"Зарубежный детектив 2026-24". Компиляция. Книги 1-12 (15 романов) (СИ), стр. 188

— Чтобы хранить тайну, погреб — лучшее решение, — прошептал Лансон. — Пошли посмотрим.

Он задействовал пульт управления, и робот встал точно над отверстием. Полученная тридцатью шестью метрами выше картинка была встречена в полном молчании.

На ней явственно запечатлелась раздавленная балкой красная бочка.

— Вы это искали? — спросил Лансон.

— Отчасти да, — выдохнул Ромен, впечатленный находкой. — Вы можете войти в подвал?

— К сожалению, нет. Слишком узко. На этом работа «Попкорна» заканчивается. Мне очень жаль.

Робот дал задний ход, снова проплыл по коридору, пересек гостиную и слегка задел оконные занавески, одна из которых намоталась на левый винт. Лансон послал робот назад — тщетно, вновь двинул его вперед — по-прежнему безрезультатно. «Попкорн» был парализован.

Ладно, решил Лансон, главное, спокойствие, попробуем отцепить его.

Один из суставчатых рычагов поднялся, повернулся на своей оси и прошел позади защищавшего камеру пузыря, чтобы добраться до ткани. Клешня раскрылась на десять сантиметров и крепко защелкнулась на ней. Поначалу легкое, а затем более сильное натяжение ничего не изменило. Несмотря на проведенные под водой четверть века, гардина крепко держалась на карнизе. Простым нажатием кнопки Лансон перевел клешню в режим ножниц, плотная ткань поддалась и была без усилий разрезана. Однако с инертным, совершенно обездвиженным запутавшейся в нем гардиной винтом управлять ТПА сделалось небезопасно. Следуя командам с поверхности, «Попкорн» дал задний ход, ударился о камин и принялся вертеться вокруг себя, словно собака, пытающаяся ухватить свой хвост. Единственный рабочий винт непрестанно посылал его в одном и том же направлении, так что становилось почти невозможно обуздать аппарат. Однако Лансон резкими толчками сумел заставить робота найти дорогу к прихожей. К несчастью, если коридоры были достаточно широки, то пройти сквозь небольшое отверстие в стене не получилось, хотя именно через него в дом проник ТПА. Операция стала напоминать попытку одной рукой продеть нитку в игольное ушко.

— Черт, в Париже нас сразу вышибут вон, — вздохнул он, как мальчишка, который только что загнал в кювет семейное авто.

— Прекрати! — потребовал Массе. — Полностью страви воздух из поплавков и дай ему погрузиться на дно. Мы у самого входа в дом, чтобы забрать его, мне придется проплыть всего два метра под «надголовкой».

— А вот для этого, Юго, тебе требуется согласие руководства. Без него не разрешу. Клянусь, я сейчас же выпущу газ из твоих баллонов!

— Ну, знаешь, это почти признание в любви!

— Почти.

«Зодиак» доплыл до берега, где майор Роз уже выставил предупредительное заграждение, чтобы на речную бригаду сразу по возвращении не накинулись с расспросами.

Шастен встречала их на песке, у воды, и Валант взглядом дал ей понять, что поиски увенчались успехом. Массе спрыгнул с лодки, вытянул ее на сушу и пришвартовал к прицепу. Засунув руки в карманы, Ноэми заставила себя не отворачиваться и смотреть прямо на него.

— Наш робот сбежал, — сообщил Массе. — Придется возвращаться за ним. Зато в подвале общинного дома мы обнаружили одну из ваших бочек. Тот же размер, тот же цвет и в непосредственной близости от места, где всплыла первая.

— Только одну?

— Из того, что было на виду. Как я уже сказал, мы утратили контроль над ТПА.

— Думаете, вы сможете вернуться?

— За роботом? Разумеется, он доступен без особого риска. А вот чтобы попасть в подвал, потребуется погружение «под потолок», что не входит в нашу компетенцию, поэтому мне нужно особое согласие руководства.

— Которого ты никогда не получишь, — резко прервал его Лансон.

Ноэми обернулась в сторону зевак, которые, судя по всему, представляли треть населения Авалона.

— Думаю, скрыть от них нашу находку будет трудно, — заметил Юго.

