Туман (ЛП), стр. 65

Цзи Юйши тоже задумался над этим вопросом. Он остановился на мгновение, по-видимому, раздумывая, прежде чем спросить:

— Вы помните, как капсула упала после того, как отправилась с пересылочной станции?

Выражение лица Сун Цинланя немного изменилось.

Ли Чунь был сбит с толку:

— Кажется, я не помню… Я только помню, как входил в капсулу, и когда я открыл глаза, то был здесь.

Цзи Юйши снова спросил:

— Тогда, когда мы прибыли на пересылочную станцию, за исключением дня, когда мы впервые прибыли, вы всё ещё можете вспомнить, что вы делали в следующие несколько дней?

— Ел, спал… — очень быстро выпалил Ли Чунь, а затем выражение его лица превратилось в удивлённое. — Нет, кроме еды и сна, я не могу вспомнить ничего, что делал!

— Я тоже не могу вспомнить, — Цзи Юйши сказал медленно: — Если вы не можете вспомнить это, возможно, это потому, что это было повторяющееся и скучное занятие в жизни, и ваш мозг автоматически воспринимал это как неважную информацию, но это не относится ко мне. Увидев эти бобы Кэмэн, я стал подозревать нашу текущую ситуацию и подсознательно начал вспоминать всё, что произошло за это время, только чтобы обнаружить, что я не только не помню, как упал здесь после входа в капсулу, я также не помню, что я делал, находясь на пересылочной станции. Моя память подсказывает мне, что я отдыхал на станции. Я поел, а потом заснул, но что касается того, что я ел и что делал перед сном — я обнаружил, что у меня нет никакого впечатления об этом.

Цзи Юйши сказал, что у него нет способности забывать. Это означало, что даже в случае простой еды он чётко помнил, сколько времени ему потребовалось, чтобы съесть её, сколько раз он жевал, и какие это блюда.

Ли Чунь:

— Да, да, да, я тоже!

— Я такой же, — ответил Сун Цинлань, а затем посмотрел на Цзи Юйши. — Советник Цзи, я думаю, то, что ты собираешься сказать дальше, разрушит наше понимание этого места, — он так сказал, но Сун Цинлань не выказал никаких признаков нервозности или чувства беспомощности. Казалось, он был подготовлен и заинтересован в том, что Цзи Юйши скажет дальше.

По какой-то причине Цзи Юйши почувствовал от него чувство доверия.

В то же время его первоначально немного подавленное мышление вернулось в норму. Казалось, что какой бы странной и необычной не была их ситуация, результатом не было бы больше одной строчки: всё зависит от человека.

— Вы когда-нибудь задумывались, почему эта пересылочная станция очень похожа на третий командный пункт в наших воспоминаниях? — спросил Цзи Юйши. — По словам системы, в широком смысле она — Тяньцюн всех эпох, но почему она решила смоделировать пересылочную станцию по образцу тех, что были в наше время? И эти запасы, поскольку станция находится где-то во времени и пространстве, как ей удалось получить всё, что мы хотели?

Сун Цинлань подумал о бутылке красного вина. Он вспомнил, что думал о нёй, и когда открыл шкаф, то обнаружил бутылку красного вина.

Это действительно было слишком случайно.

Слушая эти анализы, у Ли Чуня бессознательно бегали мурашки по коже.

Следующие слова Цзи Юйши заставили его волосы встать дыбом в мгновение ока.

— Я считаю, что вообще не существовало такой вещи как пересылочная станция, — спокойно заключил Цзи Юйши. — Так называемая пересылочная станция была просто воспоминанием, которое осталось в нашем сознании, когда мы были в крайне истощённом и утомлённом состоянии. Следуя бесконечным циклам один за другим, мы всегда были в состоянии тревоги, и наше тело достигло своего предела. Самосознание Тяньцюн нуждалось в том, чтобы мы продолжали выполнять его миссии, поэтому он просто создал так называемую пересылочную станцию, чтобы мы могли отдохнуть. Как система, он не может сфабриковать многие дни воспоминаний в мельчайших подробностях, поэтому, кроме снижения нашей бдительности и перехода в состояние покоя в первый день, мы ничего не помним.

