"Зарубежный детектив 2026-24". Компиляция. Книги 1-12 (15 романов) (СИ), стр. 126
– По-вашему, это выход? Подождать, пока наркоотдел вмешается и сделает всю работу? – проворчал Кост.
Никто не ответил. Его команда выступила единым фронтом, и даже ему самому не удавалось убедить себя, что они не правы. К тому же стояла прекрасная теплая погода. По-настоящему теплая. Все могли бы найти себе занятие получше, чем торчать в кабинете. Кост признал очевидное:
– Ладно, валите! На сегодня свободны, я не хочу вас видеть до завтра. Если будут новости, я позвоню.
Сэм сразу же подумал про онлайн-покер. Ронан уже мысленно планировал вечер с молоденькой судебной следовательницей.
– Спасибо, пап, – сказали они хором.
Ничего не доставляло Жоанне большего удовольствия, чем время, проведенное с детьми. Она наклонилась к Виктору и чмокнула его в щеку:
– Ты просто душка, шеф.
Не прошло и минуты, кабинет опустел, но Косту было не так уж плохо и одному. Он снял трубку стационарного телефона и набрал номер. Представляться не было необходимости.
– Ну как ты?
– Здесь красиво. И тихо. Есть речка, вода ледяная, но помочить ноги вполне можно. А еще тут сад. По правде сказать, я подыхаю со скуки, но, странное дело, от этого мне очень хорошо. А ты? Что-то нарыл?
– Старушку, на которую всем плевать.
– Очевидно, кроме тебя.
– К сожалению, на этот раз я толком не понимаю, что можно сделать.
– Я оставляю тебя на три дня, а ты создаешь себе нового призрака?
На заднем плане он услышал пение птиц и звон церковного колокола, будто Леа послала ему по телефону звуковую открытку.
– Как пасторально.
– Что? Воробьи и колокола эти, провались они пропадом? Если слушать их целыми днями, можно сойти с ума, но мне кажется, что это как уличное движение в Париже: очень скоро привыкаешь. Кстати, о Париже, мой отец туда вернулся. Проблемы в клинике. Ничего серьезного, но папа убежден, что только он может навести порядок.
– А мадам?
– Она благоразумно ждет его возвращения. Я наблюдаю это с тех пор, как стала что-то соображать. Я даже пообещала себе, что ни за что не буду такой женой. А в результате ежедневно таскаюсь туда-обратно, чтобы скрасить ее одиночество. Их дом тут неподалеку, я тебе говорила?
– Да, я помню.
– А в остальном… Ты по мне скучаешь?
Косту понадобилось несколько секунд, чтобы найти подходящие слова:
– Может быть.
Леа понадобилось гораздо меньше времени:
– Дурак, вот ты кто.
Выйдя из кабинета, Кост столкнулся с молодой женщиной в безупречном костюме и с зачесанными назад волосами. Похоже, она заблудилась.
– Вы что-то ищете?
– Комиссар Стевенен сказал, что здесь я могу найти капитана Коста из первой группы по борьбе с тяжкими преступлениями. Я Мод Жансак, ответственная по связям с общественностью госпожи мэра. Она хотела бы лично поздравить его с изъятием в Мальсени.
Public relations, одно из его слабых мест. Кост напустил на себя самый невинный вид:
– Он только что ушел, но я ему передам.
22
Как всегда, очередь была нескончаемой. Подача жалоб, заявлений или всего-навсего просьба выслушать; полицейский участок в Мальсени пустел лишь с наступлением темноты, а то и позже. Девушка в окошке принимала посетителей, сообщала им информацию или направляла в соответствующие службы, почти не отрываясь от компьютера.
– Здравствуйте, мадемуазель, я пришел, чтобы…
Служащая полиции резко оборвала своего собеседника скучным и монотонным голосом. Подобное сочетание производило очень неприятное впечатление.
– Ваш документ или вид на жительство, пжалста.
У самого ее лица появились водительские права, она записала имя, фамилию и время обращения. Ландерн Жак, 17:15.
– По какому поводу?
Старик продолжил с того места, на котором его прервали:
– Вот уже несколько дней я ничего не знаю о своей подруге. Она больше не отвечает на звонки, а сегодня не пришла на встречу, о которой мы договорились. Я немного беспокоюсь.
