Таверна на прокачку 8 (СИ), стр. 19

Леонид сопел и пытался вырваться. Он был сильным, и долго бы я его не удержал.

— Леонид, сейчас тебя отпустят, а ты подойдёшь и сядешь сюда. Иначе, я сам тебя вырублю, — спокойно сказал Клим, указывая на скамью. — Понял?

Леонид кивнул.

— Макс, отпусти его, будь добр.

Я осторожно разжал руки, и Леонид направился вперёд. Правда в последний момент попытался развернуться и ударить меня, вот только я этого ждал, поэтому успел увернуться.

Зато вмешался Клим и Леонида вжало в пол.

— Ну тогда так полежи, — заключил Клим, затем поглядел на меня. — Рассказывай, что у вас стряслось.

Я посмотрел на Леонида. Он дёрнулся, но его прижало к полу чуть сильнее.

— Я рос в его семье, — начал я. — Меня взяли туда, как приживалку, и все эти годы я получал лишь оплеухи и пинки. Ни за что. Просто потому, что был под рукой и не мог ответить. И он, — я кивнул на парня, — годами измывался надо мной, пользуясь своим положением.

— Ну, дела считай семейные, — хмыкнул Клим, но я качнул головой.

— Это мелочи. Леонида я не раз с тех пор ставил на место. Но потом на Дубовый Яр, деревню, где мы жили, налетели охотники. Сначала это были люди Самсона. Змей, охотник, сначала приставал к его матери. Его избил, потом и вовсе хотел надругаться над матерью в их собственном доме. Леонид спрятался, и ничего не сделал. А я, вступился за его мать. Рисковал жизнью, но убил обоих охотников что там были.

В зале поднялся гомон, мужики принялись обсуждать услышанное.

— Так вот значит, что с Самсоном стало… — хмыкнул Клим.

— Выходит ты убил Змея? — уточнил молодой совсем охотник.

Кто-то из деревенских крякнул. Они таких подробностей не знали.

— А что в это время делал он? — спросил хмурый охотник, с подбитым глазом, что с презрением поглядел на распластанного Леонида.

— А он, — произнес я медленно, — увидев, что опасность миновала, запер меня в горящем доме, обрёк на верную смерть. Я прятался в погребе и видел, как другие охотники избивали его мать, пока он смотрел и плакал как девчонка. А потом его увели. Дальше не знаю, что с ним было. Но вижу, что стал еще большим подонком, — я кивнул на Дарью, что так и стояла, прижимая к себе подготовленную еду.

Взгляды людей стали задумчивыми.

Клим хмуро глядел на распластанного Леонида. Молодые охотники глядели на парня с явным сожалением.

Леонид рванулся.

— Врёшь! — захрипел он. — Врёшь, ты всё.

— Если он недавно к вам присоединился, я бы порекомендовал быть с ним осторожнее, — заключил я.

— И почему? — невозмутимо спросил Клим.

— Потому что он подлый, трусливый, еще и лжец, — твёрдо сказал я. — И жизнь его ничему не учит, потому что сегодня для издевательств он выбрал безобидную женщину, которая не даст сдачи.

И тут белобрысый подал голос.

— А как он нам заливал, что Змея сам убил. — он поглядел на Леонида, и качнул головой. — И как ты его ножом в шею, и как он на тебя пошёл, и как ты уворачивался.

Я посмотрел на Леонида. Если до этого он был бледным, то теперь стал краснеть до пунцового оттенка.

— Это ложь! Это не правда, — засипел Леонид.

— Чем докажешь парень? — спросил Клим.

— Мне нет необходимости доказывать что-то, — пожал я плечами.

Но тут Леонид закричал?

— Я, Леонид, сын Виктора, вызываю тебя, Макс безродный, на поединок силы. Перед свидетелями. По своей воле и в здравом уме.

В зале все ахнули и притихли. Внутри что-то кольнуло, стало очень неприятно, а энергия будто встала на дыбы внутри меня.

Вам предъявлен вызов на поединок Силы.

— Ты что творишь⁈ — взревел кто-то из старших охотников. — Парень, опомнись!

Клим хмуро поглядел на Леонида.

— Надо было тебе и рот зажать, — вздохнул он.

Сидор растолкал мужиков в стороны и шагнул вперёд, нависнув над Леонидом.

