Принцесса без лица. Том 1 (СИ), стр. 31

— А. Есть.

— Счастливый конец, деньги нашлись. — сообщил ведущий всему подвалу. — Никого даже не пришлось бить.

— Пока, — добавили из первого ряда зрителей.

— Спасибо за уточнение. Вот теперь вечер снова под полным контролем.

Между тем на ринге уже вовсю шел следующий бой. Опять два сида третьего уровня. Один пропустил короткий удар в печень и тут же полез вперед, пытаясь вернуть. Но поторопился, после удара корпус не собрался, правая нога осталась сзади, и противнику хватило одного шага в сторону: он сменил стойку, пропустил его мимо, затем подхватил и отправил плечом в маты.

Калдер одобрительно стукнул кружкой по столу.

— Вот теперь хорошо.

— Это ты кому?

— Победителю.

— Он еще не победил.

Напарник посмотрел на меня с явным неодобрением.

— Марен, ты умеешь испортить абсолютно всё.

Тем временем его фаворит переставал выглядеть убедительно. Второй сид протащил колено между собой и соперником, освободил бедро и начал выворачиваться. Верхний попытался прижать его обратно к матам, но на мгновение ослабил давление, перехватывая руки, и нижний тут же ушел в сторону, поднялся сначала на колено, потом на ноги.

Я дождалась, пока Калдер увидит все сам и уточнила:

— Абсолютно все, особенно прогнозы?

Он демонстративно уставился на ринг и сделал вид, что не расслышал.

За спиной кто-то громко и настойчиво произнес:

— Воскресенье.

Я слышала это слово уже несколько раз, но до сих пор не обращала внимания. Вокруг каждый второй говорил о работе. За одним столом пересказывали задержание, закончившееся разбитой витриной. Чуть дальше спорили о служебной машине: один утверждал, что дверь вполне исправна, раз ее все-таки можно закрыть, второй интересовался, входит ли удар с размаху в штатную работу замка двери. Слева кто-то уже минут десять возмущался отсутствием оплаты переработок.

— Я в воскресенье за тебя.

— Нет.

— Почему нет? Ты сам просил.

— Я просил следующее.

— Это и есть следующее.

— Нет. Следующее после твоего вторника.

Голоса шли от соседнего стола. Там устроились четверо патрульных. Трое – сиды третьего уровня - сидели вокруг кружек и, судя по выражениям лиц, занимались вопросом чрезвычайной важности. Еще один, уже второго уровня, в разговоре не участвовал, просто спокойно ел, изредка поглядывая на остальных.

— Твой вторник уже у меня.

— Это не мой.

— Как не твой?

— Я вторник Керну отдал.

— Когда?

— Вчера.

— Не вчера. Позавчера.

— Какая разница?

— Вчера ты четверг менял.

Сид так резко опустил кружку на стол, что пиво качнулось и выплеснулось на дерево.

— С кем?

— Со мной.

— Зачем?

— У тебя суд с утра.

— Суд в пятницу.

— Вот пятницу и меняли.

— Тогда четверг чей?

Все трое замолчали. Патрульный с разлитым пивом посмотрел на соседа. Тот повернулся к третьему. Третий явно ожидал, что недостающий четверг обнаружит кто-нибудь другой.

На матах снова грохнуло, толпа зрителей взвыла, и я вернула свое внимание на ринг. Там вопросов с четвергом не возникало. Тот, кого недавно бросили, уже успел перестроиться. Отступил, дважды заставил соперника идти за собой, а на третий раз резко сократил дистанцию и почти поймал второго за корпус, но тот заметил начало движения, успел переставить ногу и вывернулся из захвата.

В бою сиды третьего уровня принимали правильное решение за долю секунды. А за соседним столом мужчины точно такого же фенотипа всё еще искали четверг.

— Подожди, — сказал первый патрульный. — Если пятница твоя, то я тебе что отдаю?

— Воскресенье.

— Так воскресенье я у него беру.

— У кого?

Первый показал на третьего, тот нахмурился.

— С чего вдруг?

— Ты сам сказал.

— Я сказал, что могу.

— Ну вот.

— «Могу» не значит «отдал».

