Афера генерала Фераро (СИ), стр. 16

И я вдруг вспомнила, что, несмотря на все эти признаки самца, метящего свою территорию, Арман Роше всё-таки оставался одним из ведущих следователей столичной инквизиции.

— Это сестра жены генерала Фераро.

— Почему ты вызвала её на допрос?

У меня не было ответа, который не затрагивал бы Фераро как подозреваемого. Какое-то время я молчала, пытаясь найти версию, которую можно было бы озвучить. Так и не найдя, сказала:

— Потому что я не исключаю того, что Фераро может быть участником этого преступления.

Арман нахмурился. Несколько мгновений он в недоумении смотрел на меня, а потом резко расхохотался.

— Нет, Аврора, этого не может быть!

— Почему?

— Ну, возможно, потому что он уже держал его в руках, и знает про него больше, чем остальные. И потому что если кто-то и стоит на охране порядка в империи, то это именно Фераро.

Но неожиданно Арман добавил:

— Я бы не исключал кого-то из его сотрудников. Ты уже всех проверила?

— Да, я проверила всех, но ни у кого нет мотива, — ответила я.

— А у Фераро есть? — в тоне Армана сквозил сарказм.

— Есть, Арман, особенно, если я верно понимаю назначение Венца.

— А как ты его понимаешь?

Мы уже снова расселись в гостиной и Арман снова налил вино в бокалы и теперь держал свой бокал обеими руками, грея его.

Я попыталась объяснить то, что мне удалось узнать.

— Ну, как я поняла, что с помощью Венца можно изменить прошлое, переплести Узор.

Я взглянула на Роше, но на его лице ничего нельзя было прочитать. И тогда я продолжила:

— Если это так, и кто-то хочет изменить прошлое, переплетя узор, то у Фераро есть не просто мотив, а мотивище.

Арман как-то странно усмехнулся:

— Переплести узор…

Но не договорил, осёкся на полуслове, как будто бы он хотел что-то сказать, но передумал.

— Ты что-то хотел добавить? — спросила я.

— Нет-нет, — слишком поспешно ответил мужчина, — просто пришла мысль, но я её уже забыл.

И Арман перевёл разговор обратно на ситуацию с Милошем.

— Значит, вызов был с внутренней линии, — сказал он.

Я замолчала на секунду.

— Да, — сказала я. И вдруг поняла, что я ещё не успела об этом рассказать. — А ты откуда знаешь?

— Ты сказала, — уверенно ответил Арман.

Я ещё раз прокрутила в голове состоявшийся до прихода Фераро разговор.

— Нет, я не говорила.

Он легко пожал плечами.

— Ну, значит, я догадался. Вряд ли этот, как его… Мироц Молиш… поверил бы, если бы ему не позвонили с внутренней линии. Это же очевидно, Аврора.

— Его зовут Милош Мориц, — поправила я Армана.

Мне вдруг стало неприятно, что он «не запомнил» имя Милоша. Арман был из тех, кто никогда и ничего не забывал.

— Тем более, — улыбнулся Арман.

«Ну конечно, это было очевидно», — подумала я. Но всё же червячок сомнения у меня остался.

— Ладно, — снова перевёл тему Арман, и в голосе прорезался начальник. — Хватит тебе в одиночку копать. Я приехал не с пустыми руками.

Он достал из портфеля чёрный футляр, размером с мужскую ладонь, и, открыв его извлёк из него прибор.

Небольшой, сделанным из тёмного блестящего металла, похожий на многоугольник с гранями. Но, несмотря на то что он был блестящий, свет от него не отражался. А как будто даже наоборот.

Я в шутку спросила:

— Ещё один древний артефакт?

— Искатель, — кивнул Арман с таким серьёзным лицом, что мне стало неловко за мою шутку, и почти благоговейно добавил, — Совет разрешил использовать его только мне, выдав под мою личную ответственность.

— Что он делает?

— Он может обнаружить Венец. — Он помолчал. — Но есть цена. — Арман облизал губы, — тот кто его использует платит годами. Так что, сама понимаешь, человеку его активировать нельзя, но и дракону с осторожностью, поэтому тыкать наугад мы не будем. Только по делу.

И от этого «платит годами» стало не по себе. Если не получится, то годы чьей-то жизни уйдут впустую.

