Белая ворона на факультете Теней. Трилогия (СИ), стр. 16
- А ты везучая, сладкоежка! – заявил мне. – Первая же ставка – и такая победа.
После чего спросил, откуда я знаю Бешеного Шейнара.
Остальные тоже заинтересовались, но я пробормотала что-то невнятное, после чего взяла и сбежала. Уже скоро вырвалась из потных и пропахших кровью и азартом стен бойцовского клуба, и понеслась словно ветер по направлению к дому.
Дорогу я знала и потеряться не боялась.
Магия ко мне вернулась еще на выходе из «Алого тигра», так что преследователи меня не страшили. Но таких не оказалось – никто не собирался за мной гнаться и покушаться на мой приз.
На пути мне попадались лишь редкие препятствия.
Несколько гуляк расставили руки – мужчины со смехом собирались поймать меня в свои «сети», – но я увернулась и побежала дальше. Один раз едва не угодила под копыта, на что лошадь того всадника испугалась даже сильнее меня.
Во второй раз меня чуть не переехала карета, и все потому, что я изо всех сил спешила домой, не особо глядя по сторонам. Мне хотелось поскорее закрыть за собой дверь, а затем отгородиться от всего, что со мной произошло за последние пару дней.
При этом я понимала, что у меня все получилось. Я выпуталась из страшных неприятностей, в которые загнала свою семью сама, так что дом у нас с отцом никто не отберет.
По крайней мере, в ближайшие три месяца, а там уже будет видно.
Добежала.
Окна особняка Дроганов оказались освещены – похоже, семья Лекса в очередной раз принимала гостей, но меня это больше не заботило. После нашего утреннего разговора я решила вычеркнуть из своей жизни не только своего друга детства, но и все его высокомерное семейство.
Зато в нашем доме царил полумрак, горели лишь полудохлые магические светлячки возле лестницы.
Отец, наверное, уже спал, так что будить я его не стала. Вместо этого припрятала деньги под матрасом, на всякий случай накинув на свою комнату защитное заклинание. Поразилась тому, насколько заковыристое мне пришло в голову и еще как просто я его поставила.
Объяснений, опять же, у меня не имелось, но я уже начинала привыкать.
В общем, припрятав деньги, я прихватила магический дневник, чернильницу и перо, после чего полезла через чердак на крышу. Там, на самом верху, у балюстрады с облупленной краской, у меня было собственное место для уединения, где я могла смотреть на спящий под звездным небом город.
А еще зажечь пару светлячков, открыть дневник и… Новая запись в нем не появилась, поэтому я решила оставить свою.
«Деньги я заработала, но ты даже не представляешь, какой ценой!» – вот что я написала своему невидимому абоненту.
Про цену решила не упоминать, это было слишком личное.
«Что бы со мной ни произошло дальше в академии, отцу на первое время хватит…» – вывела вместо этого.
Тут дневник вспыхнул ярко-синим, после чего по нему, а потом и по мне прокатилась магическая волна, природу которой определить было выше моих сил. Я отшатнулась, но тут же увидела, как под моей строчкой на листе стала появляться надпись. Буква за буквой, словно мой невидимый абонент уверенно выводил их черными чернилами, но уже со своей стороны.
«Отцу давно пора повзрослеть, – вот что появилось в дневнике. – Прекрати возиться с ним, словно с младенцем!»
И я потеряла дар речи.
Снова отшатнулась, затем принялась озираться, пытаясь выглядеть того, кто мог за мной наблюдать, хотя понимала, насколько это глупо. Конечно же, здесь никого не было кроме меня самой!
Но каким образом мой невидимый собеседник мог настолько много знать о моей жизни?!
Собиралась было спросить, а затем написать, что если с отцом не возиться, то он забудет о еде, а дом у нас отберет банк.
Но тут появилась новая строчка:
«И держись от Лекса Дрогана подальше».
- Я и не думала к нему приближаться, – пробормотала я. – Мне хватило и утреннего разговора.
«Удачи в академии. Она тебе понадобится», – это была последняя надпись за этот вечер, после которой я накатала целый трактат.
