"Зарубежный детектив 2026-27". Компиляция. Книги 1-11 (СИ), стр. 308

– Да, со мной. О господи… Я надеялся, ты никогда не узнаешь.

Шире расставляет ноги, преграждая путь. Я не понимаю выражения его лица, но вижу сквозь открытую дверь плакат из «Звездных войн». Юэн Макгрегор со световым мечом. На дверце гардероба висит новый зеленый пиджак, который он надел лишь однажды, той ночью. В углу стоит длинный черный футляр. Надо полагать, удочки.

Смех. Танец. Плач. Крик. Я не хочу.

Открыв рот, я смотрю на Джеймса, он – на меня. Оба ждем, что дальше.

Глава 43

В ту ночь я была на свидании с Джеймсом. Голова кругом. В памяти мелькают неясные картинки. Я не могу ухватить их, однако знаю: даже если бы поймала осколочные воспоминания и разложила перед собой, все равно в пазле останутся пробелы.

– Я тебе не верю! – Отступаю, оценивая шансы убежать, и понимаю, что он, наверное, говорит правду.

– Эли, прошу тебя! – Он протягивает руку.

Я делаю еще шаг назад и упираюсь пяткой в плинтус. Ручка на двери ванной впивается мне в спину. Медленно, дюйм за дюймом, тяну руку назад, нащупывая холодный металл.

– Эли, я ничего тебе не сделаю! – Джеймс подвигается ближе. – Не надо запираться!

– Ты уже сделал.

Наклоняется.

– Не подходи!

Разворачиваюсь, распахиваю дверь, но, прежде чем успеваю отступить в безопасность, он хватает меня за плечи, и я вспоминаю ту ночь: руки у меня на плечах, кто-то с силой меня трясет. Я кричу и кричу, по-настоящему, громко, оглушающе. Зрение то фокусируется, то размывается. Снова нахлынул ужас, который я чувствовала тогда. Пальцы Джеймса ослабляют хватку, на их место приходят другие, ласковые руки. Цветочный аромат духов. Джулс обнимает меня, гладит по голове.

– Ш-ш-ш, все хорошо.

Нет, не хорошо. Совсем не хорошо.

– Это был он, Джеймс. Той ночью. Не Юэн. Джеймс, – лепечу я.

– Я знаю, – тихо отвечает Джулс.

Отпихиваю ее руки. Предательница. Пот, собравшийся у меня под мышками и на пояснице, внезапно холодеет.

Мы стоим молча, три человека, которые когда-то были друзьями. Хочу зацепиться за что-нибудь привычное, поверить, что не схожу с ума. Джеймс и Джулс теперь не только выглядят незнакомцами, но и по ощущению – совершенно чужие. Не верится, что в мире есть хоть что-то незыблемое. Останавливаюсь взглядом на луне за окном, высокой и круглой. Небо цвета индиго усеяно звездами. Светит оранжевый фонарь.

– Пожалуйста, выслушай нас!

Не глядя, говорю «ладно». Не потому, что хочу слушать, а потому что без этого они меня не отпустят.

Я примостилась на краешке ближайшего к двери кресла. Загораживаюсь подушкой и дрожу как осиновый лист. Колени трясутся. От страха, шока, от ужасной мысли, что в самом деле нельзя никому доверять.

Джеймс сидит в противоположном конце комнаты, сжав колени и обхватив живот руками, как будто хочет уменьшиться в размере и исчезнуть.

– Говорите. У вас пять минут. А потом я вызываю полицию.

Хочу, чтобы голос звучал твердо и решительно, но он срывается.

Первой начинает Джулс.

– Джеймс уже сто лет в тебя влюблен. Когда ты рассталась с Мэттом и переехала сюда, он подумал… понадеялся, что в конце концов ты посмотришь на него не просто как на друга, но ничего не изменилось.

– Я понятия не им…

– Ему не хватило смелости признаться.

Джулс говорит быстро, взволнованно. Знает, что я оцениваю каждое слово, ищу подвох.

– Когда Крисси зарегистрировала тебя в приложении знакомств, я отправила Джеймсу сообщение и предложила сделать то же самое.

– Ты взяла мой телефон, – вспоминаю я, – и послала ему ответ от моего имени, зная, кто он.

– Но он тебе понравился! Помнишь других кандидатов? Фотографии членов, требования прислать обнаженные снимки… Ты сказала, Джеймс добрый, и я подумала, что ты узнаешь его с другой стороны и он тебе понравится. Так и вышло.

