенант Исэ Макори, повышен до первого заместителя оперативного отдела, то есть меня. А это лейтенант… Лейтенант же?

— Ага, — кивнул я.

— Лейтенант Нагумо Акира, пилот Призрака-01.

Мы с Исэ сначала поклонились друг другу, а затем пожали друг другу руки.

— Макори, заряжай, — кивнула майор.

Заместитель пощёлкал пультом, гася свет и запуская проектор.

На экране появились кадры спутниковых снимков. Лёд, много льда и отсутствие следов человеческой деятельности — ни дорог, ни городов…

— Антарктида? — предположил я.

— Совершенно верно, — кивнул Макори. — Район Земли Мэри Бэрд, примерно сто километров восточнее Граунд Зеро — точки Удара Тысячелетия.

Снимки несколько раз последовательно увеличились, делая акцент на какой-то крупной тёмной точке… Которая на последнем кадре превратилась в размытый и нечёткий, но вполне понятный силуэт чего-то чудовищного. А точнее — кого-то.

— 29 сентября 2004 года — спутник-разведчик США засёк неопознанный объект, движущийся к кратеру Тысячелетия. С авиабазы Хобарт в Тасмании немедленно был поднят самолёт-разведчик U-2 и отправлен в Антарктиду. Он прибыл к месту патрулирования через семь с половиной часов, а ещё через два часа был обнаружен объект, получивший статус ОМЕН-1 и кодовое имя «Голиаф».

Теперь уже вместо спутниковых снимков пошли видеосъёмки, причём весьма неплохо качества — сначала чёрно-белая, потом цветная и под конец тепловизионная.

Затем появилась трёхмерная сетчатая модель, превратившаяся в весьма реалистичное изображение монстра.

Чем-то похож на «Молоха»: массивное тело с чертами рептилии, две мощные задние лапы, короткий хвост, пара длинных верхних конечностей, которые доходили до земли — на каждой по три громадных когтя и один меньший, противостоящий.

Самой же, если так можно выразиться, колоритной особенностью кайдзю оказалась голова, похожая на топор — с мощными костяными гребнями на макушке и подбородке, и парой кривых бивней, торчащих из зубастой пасти.

— Американцы немедленно начали подготовку операции по уничтожению кайдзю с воздуха, и 15 октября они начали операцию «Хаммерфолл».

и- Любят американцы пафосные и звучные названия, насколько бы глупо это не звучало, — прокомментировала Касуми. — Тоже буду придумывать такие же названия, когда будет возможность.

— Первый удар в виде разведки боем нанесли два бомбардировщика В-52, применив тридцать крылатых ракет AGM-86, — продолжил Макори. — Результат — полный провал, ни одна ракета не поразила цель. Причём, все они существенно отклонились от курса, хотя они действовали под управлением инерциальной системы наведения с корректировкой по GPS. До этого считалось, что её невозможно заглушить при помощи помех.

На кадрах съёмки с воздуха было видно, как ОМЕН буквально исчезает в облаках взрывов, но потом как ни в чём ни бывало продолжает свой путь по ледяной пустыне.

— Спустя шесть часов начала вторая — шоковая — фаза операции. В зону сражения прибыли три транспортных «геркулеса» и сбросили три сверхмощные бомбы GBU-43/B — каждая по тридцать три тонны в тротиловом эквиваленте. Первоначально предполагалось добить ими цель, но теперь было решено попробовать снести защитное поле мощными взрывами.