Допытывалась о личности своего собеседника, затем почему-то рассказала побольше об отце и о нашем разговоре с Лексом. И еще о том, что я думаю о собственном поступлении в академию, где все обладают противоположной моей магией.
Хотела написать о Шейнаре Корвине, но не стала.
Вместо этого задумалась, что скажу ему завтра на занятиях, если тот сможет явиться в академию. Подозреваю, Шейнар заработал серьезное сотрясение после удара, который он…
Я прекрасно понимала, что все произошло из-за меня. Вернее, Шейнар сделал это, чтобы я выиграла деньги, – подставился и получил серьезную травму.
От этой мысли мне стало не по себе. Я не понимала его отношения, но чувствовала, что между нами установилась странная связь.
Мотылек, залетевший не туда, и сильнейший маг Темной Академии – что бы это могло означать?
Заморгала, уставившись вдаль.
Смотрела на раскинувшуюся у моих ног Марвенну до тех пор, пока не увидела, как луна серебрит далекие Врата Хаоса, которые, как мне сейчас казалось, стали еще больше и ближе. Светились намного ярче, чем когда-либо раньше, и мне показалось, что в этом было нечто… угрожающее.
По телу пробежала холодная липкая дрожь, и я, не в состоянии больше усидеть, подскочила на ноги.
Странное ощущение, которому не было объяснений, – я больше не чувствовала себя на этой крыше в безопасности. Поэтому захлопнула дневник, собрала свои вещи и погасила светлячок. Спустившись в свою комнату, я улеглась спать.
Понимала, что завтра мне нужно вставать ни свет ни заря, – нужно позаботиться об отце, хотя тот давно уже вырос из возраста младенцев.
Пока прикидывала, что и как – вернее, как с самого утра оббежать молочника, зеленщика, пекаря и мясника, после чего приготовить отцу обеды и ужины с запасом… Мало ли, вдруг завтра меня все-таки прикопают под кустом, а так ему будет что есть на несколько дней вперед!
В общем, сама и не заметила, как заснула, и сны мне снились яркие и тревожные. Кажется, в них был и бойцовский клуб «Алый тигр», и сам тигр, правда, уже не алый, а грязно-полосатого цвета, гнавшийся за мной по пятам.
Время от времени я поворачивалась и говорила ему: «Отстань от меня, я честно выиграла эти деньги!» Хотя понимала, что нечестно и Шейнар специально подставился под удар.
Тигр все-таки меня не догнал, а под самое утро мне приснились Врата Хаоса – огромные, исписанные древними руническими символами и устрашающие. При виде них меня сковало чувство вселенского ужаса.
Но стало еще хуже, когда они стали раскрываться – медленно, но неотвратимо.
Я понимала, что оттуда вот-вот хлынет толпа монстров, которые растерзают, разорвут меня на кусочки. Но вместо этого из Врат вышла укутанная в сам мрак мужская фигура. Подошла и остановилась подле меня, объятой ужасом до такой степени, что я не могла и пошевелиться.
Куда говорить о том, чтобы сбежать!
Затем мрак развеялся, открывая лицо того, кто явился из самого ада, – оказалось, на меня смотрел Шейнар Корвин!
Тогда-то я и проснулась.
Мокрая, перепуганная, с заполошно стучавшим сердцем, после чего еще долго пыталась объяснить самой себе, что это был лишь сон, в котором любая дикость может принять вполне осязаемые черты.
Но этот сон… Он был настолько четким, словно все происходило наяву!
Кое-как успокоилась, а потом поняла, что снова ложиться в кровать нет никакого смысла.
Настало утро, город просыпался, и я, быстро приведя себя в порядок, отправилась заниматься домашними делами. Наконец закончив с ними, обрадовала поднявшегося отца, что у нас имеются деньги не только на платеж банку, но и на безбедное существование в течение месяца.
Затем переоделась в форму Академии Темных Сил, но так и не дождалась от папы напутственного слова или пожелания удачи. Он все еще был недоволен моим поступлением в Темную Академию, а не в Светлую, но я не стала ему говорить, что произошло это не по моей доброй воле.
Вместо этого вышла наружу и столкнулась… с поджидавшим возле дверей Лексом.