— А что значит?

Последовала длинная пауза. Второй уровень, сидевший с краю от говорящих, продолжал молча есть.

— Так. Еще раз. Среда чья?

— Керна.

— Нет, Керн во вторник за меня.

— А ты где?

— Я...

— Проехали. Что у тебя в четверг?

— Суд.

— Суд в пятницу!

— Да помню я!

Вот тут всё встало на место. Сиды третьего уровня помнили и про суд, и про Керна, без труда поправляли друг друга, стоило кому-то ошибиться в одном конкретном факте. Но когда данные сцеплялись между собой, начиналась чехарда.

На ринге я уже несколько боев подряд видела совсем другое. Там третий уровень без труда удерживает в голове положение противника, собственную стойку, расстояние, движение рук и ног. Но изменившаяся ситуация всегда становилась новой исходной точкой. Сорванный захват больше не требовал отдельного места в голове. Старую дистанцию заменяла новая.

А у патрульных ничего не заменялось. Позавчерашний обмен оставался действующим. Вчерашний добавлялся к нему. Суд в пятницу влиял на следующую договоренность, та — на воскресенье, а потом приходилось возвращаться ко вторнику.

Я думала, что основная проблема сидов третьего уровня в медлительности мышления. Похоже, зря. С тем, что происходило здесь и сейчас, они справляются прекрасно. Трудности начинаются, когда старое решение продолжает действовать одновременно с несколькими новыми.

Калдер тоже начал прислушиваться в разговору.

— У них сейчас еще и суббота всплывет, — тихо предупредил он меня.

Через несколько реплик третий патрульный вспомнил:

— У меня еще суббота занята.

Калдер довольно улыбнулся.

— Опыт, — пояснил он.

— Семейный?

Улыбка стала шире.

— Ты моих кузенов еще не видела.

— Одного уже видела.

— Орт из них самый способный.

— Ясно. Значит, мне повезло.

Калдер открыл рот, но ответ заглушил резкий рев вокруг ринга: бой закончился. Разговор о его родственниках пришлось отложить.

Глава 14.

Разговор за моей спиной продолжался.

— Нет, если ты берешь мою субботу, я тогда выхожу за него в понедельник.

— Зачем?

— За четверг.

— Четверг мой.

— Только что был его.

— Кто сказал?

До этого четвертый патрульный в спор не вмешивался. Он только изредка поднимал глаза от тарелки, когда очередной день недели внезапно оказывался не у того человека. Теперь он отложил вилку.

— Вы всерьез пытаетесь все это в голове разложить?

Все три головы возмущенно повернулись к нему.

— А где еще?

— На бумаге.

— Чего?

— Лист возьмите и сделайте таблицу: семь дней и под ними фамилии. Переставляйте по одной смене и будете видеть, что у кого остается.

Предложенный способ был настолько простым и очевидным, что я ожидала, как кто-нибудь из патрульных сейчас потребует салфетку и ручку.

— Не лезь, — мрачно предупредил один из троих.

Сид второго уровня поднял брови.

— Да пожалуйста.

— Мы сами разберемся.

— Разбирайтесь.

Он снова взял вилку и вернулся к своей тарелке.

— Так, — опять начал первый патрульный. — Где мы были?

— В четверге.

— Нет. В воскресенье.

— Воскресенье уже решили.

— Как?

Молчание получилось короче предыдущего, но содержательнее.

— Сейчас вспомню.

На матах ударили в гонг, и очередная пара бойцов двинулась навстречу друг другу. Я перестала следить за судьбой воскресенья.

Калдер выдержал две минуты, прежде чем толкнуть меня локтем.

— Ну хоть на этого ставлю?

Сид в синих шортах действительно давал повод для оптимизма. Уже оттеснил противника почти к канатам, дважды поймал на слишком широком шаге, один раз заставил спасать равновесие на одной ноге. Работал быстро и уверенно. Зал тоже всё решил: после каждого его попадания первые ряды ревели, за столами стучали кружками, и от общего гула начинало неприятно давить на уши.

— Нет.

Калдер перевел взгляд с ринга на меня.

— Ты же даже не думаешь.

— Думаю, просто быстрее тебя.