Альтарика. Спящее сердце, стр. 3

– Меня Офелия зовут, – очень тихо произнесла она, обхватив себя за колени и глядя в центр огня.

– Меня Аня, – подхватила злая шатенка.

– Я Дана, – отозвалась «эльфийка», сидящая напротив меня.

– Лилия, – представилась я, с каждым именем ощущая всё большее осознание чего-то неизбежного, что бесповоротно поменяет мою жизнь.

– Фрида, – вздохнула блондинка.

– Ева, – присоединилась девушка с длинной косой.

– Таисия, – всхлипнула плакса брюнетка.

– Агата, – сипло каркнула девушка с каре.

– Эмилия, – едва ли не шепотом проговорила самая тихая из нас с сырыми пепельными волосами.

И тишина. Все ждали, когда представится последняя подруга по несчастью. Однако пышнотелая мадам с ярко-вишневыми волосами, сидевшая между Евой и «эльфийкой» Даной, продолжала с непередаваемым ужасом в глазах смотреть в сторону джунглей.

– Ну? – недовольно разбила тишину злюка Аня. – Есть у тебя имя? Или мы тебя «не пойду» звать будем?

Губы у толстушки задрожали, будто она так же, как и я, чувствовала, что, назвавшись, обратной дороги уже не будет. Так ее и не будет. Мы сидим в куске железа с разведенным костром, и помощи ждать неоткуда. Вряд ли за нами вернутся те, кто похитил. Наш кусок корабля оторван. Велика вероятность, что это лучшая его часть, других может уже и не быть.

– Ри-римма-а, – всхлипнула толстушка, уткнувшись в ладони и завыв.

Ее никто не осудил, ибо каждая желала сделать также. Шок не давал нам разговаривать еще какое-то время. Мы молча варились в собственных неутешительных мыслях и предположениях, пока темнокожая Офелия вновь не заговорила:

– Нас похитили, да?

– Очень похоже на то, – мрачно подтвердила наш организатор – Фрида.

– Но… кто? Зачем? – неуверенно мяукнула Офелия, будто боялась, что похитители могли прятаться за стеной.

– Кто? – агрессивно переспросила Аня. – Мы вылезли из капсул какого-то космического корабля в непроходимых джунглях, на какой-то поганой Пандоре, где растут лопухи размером с обеденный стол. Кто, черт возьми, нас мог похитить?

Длинноволосая Ева и брюнетка Таисия тут же заревели, так же, как и Римма, уткнувшись в ладони.

– Нечего нюни распускать, – строго отрезала Анна. – Надо решать, как нам выбираться отсюда.

– Выбираться? – удивленно переспросила Фрида. – Выбираться куда? Этот корабль единственное безопасное место сейчас для нас. Мы посреди джунглей, которые в сто раз могут быть опаснее наших земных. А я б и туда не сунулась.

– Мы должны это выяснить. Вдруг за ближайшим поворотом здесь уютный город с летающими машинами?

Фрида выпучила на Аню свои голубые глаза, явно сомневаясь в ее умственных способностях.

– Это мы сможем выяснить, как только взойдет солнце, – влезла я, пытаясь не поддаваться панике и мыслить рационально. – Найдем самое высокое дерево и влезем на него, чтобы осмотреть местность. Если эта планета – одни сплошные джунгли, то я поддержу Фриду. Безопаснее будет остаться здесь и попытаться выжить.

Глава 2

Солнце, а точнее, три солнца близились к закату (слава тебе, Господи!). Похоже, время здесь шло иначе. Мы это заметили еще ночью, пока, разбившись на пары, лежали в обнимку друг с другом и стучали зубами. Кто-то из девчонок даже успел предположить, что на этой планете может и вовсе не быть никаких дней. Опровергла эту теорию Ева, окончившая биологический факультет какого-то университета в Нижнем Новгороде. Она сказала, что без солнечного света такие джунгли вряд ли бы вымахали.