Арман осторожно убрал артефакт обратно в футляр. Наклонился вперёд, уперевшись локтями в колени широко расставленных ног.

— Устала? — спросил он и голос прозвучал слишком проникновенно для служебного разговора.

—Устала, — сказала я и зевнула. — Спать хочу.

Арман встал, с явным сожалением посмотрел на меня, и пошёл к двери.

— До завтра.

— До завтра, Арман, — сказала я, закрывая за мужчиной дверь.

И выдохнула, привалившись к ней спиной.

«Что-то я действительно устала,» — подумала я, и пошла в ванну.

После горячего душа стало легче, хотя всё было очень странно: и Арман, приехавший раньше, и его оговорки и недомолвки, и… Фераро.

Почему-то при мысли о Фераро вспомнился наш танец.

И вдруг я услышала стук в окно. А, учитывая, что окна моего номера находились на третьем этаже, это было более чем странно.

Я подошла к окну, за которым был балкон, и увидела, что на балконе, прижавшись лицом к стеклу, отчего нос у него смешно расплющился, стоит генерал Фераро, а в руках у него маленький букет фиалок.

Глава 20.

Я открыла балконную дверь, но не отодвинулась, осталась стоять, перегораживая Фераро возможность пройти внутрь.

— Генерал, как вы сюда попали? — мне было весело, но я старалась, чтобы голос мой звучал холодно.

— Поднялся по пожарной лестнице, — по-мальчишески улыбнулся Фераро, кивнув в сторону, видимо, туда, где эта лестница и была.

— А цветы по дороге нашли? — я склонила голову, рассматривая букетик и, думая, это так случайно вышло, или генерал узнал, что фиалки — это мои любимые цветы.

— Нет, — качнул головой Фераро, — я купил их для вас.

И я вдруг вспомнила, что, когда генерал разговаривал с Роше, руки он держал за спиной. Неужели уже тогда у него был с собой этот букет? От этой мысли отчего-то стало тепло.

— А где ваш начальник? — спросил Фераро, пытаясь заглянуть мне за спину.

— Предположительно у себя в номере, — ответила я, уже не пытаясь сдержать улыбку. — Но точно сказать не могу. Во всяком случае, у меня его нет.

Фераро снова улыбнулся, и я подумала, что, если бы его сейчас увидели его подчинённые, то рухнула бы грозная репутация генерала. Когда он улыбался, он совсем не походил на мрачного генерала, к которому все привыкли.

— А вы к нему пришли? — спросила я.

— Нет, я пришёл пригласить вас на прогулку.

Меня просто потрясала эта честность и прямота. Генерал не флиртовал, но в то же время то что он делал и говорил было сильнее любого флирта, настолько это было искренне.

— Генерал, — замялась я, — я несколько не готова.

— Аврора, не разочаровывайте меня. Когда ещё вы побываете здесь, чтобы увидеть водопад вечной любви?

Мне показалось, что это название я слышу впервые. И тогда Фераро добавил:

— В столице его, наверное, знают под другим именем. Серебряные нити.

— Серебряные нити, — переспросила я. — Да, я слышала о нём, но ведь он, кажется, закрыт для посещения.

Фераро подвигал бровями.

— Не для главы инквизиции. — Он чуть понизил голос, отчего в нём появились бархатистые низкие нотки. — Вы, вероятно, слышали, что именно в эти ночи, в период приближения Часа Белой Луны, серебро водопада проявляется наиболее ярко.

— Ваша взяла, генерал, — сказала я после некоторого размышления. — Ждите здесь. Сейчас переоденусь.

Я уже уходила, когда он бросил мне в спину:

— Аврора, наденьте удобную обувь.

Я не стала отвечать.

«Как будто бы я и сама не догадалась бы»

Наверняка, водопады находятся в живописном месте, куда придётся долго идти пешком.

Я оделась и вышла в гостиную, где в кресле сидел Фераро. Он встал и направился к балкону.

— Мы что, будем лезть по пожарной лестнице? — удивилась я.

Генерал пожал плечами:

— Я подумал, что так мы точно никого не встретим.

Я решила: «Почему бы и нет», но ключ на всякий случай взяла.

До пожарной лестницы действительно было несложно дотянуться, и вскоре мы уже спускались. Генерал спускался первым, и легко спрыгнул. А вот я, посмотрев вниз, вдруг поняла, что не так уж и низко расположена лестница. И мне стало не по себе.