В одном чёрном-чёрном..., стр. 1
Annotation
Даша никогда не была мнительной и суеверной, но когда цыганка на улице отдала ей серьгу сестры, пропавшей двадцать лет назад и сказала никуда не ездить, она запаниковала.
Однако вскоре Даша, ее муж и маленькая дочь сели в машину и отправились в путь, но оказались совсем не там, где должны были.
Теперь они заперты в доме без окон и дверей, где стены увешаны портретами, а с одного из них на них смотрит давно пропавшая сестра и улыбается.
Татьяна Ма
Глава
-1-
-2-
-3-
-4-
Конец ознакомительного фрагмента.
Татьяна Ма
В одном чёрном-чёрном...
Глава
-1-
2003 год
Даша спешила домой, перепрыгивая лужи, которые разлились по пешеходным дорожкам после сильного дождя. Сейчас-то он прекратился, но надолго ли? Вон какими черными тучами снова затянуло небосвод. Бросив взгляд вверх, Даша прибавила шагу. Если ливанет, она насквозь промокнет, да и побыстрее надо бы попасть домой.
Игорь уже звонил два раза и явно был на взводе. Ему не терпелось выехать пораньше, а ее, как назло, задержали на работе. «Еще бы, — злорадно думала Даша. — Боится опоздать к своей мамочке». Отношения со свекровью у нее не сложились, и каждая поездка за город, где жили родители мужа, была ей как острый нож в сердце. Игорь не то чтобы сильно настаивали на ее, Дашином, тесном общении с его матерью, но и их конфликтных отношений не понимал. А завтра у свекрови юбилей — Валентине Ивановне исполнялось шестьдесят. Так что хочешь не хочешь, а ехать придется.
— Подожди, красавица! — раздался сзади женский голос.
Даша обернулась и увидела цыганку, которая спешила к ней. Только этого ей не хватало! Историй про цыган Даша знала много. Как те останавливали зазевавшегося прохожего на улице или подсаживались в полупустой электричке, предлагали погадать, человек словно бы впадал в транс, а когда приходил в себя, оказывалось, что кошелек-то у него увели…
Отвернувшись от цыганки, Даша поспешила уйти подальше. Правда, трудно было идти быстро с тяжелой сумкой, в которой она несла продукты, купленные для свекрови — не поедешь же к ней с пустыми руками!
— Да постой ты, говорю! — Цыганка нагнала Дашу и ухватила за локоть.
Дашу руку тотчас же вырвала и в сердцах крикнула:
— Да отстань ты от меня! Нет у меня денег и гадать мне не нужно.
Цыганка на это лишь усмехнулась и вдруг протянула к Даше раскрытую ладонь.
— Ты обронила.
Удивленная, Даша опустила глаза. На ладони поблескивала золотая сережка со вставленным в нее голубым камнем.
— Это не моя, — пробормотала Даша, но тут же инстинктивно потянулась к ушам, чтобы удостовериться, что ее серьги на месте.
«Что за дурочка, — отругала она себя. — У меня же в ушах простые кольца, а эта с камнем».
— Точно не твоя? — спросила цыганка.
В ее голосе Даше слышалась насмешка. А Даша вдруг почувствовало, как ее бросило в пот. Где это видано, чтобы цыгане отдавали найденное золото? Еще и бежала за ней, чтобы вернуть…
— Это не моя сережка… — неуверенно повторила Даша, но теперь взгляд ее словно прилип к украшению.
«Господи, не может быть!» — пронеслось в голове.
Даша подняла глаза на цыганку.
— Откуда это у вас?
— Значит, все-таки твоя, — улыбнулась та с иронией.
— Нет, это не…
Цыганка и слушать не стала. Взяла Дашину руку, разжала пальцы и вложила в ладонь серьгу. «Но этого не может быть, просто не может быть», — думала Даша.
Рука ее дрожала, и, чтобы не выронить сережку, Даша сжала пальцы в кулак. Цыганка кивнула.
— Так-то лучше. Послушай меня, красавица, что тебе скажу…
Даша стояла словно под гипнозом не в силах ни отвести взгляда от черных глаз цыганки, ни остановить ее, ни уйти.
— Ждет тебя впереди дальняя дорога, но лучше тебе по ней не ходить. Пойдешь — потерянное найдешь, но себя потеряешь. Не пойдешь — никогда ничего не узнаешь, зато самой собой останешься.