А через пару часов, на радость нам, взошло солнце… За ним еще одно, а после третье. И с каждым из новых небесных светил температура стремительно повышалась. Воздух налился чудовищной духотой, так что дышать становилось практически невозможно. Мы обливались по́том, чувствуя бесконечную жажду. Именно это вновь выгнало нас за пределы корабля. Нам нужна была вода и, конечно, еда. В этот раз отправились все, разделившись по двое. Ну почти. Красноволосая Римма напрочь отказывалась покидать железные стены, начиная истерически вопить, будто от нее руки отрывают. И одна она боялась оставаться, так что, отправляясь на поиски пропитания, мы решили не брать с собой Таисию, поручив им поддерживать огонь. Стоило бы послать толстушку, ведь у нас имелись заботы куда более важные. Однако, понаблюдав за ней, мы поняли, что что-то там совсем не в порядке. Похоже, у Риммы было нечто фобии. Девушка настолько сильно боялась того, что располагалось за пределами корабля, что даже не могла выйти облегчиться. Вместо этого она с величайшим трудом высовывала свою голую дрожащую задницу над краем отлома и, не переставая истошно вопить, делала свои дела.

В напарницы мне досталась Агата с коротким каре и большими оленеподобными карими глазами. Образовавшиеся пары далеко от корабля не рисковали уходить, находясь в постоянной слышимости. И, надо сказать, это был самый страшный день в моей жизни, как, полагаю, и у остальных девчонок. Со всех сторон постоянно раздавались визги, переходящие в слабовольные хныканья. Проклятые джунгли кишели невероятным количеством гадов, насекомых и неизвестных уродливых животных, которые будто росли на радиоактивных стероидах. Если уж змея, так размером с анаконду. Если жук, то не меньше вороны. А про животных и вовсе страшно говорить. Из-за одного такого, я до сих пор прихрамываю. С великим трудом забравшись на высокое дерево без сучков, но оплетенное крепкими лианами, я хотела сорвать нечто очень похожее на гигантское манго. Вот только стоило до него дотронуться, как на меня с сумасшедшим верезгом выпрыгнуло что-то, отдаленно напоминающее огромного лемура. Его желтые глаза готовы были вот-вот лопнуть от натуги, настолько широко он их таращил. Иглоподобные зубы длинной с мой указательный палец едва не тяпнули меня за тянущуюся к плоду руку. А сам бешеный зверь вцепился в «манго» шестью пушистыми цепкими лапами, как в родную мать. Разумеется, с безумным воплем я свалилась с дерева, где меня с солидарным испуганным визгом встретила Агата. Чудо, что мне удалось отделаться лишь ушибом ноги, а не переломом кучи костей.

И так повторялось не раз, не два и не три. Куда бы мы ни пошли, куда бы ни залезли, кто-то с ором выгонял нас, и мы бежали сломя голову прочь. Но, оказывается, была и польза от наших сорванных глоток. Зверье, что жило поблизости, очевидно, посчитало нас чем-то опасным и поспешило покинуть близлежащую территорию. Так что ближе к вечеру шорохов, странных звуков и пугающих рычаний вокруг корабля стало значительно меньше. Полагаю, крупные хищники покинули это место раньше, когда произошло кораблекрушение, иначе без сомнений нас уже кто-нибудь да слопал. Учитывая размеры местной флоры и фауны, можно предположить, что они вряд ли помещаются в ладошке.

Убитые усталостью, пережитыми ужасами и напряженной работой, мы вернулись в наш новый «дом», лишь когда первое солнце белого цвета нырнуло в пушистые сине-зелено-розовые шапки кошмарных джунглей. Улов оказался не так уж и велик: четыре гигантских «манго», отвоеванные у лемуров Даной и Офелией, пять штук огромных, круглых, волосатых шаров черного цвета, принесенных Аней и Евой в надежде, что это будет чем-то родственным с кокосом, два гигантских синих яйца, не без труда притащенных Фридой и Эмилией, уверяющих, что сорвали это с какого-то куста, и два десятка желто-зеленых вытянутых фруктов с резким сладковатым запахом, найденных нами с Агатой на высоком голуболистном дереве. Воду никто из нас не раздобыл.

Несколько часов мы убили на разделку неведомых плодов с бронебойной кожурой. Ее взяла лишь металлическая пластина, что нам удалось отломать от покореженной стены. За это время желтое солнце «булькнуло» в радужное море горизонта, оставив на странном голубовато-зеленоватом небе киснуть персиковыми сливками последнее, самое маленькое оранжевое солнце.

Манго пахло отвратительно, но бордовые внутренности казались сочными и мягкими; черные кокосы напоминали желтое дерево, как по запаху, так и по твердости; небольшие желто-зеленые фрукты, названные нами лимонами, при раскрытии пахли удушающе сладко, что вызывало даже небольшое чувство тревоги; а вот синие яйца оказались самые аппетитные с легким душистым ароматом, напоминающим арбуз, вымоченный в гречишном меде.