– Нет.

– Эли, вы без конца переписывались!

– Мне нравился человек, которого звали Юэн. Притворяться и обманывать – по-твоему, хорошо, порядочно? – Бросаю на Джеймса свирепый взгляд.

– Он жутко переживал. Поэтому и предложил настоящее свидание – чтобы ты увидела, с кем переписываешься. Вы оба что-то друг к другу испытывали.

– Ты был мне как брат!

– В том-то и проблема, – наконец вступает Джеймс. – Мы застряли в дружбе. «Монополия», семейные обеды по воскресеньям… Я приглашал тебя на концерты, ты всегда отказывалась.

Я думала, у него просто лишний билетик. Впрочем, теперь не важно. Делаю глубокий вдох и выпрямляю спину. Почти отделяюсь от тела, готовясь задать следующий вопрос.

– Ты одурманил и изнасиловал меня, Джеймс?

– Нет!

Он вскакивает, и я отзеркаливаю его движение, с подушкой в руках, готовая к обороне, точно в ней – сталь, а не перья.

– Но у нас был секс? В таком состоянии я не могла сознательно согласиться…

– Эли, я тебя пальцем не тронул, клянусь! Ничего не было!

Джулс дергает его за руку, и он почти падает на диван. Проводит трясущейся пятерней по волосам. Я тяжело опускаюсь в кресло и закрываю лицо. Если с Джеймсом секса не было, то с кем он в ту ночь был? Закрывая глаза, вспоминаю размытое видео. Мужчина лицом к камере. Мои светлые волосы, каскадом падающие на спину, приспущенное изумрудное платье.

– Эли… – нерешительно произносит Джулс.

От волнения я снова вскакиваю и расхаживаю по комнате, вспоминая, как в тот вечер готовилась к свиданию.

«Мне вот это нравится. – Крисси приложила к себе зеленое платье, разглаживая свободной рукой ткань. – Если сегодня надевать не будешь, можно я снова его одолжу?»

Она брала его неделей раньше, когда я работала в ночную смену.

«Не верь глазам своим», – сказал Мэтт, когда мы завтракали.

На той записи был он. Он и Крисси. Что за мужчина посылает жене видео, на котором занимается сексом с другой женщиной?

Мужчина, который уверен, что жена никогда его не узнает. Мои кулаки сжимаются и разжимаются. Козел. Ублюдок хренов.

Ярость высушивает слезы. Резко оборачиваюсь к Джеймсу.

– Что ты помнишь про тот вечер? Говори! И ничего не упускай!

Он, запинаясь, начинает рассказ, и я закрываю глаза, позволяя словам рисовать в сознании образы. Туманные воспоминания становятся четче.

Я сижу перед вывеской, изображающей бокал с коктейлем, которая моргает голубым и розовым. Оглядываю толпу, стараясь не съехать со скользкого высокого табурета, обитого искусственной кожей. Я сказала Юэну, что буду в изумрудном платье, однако здесь, под пульсирующими зелеными огнями, любая одежда кажется изумрудной. Нервно кручу соломинку, вытаскивая и снова опуская ее в безалкогольный коктейль из фруктового сока, подтапливая качающуюся на поверхности половинку вишенки. Отпиваю глоток, жалея, что я за рулем: водка сняла бы мандраж. Я до сих пор не разобралась в своих чувствах. С одной стороны, время свиданий, по-моему, еще не пришло. Рана от разрыва с Мэттом не зажила.

«Обязательно надо встретиться! – настаивали Крисси и Джулс, стоило только мне высказать сомнения. (Чуть ли не первый случай их полного единодушия). – Ты с ним улыбаешься».

Это правда. Мы все чаще переписывались, мои пальцы вечера напролет танцевали по клавиатуре, слова лились рекой. Наконец я неуверенно согласилась.

Сейчас, когда я гляжу на парочку, которая извивается в углу под пульсирующую, точно сердце, музыку, приходит мысль, что здесь все-таки слишком интимно. Похоже на настоящее свидание.

– Эли!

Отрываю взгляд от танцпола. К барной стойке прислонился Джеймс. Изображает беззаботность, хотя явно чувствует себя напряженно и неуютно в зеленом твидовом пиджаке, которого я раньше не видела. По сравнению с другими мужчинами разряжен в пух и прах. Вдобавок удушающе пахнет лосьоном после бритья – хочет произвести впечатление.