Академия под подозрением (СИ), стр. 3
Повеяло семейным скандалом с битьем посуды.
– Ты ещё скажи, будто с любовником путешествую, - усмехнулась я. - Эрл, ты сам прекрасно знаешь, какая у нас зарплата. И сколько стоят больничные счета. И горькие микcтуры никто просто так не продаст за красивые глазки. Да откуда у меня деньги не то что на курорт, а хотя бы на санаторий? Если есть на примете богатый кандидат, готовый оплатить мне отпуск со всеми удобствами, свисти.
– Мне бы и самому такой кандидат не помешал, - хохотнул Эрл. – Делитьcя им бы я не стал. Ты, кстати, как себя чувствуешь?
– Магией пользоваться не могу, - сухим тоном призналась я. Не люблю, когда меня жалеют.
Тяжело быть единственной девушкой в окружении мужественных мужчин. Ты можешь быть сколько угодно раз и капитаном отряда, и магом четвертой ступени, только в их глазах ты все равно миленькая блондиночка.
– Очень больно? – Эрл сочувственно выпятил нижнюю губу.
– Уже нет, – резче, чем необходимо, ответила я. Он бы ещё предложил подуть на ранку. – Микстуры вполне справляются с последствиями.
– А они горькие, - печально вздохнул безопасник. - Погоди-ка, у меня тут было… – и с загадочным видом полез в карман штанов.
По своему опыту могу сказать, что ничего хорошего мужчины там не носят. Особенно в рабочей форме. Чтo-то действительно ценное и приличное спрячут ближе к сердцу – в кителе.
– Вот, - мне с гордостью предъявили потрепанный леденец на палочке. - Конфетка, чтобы заесть микстуру.
Я приняла подношение с благодарной улыбкой. Хотя бы он завернут в упаковку, а значит, леденец никто не сосал до этого. А то бывали прецеденты.
Крики «Держи вора!» никогда не раздаются в подходящее время. Тoлько расслабишься, как рядом уже кого-то грабят. У нас так один из стражников шел домой, широко зевнул, а тут преступление. Он от неожиданности себе челюсть вывихнул. Так и бежал за воришкой с перекошенным лицом, нагоняя на того ужас и заставляя быстрее перебирать ногами.
И вот сейчас, когда до билетера мне оставалось буквально три человека, раздался вопль. Судя по кричавшему, там украли все: деньги, ценности, честь и добродетель.
Эрл ломанулся в толпу и упустил юркого мужчинку, выскочившего прямо на меня, буквально просочившись в небольшой зазор между двумя тетками, старательно пытающимися разглядеть бесплатное представление.
А у меня рефлексы. Я выкинула вперед ладонь, магия обожгла кончики пальцев и заморозила нос опешившего воришки. Тот даже убегать прекратил, замер и недоверчиво потрогал сосульку на носу.
– Простите, – нервно усмехнулась я. - Придется по старинке. - И размахнулась чемоданом. А там не только вещи, но и конспекты, которые я с трудом откопала на самом дне сундука, и пара учебников «Все о магии льда», каждый толщиной с мою кисть. А ещё месячный запас лекарственных средств. И пускай скажет спасибо чудесной науке, благодаря которой я могу не везти с собой микстуры, а взять порошок и самостоятельно готовить микстуры на месте. В битве против женской маленькой сумочки и воришки победила моя поклажа. – Эрл! Вернись! Я все прощу. Даже то, что ты забыл о моем дне рождения и преподнес розочку из бумаги, которую тебе сделал задержанный особо опасный преступник.
И хоть бы кто пропустил меня вперед после героического поступка. Но нет. И, как назло, последний человек передо мной застрял у окошка, выбирая, как сэкономить на порталах и прибыть в нужное место.
Стационарные точки перемещения специально расположены на коротких расстояниях, чтобы вытрясти с людей побольше денег. Предприимчивые власти умеют хорошо придумывать, как заработать, но никак о том, как позаботиться об удобстве граждан. Мне предстоит совершить пять прыжков, прежде чем окажусь в городе, от которого буду искать попутку до Боевой Академии, а учитывая, что туда народ не суется, то денек намечается веселый. Одна надежда, что Ρуфус не обманул, и меня действительно ждет транспорт.
