Ева. Особый проект, стр. 2

Каждое утро мы с мужем вместе выходили на плац, делали разминку — каждый свою. Если время позволяло, добавляли силовой блок или проводили лёгкий спарринг.

— Ева, какие планы на сегодня? — довольным голосом спросил Лекс. На этот раз победил и радуется. Ладно, всё было честно.

— Ничего особенного. А что?

Муж хитро посмотрел:

— Погода хорошая?

— Ну да.

— Тепло?

— И что?

Лекс выдержал драматическую паузу, во время которой я была уже готова его убить, и наконец выдал гениальную идею:

— Мы устроим пикник!

Думала, ослышалась.

— Что?

— Пикник. Люди идут на природу, едят, разговаривают. Тепло же. Давай воспользуемся последней возможностью. А что не так?

Я засмеялась.

— Ты хоть знаешь, что представляют собой наши леса?! Не комары сожрут, так на кабана наткнёшься.

Лекс недоумённо пожал плечами.

— И, кстати, даже не думай что-нибудь собирать здесь. Я тебе могу навскидку назвать тридцать два ядовитых вида грибов и ягод.

Лекс покачал головой:

— Ладно, посидим просто на полянке. Я запасусь проверенной не ядовитой едой. От комаров поставлю артефакт, — предупредил он мои следующие возражения.

Я вздохнула. Мы так редко выбирались куда-то просто погулять.

— Ладно, пойдём.

***

Муж собрал перекус, взял одноразовую посуду — где только нашёл, неужели заказывал где-то? У нас-то пикники не популярны, всегда что-то мешает: то погода, то комары, то контрабандисты.

Лексу дали служебный внедорожник, сам договорился. Мне даже не пришлось помогать.

Далеко уезжать не стали, но все же удалились на достаточное расстояние, чтобы наш городок скрылся из вида.

Солнце светило почти по-летнему, после дождя земля и трава успели просохнуть, поэтому я смело расстелила плед. Ну а разобрать припасы еды дело недолгое. Лекс повесил на дерево артефакт, отгоняющий комаров.

Я села на плед и жадно вгрызлась в бутерброд — что-то проголодалась.

— Так зачем ты меня сюда притащил? — спросила я. — Только не говори «отдохнуть».

— А если скажу?

— Не поверю.

Лекс усмехнулся, лёг на спину, заложив руки за голову.

— Давай играть в вопросы, — предложил он.

— В какие вопросы?

— Я спрашиваю, ты отвечаешь. Потом наоборот. Честно.

Хмыкнула, но не отказалась.

— Ладно. Давай. Ты первый.

— О чём ты мечтаешь? — спросил Лекс, глядя в небо.

— Чтобы курсанты перестали тупить на плацу, — мгновенно ответила я.

— Я же просил: честно.

— А что тебе не нравится?

Он повернул голову, посмотрел на меня.

— Нет, Ева. По-настоящему. О чём ты мечтаешь, когда остаёшься одна?

Я замолчала. Откусывала крохотные кусочки от бутерброда, чтобы дать себе время на раздумья.

— Не знаю, — сказала наконец. — Чтобы были живы родители. Они обещали мне подарить маленькую смешную собачку —

йоркширского терьера, но не успели.

Лекс молчал.

— А о чём мечтаешь ты?

— Чтобы у нас был дом, настоящий, с участком, где можно посадить деревья. И чтобы у нас была…

— Что?

— Семья, дети, — договорил Лекс. — Хотя бы один малыш. Чтобы он орал по ночам, а мы бы с ним возились и не высыпались.

Я фыркнула.

— Ты с ума сошёл. Какие дети в нашей жизни?

— А почему нет?

— Потому что мы военные. У нас скоро учения, проверки.

— А ты посмотри на это иначе, — сказал Лекс, приподнимаясь на локте. — Мы — «Особый проект». Нас прикрывает сам царь. Если у кого и есть право на семью — то у нас.

— Знать бы ещё во что для нас эта «особость» выльется, — проворчала я.

— Мы купим дом у озера, — говорил Лекс. — Чтобы ты могла плавать.

— Я не умею.

— Научишься. Я буду учить.

— Вот ещё! Ты меня утопишь.

— Не утоплю. Я плаваю, как рыба. В крайнем случае, вытащу.

