Белая ворона на факультете Теней. Трилогия (СИ), стр. 36
Судя по всему, в мою комнату.
- Ну как знаешь, – сказала я ему вслед, а затем принялась слушать, что происходит на улице.
Потому что взволнованные прохожие только и говорили о том, что сегодня непременно будет прорыв Врат Хаоса – если он уже не произошел! Но столице вряд ли что угрожает – мы слишком далеко от Разлома, к тому же подступы к Марвенне охраняют как наша доблестная армия, так и отважные маги.
Но все-таки до конца опасность исключать нельзя. Первозданная Тьма и ее отродья, что проходят через щели во Вратах, опасны и хитры, а еще кровожадны без меры, так что нам всем стоит проявлять бдительность.
Признаюсь, до этого я думала поймать кота и выставить его на улицу, но, услышав разговоры об опасности, почувствовала себя виноватой.
- Переждем-ка мы прорыв вместе, – сказала я себе, – а потом это рыжее и прожорливое чудовище и само отправится по своим делам.
Вот и я тоже отправилась – чтобы через три часа едва живая вползти в свою комнату. Но к этому времени я закончила и с готовкой, и со стиркой и даже убрала все те комнаты, в которые мне был разрешен вход.
Кот все это время взирал на меня со шкафа – причем моего шкафа, – наверное, решив, что это отличное место для наблюдения.
- На улице какой-то ужас, – сообщила я ему. – Теперь уже все небо затянуто бордовым, словно вот-вот начнется кровавый дождь. А еще я своими глазами видела, как мимо дома проехал конный отряд. Не понимаю, ему-то что у нас делать, на нашей улице? Как-то мне все это не слишком нравится!
Именно поэтому я уселась за свой стол и достала из сумки дневник. Решила спросить у всезнающей девицы, что происходит и чем все это закончится. Раз уж она умеет предвидеть мое будущее чуть ли не до минуты вперед, то пусть поделится своим даром, а заодно и меня успокоит!
Но стоило мне раздобыть и открутить чернильницу, как кот решил, что настало для меня истинное время познать его любовь. Поэтому он спрыгнул со шкафа на стул, затем самым наглым образом прошелся по столу. Смахнул здоровенным, местами пострадавшим в уличных боях хвостом чернильницу, после чего, не обращая внимания на мой протестующий вопль, устроился у меня на коленях.
И замурчал так, словно он – паровой котел.
- Это, конечно, очень мило с твоей стороны, – растерянно пробормотала я, радуясь тому, что в последний момент все же успела подхватить чернильницу и из нее вылилось совсем немного.
Лишь средних размеров пятно, которое упало на раскрытую страницу дневника и тут же стало серым.
Это означало, что девица с той стороны была на связи и увидела «послание», оставленное рыжим бандитом, сейчас отдавливавшим мои колени.
- Знаешь что! – сказала ему. – Решено: я буду звать тебя Бандитом. – Урчание в ответ. – А сокращенно будет Банди. Что ты на это скажешь? – Очередное урчание, но, как мне показалось, уже довольное. – Если честно, раньше у меня никогда не было котов, так что мне все в новинку. Ну раз уж ты сам меня себе завел, а я тебя не выгнала, то давай привыкать вместе!
Вот что я ему сказала, а затем осторожно, понимая, что рискую остаться без руки, погладила кота по спине, и Банди заурчал еще громче. Судя по всему, ласка была принята и одобрена, и в моей комнате, а также на отдельно взятых моих коленях, установился мир и во всю силу легких заработал паровой двигатель.
Зато снаружи ничего похожего на мир не было и в помине.
Потому что стемнело совсем уж стремительно, хотя для такого было еще слишком рано. На город опустилась ночь не по расписанию, а через полуприкрытые шторы своей комнаты я видела, как на особняк Дроганов из светлого камня легли кроваво-красные тени.
Заодно я то и дело слышала встревоженные голоса соседей и прохожих, хотя на нашей улице никогда не было оживленно.
Где-то неподалеку истерически заплакала женщина, а потом под окнами галопом пронеслись несколько всадников.
Мне захотелось подняться и выглянуть наружу, но паровой двигатель на коленях лишил меня такой возможности, поэтому мне оставалось лишь сказать себе, что ничего страшного пока еще не происходит.
