Нулевой Отряд (СИ), стр. 48

— До встречи восемь минут, — негромко сообщил Умник. — За последний час в подъезд вошли двадцать три человека. Большинство жильцы, пятеро пока не установлены. Никто из них не совпадает с тем неизвестным, которого мы видели раньше. Но записи неполные, поэтому считать подъезд чистым не предлагаю.

— Наконец-то ты научился говорить приятные вещи.

— Если хочешь приятных, позвони Семёну. Он уже обнаружил твоё исчезновение и очень хочет поговорить.

Дмитрий хмыкнул и отключился.

В подъезд я вошёл за пять минут до назначенного времени. Ветер пошёл впереди, последовательно проверяя лестничные площадки. За закрытыми дверями находились люди, но на лестнице никого. Поднявшись на нужный этаж, я остановился перед квартирой и несколько секунд прислушивался уже не ушами.

Внутри был человек. Один. Тепло тела, дыхание, едва заметное движение одежды — всё присутствовало, а ауры не было совсем.

Я сразу понял, кто меня ждёт. После аптеки подобное забыть было трудно.

Вошёл в квартиру. Ветер сразу проверил прихожую, кухню, комнаты, пространство за мебелью. Никаких сюрпризов. Только один мужчина, спокойно сидящий за столом.

Внешность немного отличалась от той, что я видел в подвале аптеки. Тогда передо мной находился мужчина примерно пятидесяти лет с седоватыми волосами и ничем не примечательным лицом. Сейчас он выглядел моложе, волосы стали темнее, изменилась форма носа. Узнавать его по лицу в любом случае было бессмысленно.

— Воронцов, — произнёс я вместо приветствия. — Должен признать, после твоей флешки я рассчитывал, что следующей встречи не будет.

Мужчина улыбнулся и указал на кресло напротив.

— Зато теперь нам не придётся тратить половину разговора на объяснение того, существует ли Нулевой отряд. Ты за последнее время выяснил значительно больше, чем я мог рассказать тогда. Причём настолько больше, что сегодня пришёл не один.

Я остановился.

— Можешь не искать камеры и не проверять связь, — продолжил Воронцов. — Я не знаю, где именно находятся люди Отряда, сколько их и насколько близко они готовы подойти. Но они рядом. После Косьянова тебя никто не отпустил бы на такую встречу без наблюдения и группы, способной вмешаться, если что-то пойдёт не так. Я это прекрасно понимал, когда отправлял адрес.

— И тебя это устраивает?

— Иначе мы встретились бы в другом месте и на других условиях. Можешь считать, что присутствие Нулевого отряда сегодня предусмотрено заранее.

Значит, Воронцов не собирался скрывать сам факт встречи. Более того, изначально исходил из того, что разговор услышат не только мы двое. Я сел напротив.

— Тогда начинай.

Воронцов тоже перестал улыбаться.

— Начну с того, что во время нашей прошлой встречи сказал тебе не всю правду. Я раньше работал в Нулевом отряде.

Вот теперь причина его осведомлённости стала значительно понятнее.

— Ушёл достаточно давно, чтобы многое внутри успело измениться, но недостаточно, чтобы забыть, как там принимают решения. В какой-то момент наши взгляды на Скверну разошлись настолько, что продолжать совместную работу стало бессмысленно.

Я вспомнил сегодняшний инструктаж и не нашёл там чего-то такого, что могло бы пойти в разрез с моим взглядом на скверну, поэтому стало интересно, чего такого могло не понравиться Воронцову.

— Для Нулевого отряда Скверна прежде всего угроза. Заражённого нужно обнаружить раньше, чем он создаст условия для подпитки, остановить и, если другого выхода нет, уничтожить. Исследования ведутся, но конечная цель остаётся прежней — борьба со Скверной. Мы считаем такой подход слишком ограниченным.

— Кто такие «мы»?

— Люди, интересы которых я сейчас представляю. Имена сегодня ничего тебе не дадут. Важнее то, чем наша позиция отличается от позиции Отряда.

Воронцов говорил спокойно, не пытаясь сделать предстоящее откровение более привлекательным, чем оно было.

— Скверна способна усиливать одарённых. Это не побочный эффект, который можно игнорировать, а одно из основных её свойств. Со временем разница между исходными возможностями носителя и тем, что он получает, может стать огромной. Нулевой отряд видит в этом дополнительную опасность. Мы — возможность, которую необходимо изучить.

