Туман (ЛП), стр. 178

Город Нин. За пределами бара «Venus».

Пьяные люди шумно вышли через заднюю дверь бара. Под неоновым светом кто-то заметил мужчину, прислонившегося к двери.

Тот курил сигарету и был одет в довольно устаревшую одежду. Он выглядел как выходец неизвестно из какой эпохи. Однако этот мужчина был человеком, рождённым для одежды. Его завидный рост и почти идеальные пропорции заставляли даже такую одежду выглядеть на нём совершенно по-другому, делая её на несколько пунктов привлекательнее.

К сожалению, когда кто-то проследил за одеждой и поднял глаза, лицо незнакомца было скрыто в тени, что сделало невозможным рассмотреть его.

Встретив здесь такого человека, даже если они и не могли ясно увидеть его лицо, более смелым людям было достаточно выйти вперёд и завязать разговор.

— Красивый парень, — позвал подошедший молодой человек с крашеными волосами каштанового цвета. Его штаны свободно свисали на талии, обнажая тонкие бедра. — Ты идёшь?

Между тонкими пальцами мужчины вспыхнул красный огонёк пламени. Кольцо дыма вырвалось из его рта.

— Не интересует.

Голос незнакомца тоже было приятно слушать. Тот не был слишком низким и представлял собой очень чувственный средний бас с лёгким резонансом. Этого было достаточно, чтобы сердце защекотало от услышанного.

Молодой человек был очень смелым. Он подошёл немного ближе и провокационно зацепил пальцем пояс собеседника.

— Не будь таким холодным. Давай повеселимся вместе. Это лучше, чем стоять здесь одному и курить.

Рука, ослабившая ремень, не убиралась. Она продолжала спускаться словно змея. Когда подошедший собирался сознательно сделать следующий ход, его внезапно схватили за руку.

Молодой человек был застигнут врасплох этой внезапной острой болью в запястье и вскрикнул.

— Не интересует, — снова сказал мужчина. Его голос был пронзительно холодным. Он безжалостно добавил: — Убирайся.

Молодого человека отбросили в сторону. Из-за этого действия открылось скрытое в тени лицо мужчины.

Это оказалось очень обычное лицо. Брови не были густыми и стильными, нос был невысоким, и даже губы — очень простые. За исключением пары глаз, которые казались довольно глубокими, в остальном внешний вид был довольно разочаровывающим. Это обычное лицо не соответствовало завидной фигуре, это было такой пустой тратой.

У молодого человека было сильное чувство собственного достоинства. Он собирался поднять шум после того, как его отвергли, но потерял интерес, когда увидел лицо, поэтому просто выругался и ушёл, массируя запястье.

«Venus» был гей-баром в городе Нин. Название звучало очень безвкусно, но на самом деле, это довольно чистое место.

Однако мужчина выразил отвращение. Отогнав «муху», он почувствовал, что это место ещё более проблемное.

Он затушил сигарету, которую держал в руке и легко бросил её в ближайший мусорный бак.

Ему не удалось дождаться человека, которого он ждал.

Возможно, этого человека сегодня не будет.

Он выпрямился, собираясь уйти, и вошёл в переулок, засунув руки в карманы.

Ранние зимние ночи в городе Нин были очень холодными. Ночные ветры казались ножами.

Этот человек прошёл через нескончаемую ночь города Нин, прошёл аллею за аллеей, прошёл через деловой район с высотными зданиями и через всю суету и гам.

Он жил в дешёвом отеле. Пока он работал на простой, не бросающейся в глаза работе, он мог без особых проблем платить за жильё.

Район, где находился отель, был тёмным и бедным. В округе работали мелкие торговцы, которые открывали лавки рано утром, склонные обманывать людей, молодые люди изо всех сил пытались заработать на жизнь, живя в подвалах, а также встречались гангстеры и проститутки, ведущие свой бизнес. Мужчина явно не вписывался сюда, но при этом как-то хорошо вписался.

Он услышал тихий смех, доносящийся из соседней комнаты. Он открыл свою дверь и провёл рукой по влажной стене, чтобы найти выключатель.

*Щёлк* — в тот момент, когда включился тусклый свет, он прищурился.

В комнате находился ещё один человек.