Сун Цинлань сказал:

— То есть дело не в том, что миссия, которую я выбрал, связана с предыдущей миссией, а в том, что мы уже находимся в миссии, и независимо от того, какой выбор я сделаю, простой или сложный, результат всё равно будет тем же самым.

Цзи Юйши:

— Правильно.

Что «правильно»? Голова Ли Чуня закружилась.

Каждый раз, когда Цзи Юйши анализировал ситуацию, и Сун Цинлань был в состоянии не отставать, Ли Чунь чувствовал, что сам был очень невежественным. Он уже много раз сомневался в своём уме. Но Ли Чунь привык быть «солёной рыбой», которая изо всех сил старалась задавать вопросы и разбираться в ситуации. Он поднял руку и спросил:

— Гм, Советник Цзи, у меня вопрос.

В красивых глазах Цзи Юйши не было никакого разочарования. Он просто мягко сказал:

— Продолжай.

Ли Чунь был тронут, увидев, что другая сторона очень понимает его, и быстро спросил:

— Если всё так, как ты сказал, и вообще не было пересылочной станции, как мы здесь оказались? — спросив об этом, Ли Чунь не мог не вздрогнуть. Воспоминания о ПУ-31 были для него слишком страшными. Укушенный зомби, съеденный мутировавшими зверями — он представил себе набор сотен способов умереть. Он нервно спросил: — Может, у нас ещё какой-то цикл?

— Нет, мы уже выполнили миссию Уроборос, — ответил Цзи Юйши. — Разумное объяснение того, как мы попали сюда, заключается в следующем: после завершения миссии и слияния воедино с другими, мы вернулись к моменту, когда мы переходили к начальной миссии A-уровня и, в то время как чёрная стена полностью поглотила ПУ-31, нас отправили в щель.

Ли Чунь, казалось, немного понял. Если бы это был он, он бы не смог понять ничего из этого, даже если бы отдал всю жизнь, чтобы подумать об этом.

— Чтобы уничтожить вышедший из-под контроля ПУ-31, Тяньцюн создал якорь времени. После того, как мы завершили эту миссию, он вернул нас к тому моменту, когда капсула сообщала об ошибке, а затем нас отправили сюда. Все это произошло в одно время и точно так же закончилось в одно и то же время. Этот инцидент с захватом капсул кажется намного более сложным, чем мы думали, — Сун Цинлань держал «Шэнь Мянь» в руках и бессознательно потёр его большим пальцем. Его глаза постепенно остыли. — Так когда же это закончится? Или это вообще не закончится?

Ли Чунь с тревогой спросил:

— Значит, брат Вэнь, Лао Чжоу, Тан Ци и Тан Лэ всё ещё находятся в капсулах?

Сун Цинлань сказал:

— Да, если это устроено в соответствии с порядком входа в наши капсулы, следующим должен быть Чжоу Минсюань.

Большая Борода сбоку уже закончил разбирать свои вещи и сидел на диване с банкой пива в руке, глотая её содержимое.

Сун Цинлань взглянул на него и кое-что подумал.

— Поскольку это расщелина между параллельными вселенными, Большая Борода, возможно, пришёл не из нашего мира.

Таким образом, непонятный язык Большой Бороды имел смысл.

Цзи Юйши нашёл изображение Большой Бороды и указал на символы на униформе.

— У меня тоже есть мысли об этом. Думаю, место, откуда прибыл Большая Борода, называлось ПУ-18. Возможно, их засосало во время миссии.

В этой вселенной после заката Земли появилось много колоний, подобных ПУ-31. Как видно из номера, таких как ПУ-31 должно быть не менее 31 места.

Сун Цинлань убрал «Шэнь Мянь».

Это не сложная головоломка, которой следует опасаться, а скорее та, о которой вы не имеете ни малейшего представления.

После обсуждения и, наконец, получения некоторых подсказок, всё существо Сун Цинланя казалось более расслабленным, как будто ничто не могло сломить его психику.

— Хаос… Трещина между параллельными вселенными… — задумчиво сказал Сун Цинлань, нахмурившись. — Если эта щель не будет закрыта, в неё может втянуть больше людей из разных времён и из разных параллельных вселенных.

В то же время Сун Цинлань и Цзи Юйши подумали о трёх трупах, найденных в тропическом лесу.

Из-за этой щели их старшие в Двенадцатом отряде были затянуты во время их миссии и, в конечном итоге, остались здесь только костями.