Пять порталов. Пять очередей сначала к билетеру, затем к самой точке выхода. Будни, а народ словно не работает, а только путешествует. Безобразие. Очень к месту пришелся леденец Эрла. В районе обеда живот начал громко намекать на свое недовольство отсутствием перекуса, ведь прыгать на полный желудок не рекомендуется, и я с утра ограничилась только чашкой чая.
В портальных зданиях хоть лоточники и были, однако покупать у них пирожки я не рискнула. Без некроманта под рукой на такой подвиг я не горазда. А выйти и купить что-то снаружи – потерять место в очереди и потом спорить со всякими «Вас тут не стояло».
В городке Парсан, маленьком, и тем не менее жутко шумном, я, с трудом пробившись на улицу, фактически выпала из портального здания. А ведь уже почти забыла, как страшный сон, что отсюда доставляются в Боевую Академию припасы. Если рискнешь плюнуть, обязательно попадешь в очередного тoрговца. Но все продукты привозят до завтрака, и сейчас народ уже ломится обратно.
– Что это? – сдавленно прохрипела я, разглядывая организованный Руфусом транспорт.
– Конь, - гордо представил мне бицикл усатый дядька на станции, – двухколесный.
– Так, - я помассировала виски, пытаясь забыть то, что видела секунду назад, – мне нужен нормальный транспорт до Боевой Академии.
– Это только завтра с первыми лучами солнца, – развел руками мужчина. - Повезут деткам парное молочко, и вас могут с собой прихватить.
Вроде звучит все не так и плохо, и тем не менее я со вздохом принялась пристраивать чемодан на багажнике бицикла. Пропуск Руфкс выписал для меня сегодняшним числом. В Боевой Академии очень строгая пропускная система. Если я приеду рано утром, потом придется полдня сидеть возле калитки, ожидая Руфуса. Только он cам мне сказал, что завтра его в академии не будет, для встречи комиссии нужно много чего подготовить. То есть, куковать мне придется очень и очень долго.
Налегая на педали бицикла, я себя успокаивала тем, что физические занятия полезны, особенно для тех, кто сидит дома и не работает. Так жировые складки у меня точно не появятся. А ещё грела перспектива как следует отпинать Руфуса. Вот только я доберусь до его ректорской персоны…
Первые полчаса дороги прошли вполне терпимо. Я даже воспряла духoм – могу же! Но чем дальше я отъезжала от Парсана, тем тяжелее становилось крутить педали. И, самое страшное, пришло осознание, что стоит мне слезть с бицикла, обратно я уже не смогу залезть. Пеpедышку ногам давать нельзя.
Через три часа к пропускному пункту подъехала всклокоченная и красная девица, отчаянно ругающаяся, проклинающая и ректора академии, и изобретателя бицикла, и собственное любопытство, чтобы красиво рухнуть прямо возле двери.
– Ты кто? - с опаской спросил привратник. - Ты вообще живая?
– Не дождетесь, – прохрипела я, переворачиваясь на спину и раскидывая руки и дрожащие ноги в стороны.
И чего переживает? Пропускной пункт находится за куполом. Еле заметная пленка исправно мерцает между мной и привратником.
– Пропуск на имя Инды Глетчер, – я с трудом села. Одежда насквозь промокла от пота и неприятно липла к телу. – Если Ρуфус его не заказал – молитесь.
– Я? - удивился дедок. Кажется, он сидел здесь и во времена моей учебы. - А почему я?
– Вы ближе, - честно призналась.
– Есть пропуск! – поспешно выкрикнул привратник. – Погoди, деточка, я сейчас проход открою.
Шаркая ногами, он вышел из будки, чтобы прижать к куполу амулет. Я рефлекторно жадно проводила его взглядом. Мы пытались выкрасть открыватель барьера, но привратник носил амулет на такой крепкой цепочке, что проще было сломать ему шею. А потом и вовсе узнали, что амулет индивидуальный, и настроен исключительно на привратника. А он дедок честный и взятки не берет, лестью не прельщается, а только особо настойчивых в книгу записывает и после ректору сдает.
– Заползай, болезная, - сердобольно предложил привратник. - Кстати, личико у тебя знакомое. Уж не ты ли с дружком в помывочной за мной подглядывали?