Белая ворона на факультете Теней. Трилогия (СИ), стр. 89
С этими мыслями я погладила задремавшего Банди. Тот принялся мурлыкать, а с улицы до меня донесся очередной взрыв смеха.
Но, несмотря на веселье в доме напротив, продолжавшееся почти до утра, мне все равно удалось уснуть. И пусть ночью ко мне то и дело прорывались кошмары, в которых гудели крыльями летающие пауки, протягивая ко мне металлические лапы и вращая красными мигающими глазами…
На их страже стоял Банди.
Иногда я просыпалась от того, что кот принимался урчать, тыкаясь усатой мордой мне в лицо, словно успокаивал и себя, и меня. Тогда я обнимала его и снова проваливалась в мир сновидений, где все было спокойно и приятно.
Именно поэтому я едва не проспала. Подскочила, принялась бегать по дому, собираясь по делам, а потом в академию. Выдала Банди на завтрак немного вчерашней курицы, сама же сунула в рот кусок хлеба с сыром и принялась думать, как мне быть дальше.
У меня имелись две сумки – одна с молчаливым артефактом (я из будущего, похоже, думала всю ночь, но так ничего путного и не придумала, поэтому новых сообщений не появилось). Туда же я сложила все переданные мне от Джо деньги.
Вторая сумка, побольше, была с останками дронно, которые я решила не оставлять в доме на улице Ветров, чтобы не подвергать отца опасности.
Потому что я тоже думала, пусть и не всю ночь, и в итоге решила, что отдам железного паука… специалисту по паукам. Магистру Коммору, любителю законсервированных мохнатых конечностей и плавающих в банках паучьих глаз. Пусть он разбирается, что это такое!
Я точно знала, что магистр Коммор не был на стороне зла и не имел к Хаосу никакого отношения, потому что этот самый Хаос приходил его убивать. К тому же у меня с этим преподавателем сложился неплохой контакт.
Можно было, конечно, попробовать отнести разобранного на части паука нашему декану, но после истории с приворотным зельем я решила немного изменить маршрут. Думала обходить Диего Веласкеса стороной еще как минимум неделю.
‑ Так, ну я готова, – уже скоро заявила я Банди, перед этим на всякий случай завязав в косу счастливый розовый бантик. Затем посмотрела на кота: – Но вот что мне делать с тобой, дружок?
Отводить кота в академию у меня не было времени. Я и так серьезно рисковала опоздать не только на первую, но и на вторую пару.
Оставить Банди дома? А что, если он примется орать, отцу это не понравится и у них выйдет конфликт?
Ни отцом, ни котом рисковать мне не хотелось, поэтому я сбегала наверх, взяла еще одну сумку и сказала Банди, что возьму его с собой. Но с одним условием. Он будет сидеть в сумке и вести себя как воспитанный кот.
Вести себя как воспитанный кот Банди согласился, а вот залезать в сумку отказался наотрез. Проводил меня до большой улицы, где я нашла извозчика. Затем уже собрался запрыгнуть за мной в экипаж, на что извозчик противным голосом заявил, что с котами нельзя.
‑ А вот так можно? – спросила я, показав ему купюру в пять крон.
Оказалось, что так можно. Получив деньги, извозчик сам распахнул перед нами дверь в салон, а потом даже попросил «господина кота убрать хвост, чтобы случайно его не прищемить».
Уже скоро мы с Банди были возле дверей Королевского Банка. Приехали даже на пять минут раньше срока, поэтому дожидались, когда нам откроют.
И снова – стоило появившемуся в дверях клерку завидеть кота, как он тотчас же произнес:
‑ С котами к нам нельзя!
‑ А вот так можно? – вздохнув, вежливо поинтересовалась я и распахнула сумку, в которой лежало сто тысяч крон.
Оказалось, что так – можно.
А потом оказалось, что я могу полностью погасить наш кредит, правда, сумму мне насчитали намного больше той, которую мы с отцом были формально должны. И продолжали считать, безжалостно отнимая у меня сотни, а то и тысячи крон в уплату каких‑то процентов, работу поверенных и подготовку документов.
За этим последовали всяческие пошлины, и я заскучала.
Давно уже смирилась с потерей куда большей суммы денег, чем предполагала, но внимательно вникала во все, что мне говорили, а потом подписала огромную кипу бумаг, согласившись, чтобы поверенные банка довели все до конца.