— Я к этому уже привыкла. Здесь ничто не остается тайной надолго. Но обнаружить всего одну бочку — это еще хуже. Это заставит их задуматься над ужасным вопросом.

— А именно?

— Кто внутри? Сирил или Эльза?

33

Судно бригады речной полиции. Набережная Сены. Париж [130]

На палубе судна майор Бержерон нервно вертела в руках снежный шар с Эйфелевой башней, с трудом сдерживая яростное желание швырнуть круглую стекляшку о стену. Висящий у нее за спиной огромный плакат фильма «Титаник» отлично символизировал кораблекрушение, о котором ей только что объявили по телефону.

— Вы в курсе увеличения счета?

— Могу только предполагать, майор, — признался Массе. — Однако повторяю вам, у меня есть возможность достать его без особого риска. Он ровно в двух метрах от входа.

— Погружение «под потолок»? Вы это мне предлагаете? Я действительно испытываю сильное желание утопить вас, Юго, но это всего лишь желание. На мой взгляд, вы обладаете все же большей ценностью, чем робот. Дописывайте ваши отчеты, позагорайте денек в Авероне и возвращайтесь на базу.

Комиссариат Деказвиля

Юго постучал в дверь кабинета, где нашел Ноэми, поглощенную своим настенным пэчворком из фотографий, газетных вырезок и выдержек из протоколов.

Операция бригады речной полиции хоть и не увенчалась полным успехом, тем не менее позволила подтвердить гипотезу, поверить в которую здесь боялись. Судя по всему, дети никогда не покидали деревню, а Фортен просто очень кстати подвернулся на роль виновника драмы, разыгравшейся в самом сердце Авалона.

— Я тебе помешал? — спросил Массе.

— Учитывая вашу сегодняшнюю потерю, полагаю, что могу уделить тебе пять минут.

— Я был бы менее категоричен относительно наших потерь. Мне кажется, решение есть.

— А вот твои коллеги, по-моему, склоняются к обратному.

— Мои коллеги — это не я; и я, между прочим, единственный ныряльщик. Да и в любом случае я получил согласие на то, чтобы погрузиться и достать ТПА.

Ноэми уселась за стол, а Юго примостился на краешке — ей показалось, слишком близко. Оттуда, где он сейчас находился, ни один шрам не мог укрыться от его взгляда.

— Я что-то не въезжаю, — продолжала Ноэми. — Ты собираешься рисковать жизнью ради какого-то робота? Ради жертвы — я бы поняла, в крайнем случае, но в подобной ситуации это полнейший идиотизм.

— Мне плевать на робота. Я не ради него погружаюсь.

Черты Ноэми немного смягчились, и она перестала обороняться.

— Тогда ради чего ты погружаешься, капитан Массе?

— С каких это пор флик не доводит расследование до конца? У нас три семейства, жизнь которых замерла, когда нашли тело, и ты намерена им объявить, что мы прекращаем дело, потому что это рискованно? Я должен пойти в этот подвал, я должен узнать, там ли находятся двое детишек, и попытаться вытащить их оттуда, если возможно. Я погружаюсь ради них. И чтобы произвести впечатление на тебя, если получится.

Ноэми пришлось опустить глаза, чтобы не покраснеть, как глупая девчонка.

— Ты что, получил зеленый свет и на это тоже?

Юго не мог ответить ей, не солгав. И сменил тему:

— Почему ты осела здесь?

— Меня скрывают.

— После того парижского дела тебя, наоборот, должны были бы продвигать.

— Ты обо мне не беспокойся. Закончу это расследование и вернусь в тридцать шестой.

— Твоя команда знает?

— Нет. Так же как твоя не в курсе, что ты без разрешения собираешься вернуться в дом, что бы ты там ни говорил. Каждому из нас известна тайна другого — это лучший способ не причинить себе зла.

Ноэми взглянула на разбросанные перед ней на столе подводные снимки, сделанные «Попкорном». Провалившаяся крыша и послужившая входом крошечная щель скоро займут свое место на увешанной снимками стене кабинета.

— Ты действительно уверен в этом погружении?

— Когда ты в шесть утра тараном выбиваешь дверь, ты ведь не знаешь, что тебя ждет, верно? Тогда с какой стати ты считаешь, что имеешь право быть храбрее меня?