Ночь хищников (СИ), стр. 28

— Состояние Эдрика все еще тяжелое. Если его мозг умер, никакое чудо не спасет.

Словно не соглашаясь с ним, Крош выгнул спину и зевнул так смачно, что даже Рихтер покосился на кота. Возможно, именно лечебное мурлыканье спасло парня.

— Ден, — проговорил Макс, — понимаю, что несвоевременно, но епта, у нас инопланетянин! Живой инопланетянин. Ты у него спросил, как данные из твоей головы доставать? Он ведь сказал, что без него не расшифровать.

— Поговорим, — пообещал я. — Времени навалом не будет, но кое-что я уже выяснил.

— Ну как так, ну е-мое! — возмутился Макс.

— Мы, типа, выживали, — осадила его Вика. — Не до разговоров было.

А я подумал, что и правда ведь — событие планетарного масштаба, инопланетный контакт, а мы пока выжали из ящера минимум информации. Впрочем, ящер и сам полудохлый.

В медблок зашел Тетыща, посмотрел на Эдрика сквозь стекло и сказал:

— Хорошо, что динамика положительная. Но у нас остались нерешенные вопросы. Первый — филиппинцы, которых мы ждали, но они так и не доехали: пугачи разрядились, и они прячутся в тоннеле от Костегрыза и бездушных. Второй — прокачка наших отстающих соклановцев. Было бы неплохо дотянуть их хотя бы до тридцатого уровня. Им ведь тоже воевать, а они нежизнеспособны и фатально отстают.

— Все будет, — вскинул руки я. — Но мне не разорваться.

— Я бы поощрил команду, — продолжил Тетыща. — Вечный и Дак хоть и подкачались чутка, все равно недовольны, что не получили возможность развиться.

В моей голове было месиво мыслей после боя со скейрами, и структурировать информацию не получалось — мысли разбегались, каждая тянула в свою сторону, потому я коротко кивнул и вышел из медблока. Тетыща и остальные двинулись следом.

— Всем вернуться в актовый зал, — объявил я, дублируя в клановый чат. — Есть распоряжения.

Пять минут — и все, кроме Насти с детьми, собрались в зале и выжидающе смотрели на меня.

Оглядев всех, я продолжил:

— Через полтора дня сюда прибудут Охотники. Неизвестно, насколько они сильны. Возможно, драться придется каждому, потому мы должны быть максимально готовы, и сейчас, когда основная опасность устранена, вы пойдете вызволять новеньких и одновременно качаться.

— Там Костегрыз, — сказал Дак. — Он нас раздавит, даже если мы поедем на танке.

— На броневике, дурень, — поправил его Вечный. — У нас пугачи, отдадим новеньким, и он не сунется, когда они работают.

— Но сунулся же, — возразил Дак.

— Потому что его подчинила НЕХ, — объяснил я. — Сейчас ее нет, и можно спокойно ехать на промысел.

— Нам бы вооружиться посерьезней, — мрачно проговорил Вечный. — Броня, то да это…

— Костя, раздели прокачиваемых на группы и действуйте, как вояки: прокачиваемого за руль, и давить бездушных, — распорядился я. — Боевой опыт будете получать завтра, а экипировка и раздача слонов вечером. Тогда станет ясно, кто на что годится.

Я посмотрел на перемазанного кровью Макса. Он превратился в берсерка, наверное, «Каспер» подстраивает его под себя, дает силу и глушит страх, действует как мощный энергетик, но и лишает разума.

Система щедро отсыпала ему очков упокоений, и Макс поднял уровень с 38-го до 41-го. Несмотря на множественные левелапы, выглядел он изможденным и все время жрал. Казалось, что он посерьезнел и вроде как раздался в плечах. С учетом пробудившегося таланта он стал отчаянным бойцом ближнего боя и нуждался в хорошей броне.

Изучив остальных, я мысленно порадовался: Рамиз перешагнул 40-й, Вика тоже. Тетыща с Сергеичем подтянулись к нему. Мигелю с Лукасом тоже перепало, потому что все, кто стрелял по твари, получили свою долю уников.

Обведя взглядом собравшихся, я сказал, дублируя в клановый чат:

— Объявляю в 20:00 общий сбор, включая всех новеньких.

— А сейчас? — уточнила Лиза. — Что нам делать сейчас?

Я написал ей в личку: «Пока все будут качаться, разберемся, левелапнем и тебя, и клан, и Крошу нужно что-то прикупить, он Эдрику жизнь спас и вообще молодец, здорово помог».