— Хотите использовать Скверну для усиления одарённых?

— Именно. Не объявлять её безопасной и не забывать, что происходит с заражёнными. Использовать то, что она способна дать, если удастся научиться контролировать последствия.

— Пока никто не научился.

— Поэтому исследования и продолжаются.

Человек напротив прекрасно знал, чем является Скверна, и не пытался это отрицать. Он просто считал опасность недостаточной причиной отказываться от потенциальной выгоды. Для меня этого хватало.

— Сколько человек заплатило за ваши исследования?

Воронцов некоторое время смотрел на меня.

— Если ждёшь рассказа о безупречной работе без ошибок и смертей, его не будет. Мы имеем дело со Скверной. Но перечислять тебе людей и объекты я тоже не стану.

— Тогда объясни, зачем вам понадобился я.

Воронцов чуть подался вперёд.

— Мы давно интересуемся Имитатором. И знали, что ты охотишься на заражённых. Знали, что способен работать с чужими силами, но не понимали границ твоих возможностей, а отвечать на наши прямые вопросы ты бы вряд ли стал. Поэтому решили проверить тебя в деле.

— И для этого выбрали Косьянова.

— Да. Он уже был заражён и подходил для нашей цели. Мы сделали так, чтобы он оказался на твоём пути и ждал именно тебя.

Несколько секунд я просто смотрел на Воронцова.

— То есть Косьянова мне подкинули вы.

— Если хочешь совсем коротко — да. Люди, которых я представляю, организовали вашу встречу.

Вот теперь его первое приветствие, отсутствие удивления и готовность к моему появлению получили вполне понятное объяснение.

— Пока вы проводили свою проверку, он убивал людей. Каждая смерть делала Скверну сильнее.

Воронцов не стал спорить.

— Мы не смогли удержать ситуацию под контролем. Это наша ошибка. Но результат вашей встречи оказался совсем не тем, которого мы ожидали. Ты забрал у Косьянова усиление Скверны.

Я не стал ни подтверждать, ни опровергать.

— Откуда такие подробности?

— За вашей встречей наблюдали настолько хорошо, насколько позволяли обстоятельства.

— На объекте Нулевого отряда.

— Да. У нас остались возможности получать информацию оттуда, куда официально доступа давно нет.

Последняя фраза наверняка предназначалась не только мне.

— И теперь хочешь узнать подробности.

Воронцов выдержал короткую паузу.

— Что произошло с усилением после того, как ты его забрал?

— Ты пригласил меня отвечать на вопросы или задавать их?

— Одно другому не мешает.

— Мешает. Особенно когда речь идёт о моих возможностях. Вы уже провели одну проверку без моего согласия. Вторую придётся организовывать без моей помощи.

Несколько секунд Воронцов изучал моё лицо, после чего кивнул.

— Хорошо. Тогда ограничимся тем, что уже известно. Сам факт отделения усиления от собственной силы заражённого открывает направление, которого раньше не существовало.

— Скверна при этом никуда не делась. Косьянов остался заражённым.

— Конечно. Речь не идёт о лечении. Но если воздействовать на полученное усиление возможно отдельно, этим стоит заниматься. Мы хотим, чтобы ты работал с нами. Покажем часть материалов и результаты исследований, познакомим с людьми, которые ими занимаются. Если решишь продолжить, будем вместе разбираться, что именно ты способен делать со Скверной и её усилением.

— А потом?

— Если исследования дадут нужный результат, можно будет говорить о практическом применении. В первую очередь — о контролируемом усилении одарённых.

Вот теперь всё окончательно встало на свои места. Воронцов и те, кого он представлял, не отрицали опасность Скверны и не заблуждались относительно того, что она делает с заражёнными. Они знали достаточно и всё равно собирались превратить её в инструмент. Для меня это автоматически ставило их по другую сторону. В прошлом мире я слишком долго занимался последствиями заражения, чтобы здесь рассуждать о допустимом риске ради дополнительной силы. Скверну требовалось уничтожить полностью — другого варианта я для неё не видел. Но говорить об этом Воронцову не собирался. Пока он считал меня потенциальным союзником, у меня оставался шанс узнать, кто за ним стоит и насколько далеко они успели зайти.