Наконец меня поздравили с тем, что задолженности у Астеров больше не существует, а затем спросили, не хочу ли я разместить оставшуюся сумму на депозитном счету.
‑ А там ничего и не осталось, – печально отозвалась я, погладив задремавшего на соседнем стуле Банди. – Мне нужно починить фасад, так что… Пошли‑ка, дружок! – заявила я проснувшемуся коту.
Вскоре мы с ним торжественно покинули здание, а один из клерков распахнул перед нами дверь уже без вопросов. Наверное, по всему банку разнеслась весть, что утром явилась девица с котом и полной купюр сумкой и внесла огромную (для девицы) сумму, закрыв всю задолженность.
Из банка эта самая девица вышла уже с полупустой сумкой, снова поймала извозчика, согласившегося довезти ее и кота до здания мэрии, а заодно и приглядеть за Банди, пока я ходила платить штраф. Там же я договорилась, что в течение недели работники мэрии приведут наш фасад в порядок, после чего дом Астеров больше не будет портить своим видом настроение соседям.
Оставила залог, не без этого, условившись, что остальное заплачу, когда они все закончат.
Наконец нас с Банди довезли до академии, за что с меня содрали целых десять крон, но я чувствовала невероятное облегчение, потому что с моих плеч свалилась огромная кредитная ноша.
И еще легкость, не без этого – ну да, сумка с деньгами была почти пустой.
Оставалось разобраться с железным монстром, которого я собиралась отнести магистру Коммору. Сейчас было самое время это сделать – выходило, что вернулась я как раз к перемене между занятиями, опоздав на первую пару окончательно и бесповоротно.
Именно тогда, когда я шагала по дорожке к главному корпусу, а Банди меня оставил, нырнув в привычные ему кусты, я встретила… Лекса, выглядевшего даже не злым, а разъяренным.
Уверена, младший Дроган поджидал именно меня – потому что он изменился в лице, стоило ему меня заметить. Кинулся в мою сторону, а я подумала, что его, наверное, пропустила охрана потому, что магическая метка Темной Академии все еще была на его руке. Даже несмотря на то, что мой бывший друг забрал с факультета Теней свои документы.
‑ Где тебя демоны носили, Лирьен?! – выдохнул он, и я поняла, что сейчас будет скандал.
Раз уж Лекс назвал меня «Лирьен», то что‑то ему во мне определенно не нравилось.
С другой стороны, у меня тоже скопилось множество претензий к Дроганам, и мне в них многое не нравилось. А наша с Лексом история так и вовсе закончилась еще в прошлой серии.
‑ Какая тебе разница, где меня носили демоны? – поинтересовалась я. – Что тебе от меня нужно?
‑ Я жду тебя уже больше часа!
‑ И что с того? – пожала я плечами.
‑ Лирьен, мы этого не потерпим!
‑ Так и быть, не терпите, – разрешила я, хотя мне стало интересно, что его так взбесило. Поэтому и спросила: – А что именно?
‑ Не потерплю угроз в наш адрес! – выдохнул Лекс. – Ты должна немедленно все прекратить, иначе это выльется вам боком. Скажи тем, кто явился в наш дом…
‑ Погоди… То есть кто‑то явился в ваш дом?! Я‑то тут при чем?
‑ Они потребовали, чтобы мы оставили тебя и твою семью в покое, иначе у нас будут серьезные неприятности. Угрожали моему отцу, напугали мою мать…
‑ А где в это время был ты, Лекс? – удивилась я, подумав…
Выходит, Дроганы наконец‑таки почувствовали на своей шкуре то, что проворачивали со мной.
‑ Спал, – мрачным голосом отозвался Лекс. – Но я полностью согласен со своим отцом. Лирьен, ты покатилась по наклонной дорожке, раз связалась с такими типами! Подговорила их нам угрожать, поэтому отец сразу же отправился в банк, чтобы…
Тут я рассмеялась и смеялась так долго, пока Лекс снова не изменился в лице.
‑ Надеюсь, твой отец прокатится с ветерком, – заявила я ему. – Но вы уже ничего не сможете сделать. Все долги Астеров уплачены, и дом снова полностью принадлежит нам. Так что…