А вслух сказал:

— Костя, ты руководишь прокачкой.

Тетыща кивнул и принялся распределять роли. Указал на филиппинцев, что приехали на броневике:

— Слушать меня. Первая группа на прокачку: вы двое. С вами Павел, Вечный, Дак, Маурисио, Тори. Страховку обеспечит Вика. Прокачка сперва пойдет быстро, потом притормозит.

— Повара бери, а то он ваще дохлый, — посоветовала Вика.

— Марко с нами, — распорядился Тетыща.

Я добавил:

— Качаться можно уже по пути в тоннель и обратно вместе с освобожденными. Их можно поставить на границе купола, пусть бьют по бездушным.

— Было бы неплохо, если бы ты зомби станил, — предложил Макс, зевнув.

— Мы с тобой здорово навоевались, — ответил я. — Нужно провести инвентаризацию, расселить людей из тоннеля, но до того левелапнуть клан и Лизу.

Макс посмотрел на контролера, раздул ноздри, будто бы принюхиваясь. Лиза этого не замечала, о чем-то сосредоточенно думала. Вот это мне не понравилось — что-то «Каспер» чудит. Разберусь позже.

— Возвращаться затемно? — спросил Тетыща. — Или сперва везти освобожденных на базу?

— Качаться до упора, времени осталось мало, завтра-послезавтра к нам пожалуют гости…

Я никуда не уходил, ждал, когда Тетыща распределит людей по машинам и погонит бить бездушных. Костегрыза они трогать не будут, не по зубам он им. Жаль, что и мне не по зубам, — я мог бы его использовать как биологическую охранную систему базы, но Донки-Конг мертв, убит тем же Костегрызом, и ручного титана у меня больше нет.

Да и скоро мне вообще нельзя будет выходить из-под купола. Кема восстанавливается, «активность» растет, и когда ящер окончательно выздоровеет, наверняка квест на его убийство провалится, система повесит на меня метку «Отступник», и охотники за моей головой начнут появляться раз в сутки. Возможно, появятся сразу после провала квеста, и лучше бы мне в этот момент быть под защитой купола и турелей.

Наблюдая, как люди распределяются по машинам, а Тетыща их подгоняет, я обошел базу и обнаружил Кему, привалившегося к стене.

— Кема, один вопрос, — я присел рядом. — Как достать данные Го Дзни из моей головы?

— Нужен [НЕПЕРЕВОДИМО]… ключ. Я знаю структуру. Ты носишь [НЕПЕРЕВОДИМО]… контейнер. Вместе — откроем.

— Сколько времени?

— [НЕПЕРЕВОДИМО]… Не знаю. Часы? Дни? Данные буфо — не текст, не записи. Это [НЕПЕРЕВОДИМО]…

«Космолингвист» подбросил размытый образ: что-то живое, пульсирующее, многослойное. Не файл, скорее организм. Только не материальный, а… Блин, нет, это я уже додумываю. Может, там что-то просто вообще невообразимое человеком?

— Кто такие жнецы и зачем им наши души? — задал я вопрос, который мучал каждого, но мало кто решался обратиться к страшному ящеру.

— Если бы мы знали ответ на этот вопрос… — горько ответил он. — Нам не пришлось бы собирать данные здесь, на вашей планете, человек Денис.

— Ладно. Разберемся, когда будет время.

Я хотел встать, но Кема положил лапу мне на запястье. Прикосновение было сухим и горячим, как нагретый камень.

— Человек Денис. Я видел твои колебания. Я слышал, что тебе предложили жнецы за мою смерть. Ты сохранил мне жизнь. Благодарю. И клянусь, что ты не пожалеешь. — Зрачки расширились, затопив радужку. — Мы потеряли [НЕПЕРЕВОДИМО]… много Домов. Очень много. Мы должны отомстить!

Облачко из ноздри стало багровым — густым, тяжелым, с привкусом железа и чего-то горького. Мне не нужен был талант, чтобы это прочитать.

— Принял, Кема Ли-десятый, — сказал я и поднялся. — Ешь и набирайся сил. Скоро понадобишься.

Узнав все, что хотел, я поднялся к Лизе. От обилия информации и новых задач кружилась голова, все это нужно будет передать соклановцам на собрании вечером.

Лиза ждала меня в опустевшем актовом зале. Встала навстречу, обняла — уставшего, ободранного, грязного — скользнула губами по щеке и проговорила с сочувствием:

— Тебе бы в душ и выспаться, загонишь ведь себя.