– Послушайте, месье, у нас с самого утра нет свободной машины. Ваша подруга скоро даст о себе знать. Так всегда бывает. Если не объявится, приходите через двадцать четыре часа.
Затем девица совершила ошибку, подняв глаза на старика, съежившегося в слишком жарком костюме, с грустной полуулыбкой, будто приклеенной к лицу. Просто чтобы не огорчать других и дать им возможность считать, что все будет хорошо. На водительском удостоверении, все еще зажатом у нее в пальцах, у молодого Жака Ландерна были длинные волосы и многообещающая жизнь. Похоже, не все обещания сбылись. Прошло сорок лет, и вот он перед ней, с глазами, влажными от непролитых слез.
– Просто моя подруга…
Рассердившись на себя за холодный прием, она почти мгновенно вышла из автоматического режима:
– Напишите ее имя и адрес, я сейчас попрошу патрульную машину туда съездить.
Убористым почерком с наклоном месье Жак старательно вывел требуемое. С листком бумаги в руке служащая направилась в кабинет начальника дежурной части.
– Свободных машин нет.
– Знаю, их никогда нет. Пожалуйста, окажи услугу, засунь это между двумя нарядами, тут дел-то на пять минут. Старушка не выходит на связь. Вот уже несколько дней…
Начальник дежурной части поставил стакан с кофе и взял бумагу:
– Роза Карпантье? Подожди, что-то припоминаю.
Подъехав вместе со стулом к компьютеру, он застучал по клавиатуре.
– Никого никуда не пошлю – она вчера умерла.
Сотрудница полиции вздрогнула:
– Ах ты ж блин. Как же я ему об этом скажу?..
– А ты не говори. Подтверди, что туда послали наряд, и возьми его контакты. А я сейчас сообщу уголовной полиции.
23
Остаток дня Весперини посвятила административным делам, и этого оказалось достаточно, чтобы испортить ей настроение. На столе перед ней громоздились груды папок, которые ей до смерти не хотелось открывать. На каждой странице проект, просьба, событие, расходы, неприятности. Поблизости, на столе для совещаний, другие документы. На черном деревянном комоде у нее за спиной – тоже. И их ей тоже не хотелось открывать.
Приоткрылась дверь, и в кабинет заглянул Салах с тремя папками под мышкой:
– Вы хотели меня видеть, мадам?
– Салах! Входите.
От виски комнатной температуры кубики льда лопнули со звоном разбитого стекла. Заместитель ценил разговоры в личном порядке, с глазу на глаз, во время которых ему казалось, что Весперини позволяет себе предстать без маски. В конце второго срока и после почти восьми лет сотрудничества они знали друг друга даже слишком хорошо. Любая возможность конфликта была, таким образом, нейтрализована.
Сейчас они сидели в креслах бок о бок.
– До выборов меньше года, так что через пять месяцев я начинаю избирательную кампанию.
– Вы беспокоитесь?
– Меня тревожит, что у меня больше нет агентов влияния в некоторых районах. А они столько нам стоили! Впрочем, я даже не знаю сколько.
– Я взял их досье у Дельсара, вашего волшебника-казначея.
– Учитывая нынешнее состояние дел… Я вас слушаю.
– Саид Лауари. Субсидированное жилье для него и родителей. Автомобиль. Каникулы в Таиланде на шесть человек. Три года подряд, ему, надо думать, понравилось. Работа для его сестры в муниципальной библиотеке.
– Даже не представляю себе, как он выглядит. Продолжайте.
– Бойян, Саша. Обычный тариф, каникулы и социальное жилье, но он обошелся нам чуть дороже из-за своего «Общества дружбы Мальсени – Гаити». Он наверняка не в состоянии показать Гаити на карте, но мы сочли, что идея удачная. После землетрясения две тысячи десятого года страна пользовалась большой популярностью, и никто не рискнул в этом копаться. Ежегодно двадцать тысяч евро, вот уже три года.
– И где мы их брали?
– Из бюджета на доступную городскую среду для инвалидов. Там уж тем более никто не посмеет ни вынюхивать, ни проверять.