— Я не понимаю… — пробормотала Даша.
— А ты подумай как следует, глядишь, и поймешь.
Из гипнотического состояния Дашу вывел крик проходившей мимо бабульки.
— А ну, пошла отсюда! Сейчас милицию вызову! — заголосила она на цыганку. — Граждане! Граждане! Вы только гляньте, уже посреди бела дня людей обирает. Совсем совесть потеряли, ироды!
Цыганка все это время стояла, накрыв своей ладонью руку Даши, в которой та сжимала серьгу. Теперь, услышав визг прохожей бабульки, цыганка отступила на шаг и еще раз сказала Даше:
— Лучше не ходи по той дорожке, красавица! Не нужно!
— Иди! Иди отсюда! — разошлась бабка. — А то сейчас будет тебе дорожка!
Даша сморгнула, будто только проснулась. Ей хотелось расспросить цыганку и про сережку, и про ее странные слова, но та уже была далеко. Яркая юбка мелькнула у поворота и исчезла. Бабулька же взглянула на Дашу и покачала головой.
— Что встала, раззява? Неужто не знаешь, что с ними и говорить нельзя. Загипнотизируют и оберут как липку. — И уже более дружелюбно спросила: — Кошелек-то на месте?
Даша порывисто открыла сумку и проверила.
— Да, все на месте.
— Значит, не успела обокрасть. Мне спасибо скажи. — С осуждением посмотрев на Дашу, бабулька покачала головой и выдохнула: — Эх ты! Стоишь, рот раскрыла да басни слушаешь.
— Ничего она у меня не украла. Наоборот… — пробормотала Даша, а потом махнула рукой и пошла прочь.
На душе у нее скребли кошки…
-2-
Домой Даша влетела, едва переводя дыхание, опустила тяжелую сумку с покупками на пол, а сама рухнула на пуфик возле входа. Прижала к груди кулак, в котором все еще держала сережку, и зажмурилась. Перед глазами все плыло.
В коридор выглянула дочка, а за ней и Игорь.
— Наконец-то, — недовольно выдохнул он.
— Мам, — подошла к ней Катюшка, — ты чего, от собак бежала?
Даша открыла глаза.
— От каких собак, детка?
— Ты же говорила, что в подворотне, через которую ты на работу путь срезаешь, лают злые собаки.
— А-а-а, собаки, — Даша выдохнула, — нет, не от собак.
— Так, хватит болтать. Давайте, ноги в руки и будем собираться! — скомандовал Игорь. — Кать, у тебя все собрано?
— Ой, пап, нет еще! Я своего медведя забыла.
— Так иди собирай рюкзак.
Игорь недовольно покосился на Дашу и ушел в кухню.
Наконец-то отдышавшись, она поплелась следом за ним.
— Игоряш…
— Даш, вот почему всегда так? — проворчал он. — Когда что-то надо сделать быстрее, ты обязательно опоздаешь. Ты же обещала отпроситься пораньше на пару часов.
— Я и отпросилась, но у нас в офисе форс-мажор случился, — попыталась оправдаться Даша. — А еще этот ливень.
— И ты, конечно, без зонта, — хмыкнул Игорь.
— С зонтом, но его ветром поломало, пока я к метро бежала. — Даша вздохнула и заискивающе посмотрела на мужа. — Игорь, может, не поедем сегодня? Обещают грозу и ураганный ветер. Посмотри в окно.
Игорь несколько секунд молчал, уставившись на Дашу, будто не веря, что она говорит на полном серьезе.
— Не поедем?
— Ну, да. Что-то на душе неспокойно. Ты же знаешь, как я боюсь грозы.
— Опять твои глупости, — махнул он рукой. — Ты предлагаешь мне позвонить матери и сказать, что мы не приедем на ее юбилей, потому что обещают грозу?
— Я же не говорю, что не нужно вообще ехать, — попыталась оправдаться Даша и улыбнулась. — Поедем завтра, а? Выедем пораньше с утра и…
— Даш! — повысил голос Игорь, останавливая ее. — Я понимаю, что юбилей моей мамы для тебя не праздник. Я знаю и, заметь, ровно отношусь к тому, что ты с ней не ладишь, но ведь всему есть предел.
— Да я же не говорю, чтобы вообще не ехать. Я лишь предлагаю поехать завтра.