Посетитель был в очках и в белой рубашке. На вид ему меньше сорока. Только вступив в свой средний возраст, он всё ещё выглядел довольно молодо. Он имел знакомый книжный вид, но всё же полностью отличался от того определённого человека.

— Профессор Шэн, — холодно сказал он.

— Капитан Сун, — между бровями Шэн Юня пролегли небольшие морщинки. — Тебя нелегко найти.

Они уже встречались в миссии «Кубик Рубика». На самом деле, Шэн Юню было очень легко узнать его личность.

Но Сун Цинлань использовал искусственное лицо, которое имитировало различные черты, и это затрудняло Шэн Юню поиск.

— Как свидетель времени, пришедший из будущего, я считаю, что вы прочитали и запомнили три закона Тяньцюн: никогда не меняй прошлое, никогда не говори о настоящем, никогда не зацикливайся на будущем, — Шэн Юнь сказал: — Строго говоря, вы нарушили эти три закона не потому, что одержимы прошлым.

Сун Цинлань поднял руку и прикоснулся к устройству за ухом, чтобы отключить искусственное лицо.

Раскрылась его героическая и красивая внешность. Столкнувшись с Шэн Юнем с его прежним лицом, он не пытался скрыть свою холодность по отношению к нему.

Шэн Юнь не возражал против этого недовольства. Вместо этого он сказал:

— Инспекторы в 1456 году до сих пор не обнаружили вашего исчезновения, но поскольку вы путешествуете так часто, даже если вы выключите коммуникатор, вы неизбежно оставите следы. Рано или поздно они вас найдут.

— Идти искать меня тоже рискованно, — Сун Цинлань проявил пренебрежение: — Не боитесь ли вы, что инспекторы обнаружат вас и сделают всё, что вы делали до сих пор, напрасным?

— Не боюсь, — Шэн Юнь сказал: — Поскольку ты и Шэн Хань пришли, чтобы найти меня, это означает, что я не оставил никаких ключей в вашем времени и пространстве, и у вас осталась только возможность вернуться в тот день, чтобы узнать правду. Я должен быть в безопасности.

Как отец, Шэн Юнь казался слишком бессердечным, говоря такие вещи. Как старейшина, он был тогда ещё молод, и его слова не имели большого значения.

Но предатель из Двенадцатого отряда Се Сянь был прав. Хотя Шэн Юнь не похож на Цзи Юйши, темперамент этих двоих очень похож, и то, как они разговаривали и анализировали, также было очень похоже. Они оба сохраняли спокойствие до такой степени, что становилось страшно. Как и ожидалось от этой пары отца и сына.

Сун Цинлань стиснул зубы.

Просто заметить этот момент достаточно, чтобы его сердце бешено забилось.

В последние несколько дней его состояние было не очень хорошим. Он сам это знал.

Он не мог спать по ночам, просыпаясь снова и снова от снов, в которых его руки были в крови. Он напоминал наркомана, страдающего от абстинентного синдрома. Он мог только пересекать путь снова и снова, чтобы увидеть, каким был раньше Цзи Юйши, чтобы горящие в нём желания немного уменьшились.

Просто смотрел. Он ничего не сделал.

И он тоже ничего не мог сделать.

И если продолжит в том же духе, он не знал, не сойдёт ли однажды с ума и в отчаянии выскочит, чтобы позволить Цзи Юйши узнать его.

Познакомиться с ним за три или пять лет до настоящего.

Этим они могли подтолкнуть всё, что произошло, вперёд. Кого волнует стабильность времени и пространства, кого волнует парадокс дедушки, кого волнует круг судьбы?

Он вообще не хотел заботиться о них.

Стать предателем.

Вырвать Цзи Юйши из того, что случилось до этого инцидента, и вместе сбежать в другое время и пространство.

Сун Цинлань не раз обдумывал эту идею.

Глядя на внешность Шэн Юня, Сун Цинлань почти не мог выразить свой гнев на этого старейшину, который давно был «умершим», но спокойный и самоуверенный тон этого человека заставил его почувствовать недоверие. Вместо гнева он обнаружил, что просто не может испытывать никакого уважения к этому Шэн Юню.

Сун Цинлань усмехнулся.

— Вы действительно в безопасности. Видя, что его случайно убили, вы всё равно смогли развернуться и уйти.