Я засмеялась. И вдруг поймала себя на мысли, что мне это нравится. Представлять дом, озеро, вечера без рапортов и докладов.

Лекс поднялся на локте и посмотрел на меня.

— Хочешь я подарю тебе собаку? Настоящую, служебную.

— Не хочу! Мне нужна глупая, но милая, которая будет спать на диване и радоваться моему приходу.

— А кто будет охранять дом? — почти обиженно спросил Лекс.

— Установим магическую охранную систему или я пульну заклинанием по особо настырным.

Лекс расхохотался. Я хотела обидеться, но не смогла, потому что смеялся он редко, а мне это нравилось.

Мы вернулись в академию поздно вечером. Я сидела в машине, улыбалась своим мыслям и чувствовала, как в груди разливается тепло.

«Дом у озера, — думала я. — Собака на диване. Дети… ну может, когда-нибудь… Маги живут долго, можно не спешить».

Никто из нас не знал, что принесёт ближайшее будущее.

Глава 2.

Ева.

В понедельник дежурный передал, что меня вызывает начальство. Закончила занятие, отпустила курсантов и отправилась к Соколову, гадая, для чего я ему понадобилась.

— Сержант Батина. Войдите, — сказал полковник Соколов, подняв голову на мой стук. — Поздравляю. У вас девочка.

Я удивлённо подняла бровь.

— Курсант Гусева Агния переводится к нам из столицы, — пояснил он и протянул личное дело.

Я пролистала его. Фото: худенькая девушка, глаза огромные, взгляд решительный. «Боевая магия, уровень средний. Физическая подготовка — выше среднего. Характер — волевой».

— Почему переводится? — спросила я.

— Училась в столичной академии. Попала по программе для талантливых магов. Как относятся к таким курсантам тамошние детки аристократов, догадаться не сложно. Да ещё и девчонка, — усмехнулся Соколов. — Попросила перевод на границу.

— Рисковая, — я захлопнула папку.

Я уже собиралась уходить, но остановилась.

— Товарищ полковник. Где она будет жить?

Соколов посмотрел на меня поверх очков.

— В казарме, где же ещё.

— С двадцатью парнями?

— Сержант, — он вздохнул, — здесь не пансион благородных девиц. У нас военная академия. Перегородку поставим, ширму какую-нибудь

— Ширму, — повторила я ровным голосом. — От ширмы пахнет позавчерашними портянками, и она не спасает от храпа. А девочке нужно высыпаться, если хотите, чтобы из неё вышел толк.

Соколов поморщился. Я продолжала, пока он не выставил меня вон:

— Не стоит девчонку селить вместе с двадцатью парнями. Возраст, гормоны. Давайте не будем рисковать.На преподавательском этаже есть гостевая каюта. Самая маленькая. В ней никто не живёт. Душ отдельный, замок исправный, до плаца — две минуты. И она будет под присмотром.

— Под чьим?

— Под моим.

Он помолчал, пожевал губу. Я ждала. Давить не имело смысла — Соколов не любил, когда на него наседают, но и отступать не собиралась.

— Ладно, — сказал он наконец. — Заселяй, но если что — ты за неё головой отвечаешь.

— Так точно, товарищ полковник.

Я вышла из кабинета и только в коридоре позволила себе короткую, довольную ухмылку.

***

На построении я объявила:— Курсанты, у нас две новости.

Они замерли.

— Первая. К нам переводят нового бойца. Курсант Гусева Агния.

В строю зашумели.

— Товарищ сержант, девушка? — выпалил Петров.

— Ты против?

— Никак нет! Просто у нас тут... — он запнулся, покраснел, потом махнул рукой и, не выдержав, повернулся к строю: — Пацаны! К нам прибывает принцесса!

Строй грохнул. Даже Новиков, стоявший с каменным лицом, не сдержал улыбки.

Я дождалась, пока смех утихнет, и спокойно добавила:— Жить будет в гостевой каюте на преподавательском этаже.

Петров осёкся.— Отдельная комната? И душ отдельный?

— Именно.

Он выдохнул:— Ну точно принцесса

Строй снова засмеялся, но уже тише, с ноткой уважения.

— Вторая новость, — продолжила я, и смех мгновенно стих. — Нашему взводу присвоено отдельное наименование. Отныне мы — Группа «Альфа».