— Ты что несёшь⁈ Тебе восемнадцати нет! Нельзя устраивать такие поединки, тем более на пустом месте! Не губи свою жизнь!

— Поздно уже, — сказал Илья. — Слова то он сказал.

Я насторожился.

— Что значит поздно? — спросил я.

Леонид, давление на которого ослабло, поглядел на меня со злой усмешкой.

— Не жить тебе, — прошипел он.

Ко мне обернулся молодой веснушчатый парень.

— Это вызов силы, — сказал он. — Леонид его произнёс при свидетелях. Если ты практик, — он оглядел меня, — а ты явно практик, то отказаться уже нельзя.

— А если всё же откажусь? — хмыкнул я.

Охотник поморщился.

— Тогда ответишь своей силой. А то и жизнью.

Я едва глаза не закатил. Тоже мне задумали, пугать ежа самкой кактуса.

— Можно подробности? — попросил я, глядя сверху вниз Леонида. Вот же поганец, не успел появиться, а уже создал проблем на ровном месте. Не живётся же ему спокойно…

Тут поднялся со скамьи Михаил, который всё это время наблюдал за происходящим. Рядом с ним сидела Вера, закрыв ладонями рот. У её ног стояла ника, вздыбив шерсть на загривке.

— Если откажешься от поединка, — произнёс Михаил. — Мир решит, что ты недостоин звания практика. В лучшем случае, останешься на том уровне, что у тебя сейчас есть. Можешь просто умереть… Хотя это опасность для бессмертных. Ты ведь молодой еще совсем. Ну, или самое страшное, рискуешь вовсе лишиться силы и стать обычным человеком.

— Иные после такого руки на себя накладывали, — покивал Илья. — Потому что это уже не жизнь, без силы то…

Судьба, мир, энергия или как её там, не перестаёт удивлять в своей ухищрённости создавать мне проблемы.

Я ведь только что взял ранг. Ну дайте мне передохнуть хоть немного.

Нет же, мне теперь нужно опять кому-то что-то доказывать. Ну что ж, Леонид сам напросился.

Я вздохнул.

— Какие условия? Спросил я.

— Необходим секундант, позволите мне взять на себя эту роль? — спросил Михаил.

Он медленно поднялся на ноги и сделал несколько шагов к центру зала. Ему явно было больно, выглядел он утомлённым, и при каждом шаге морщился от боли. Может зелья перестали действовать, или Елена не дала новой порции.

Леонид нахмурился, многие с удивлением поглядели на Михаила, а Клим, сощурившись, посмотрел на раненного охранника, затем кивнул чему-то своему.

— Макс, ты согласен что я буду секундантом? — повторил вопрос Михаил.

— Да согласен, — ответил я.

— Леонид, тебя ведь так зовут? Леонид сын Виктора. Ты согласен с тем, что я, Михаил из чёрных топей, сын Константина, буду секундантом вашего поединка?

Леонид нахмурился, он явно сам не знал всех условий, но медленно кивнул.

— Словами скажи, — рявкнул Клим, да так, что аж стены задрожали. Не ожидал я такого рёва, от не самого крупного мужика.

— Согласен, чё я…

После этих слов, энергия внутри меня слегка успокоилась, а Михаил судорожно вздохнул. Затем усмехнулся.

— Ну раз я секундант, значит я и буду устанавливать условия вашего поединка.

Леонид округлил глаза. Кажется его обвели вокруг пальца,

— Я не согласен! — воскликнул он, но тут же умолк.

— Поздно уже, — хмыкнул Клим. — Помолчи пока.

Михаил тем временем продолжил:

— Значит, так. Все считают, что поединок силы, обязательно должен быть до смерти. Так это не обязательно. Противники сами определяют степень, а если противники не определили, это может сделать секундант.

Михаил улыбнулся и оглядел двор.

— Но есть и условия. Поединок силы, обязательно должен вестись до крови. Так что, пусть и у вас будет поединок до первой крови или пока один из вас не сдастся. Кто первым признает поражение, тот проиграл. А драться будете на кулаках, и без оружия.

— Согласен, — сказал я невозмутимо.

Леонид дёрнул подбородком.

— Есть и второе правило. Поединок силы, это обряд древний и попусту не проводится. Он обязательно требует условий, или удовлетворение требования. Кто победит, тот потребует от второй стороны исполнения обязательства. А проигравший обязан будет его исполнить.