Столица готова отразить любые угрозы извне, а наш дом, на котором стоят заклинания отца от воровства, вовсе не беззащитен, а очень даже наоборот. К тому же у меня имеются дневник и слишком много знающая девица, поэтому я подвинула к себе артефакт, обмакнула перо в чернильницу и быстро вывела следующее:
«Прости за кляксу. Мой кот разлил чернила, а теперь мешает мне писать. Но я думаю, что это временные трудности».
Сообщение было сразу же прочитано.
Установилась тишина, в которой утробно урчал Банди, а с улицы то и дело долетал тревожащий меня шум. Потому что я не могла понять его причины, а фантазировать не хотелось – у меня все время выходило нечто ужасное.
Неожиданно дневник вспыхнул синим, и в нем появилась надпись, причем заглавными буквами и с множеством восклицательных знаков.
«ОТКУДА У ТЕБЯ КОТ?!!!!» – вопрошала у меня девица, на что я мысленно пожала плечами.
«Достался в довесок к рыбьему хвосту, – написала ей в ответ. – После чего решил, что это он меня завел и теперь он будет здесь жить».
Надпись посерела моментально – девица явно ждала моих разъяснений. И тут же пошла в атаку:
«А здесь – это где?!»
«Дома, где же еще», – ответила ей, начиная ничего не понимать еще больше.
Я и так уже это делала который день подряд, но теперь стало совсем уж странно. К чему весь этот допрос?
А еще тревожно, словно по мнению девицы я совершила страшный проступок, хотя я всего лишь вернулась домой, накормила отца и завела себе кота.
Ей-то какое до этого дело?
«Этим вечером ты должна была быть в академии!» – внезапно выдал мне артефакт.
«Кому должна, тому я прощаю», – рассердившись, написала ей в ответ, и дневник снова задумался.
Причем на этот раз надолго.
Шум за окнами тем временем нарастал и становился все более угрожающим, и что-либо выяснять с истеричной девицей по ту сторону дневника мне расхотелось.
У меня имелись дела и поважнее.
Например встать, перед этим прогнав кота с колен. Проверить, задвинуты ли все шторы и так уж хороши защитные заклинания на входной двери и на окнах первого этажа. Затем снова попытаться втолковать отцу, что на Марвенну напали.
Причем пока что довольно успешно, потому что порождения Тьмы, судя звукам, которые мое воображение истолковало как ожесточенные уличные бои неподалеку, уже в городе.
Вряд ли исчадия Хаоса явятся конкретно в наш дом – я прекрасно понимала, что для них есть места куда интереснее, – но нам не помешало бы приготовиться. И для этого отцу надо наконец-таки выйти из своей лаборатории.
Тут дневник снова вспыхнул привычно-синим:
«Потому что я – это ты, но только в будущем, через десять с лишним лет после этого момента! Неужели ты до сих пор этого еще не поняла?!»
И снова замолчал.
Вместе со мной.
Кажется, Банди тоже притих, но затем снова заурчал, даже громче обычного. И нет, я все еще не понимала, потому что прочитанное не укладывалось у меня в голове!
«Но как такое возможно?!» – с трудом, но все же написала я.
Правда, прямого ответа давать мне никто не спешил.
«Ты – это я, и я знаю, как ты должна поступать в той или иной ситуации, чтобы мы обе двигались в нужном направлении», – продолжал дневник.
Слово за словом появлялось на странице, и я смотрела на все раскрыв рот. Сейчас у меня уже не оставалось сомнений – это был мой собственный почерк, пусть и с небольшими изменениями: более резкий, с немного другим написанием некоторых букв.
А теперь получалось, что я из будущего писала самой себе в прошлом.
Но как… Как подобное можно уложить в голове?!
Тем временем откровения продолжали набирать ход.
«Именно я отняла у тебя несколько часов жизни, которые выпали из твоей памяти, потому что в это время я вместо тебя поступала в Академию Темных Сил. Но ты должна была учиться именно там!»
«И почему же я должна была учиться именно там?» – спросила я, с трудом выдавливая из себя буквы, но к моему вопросу отнеслись как к риторическому.