Бюро (не)добрых услуг. Ваши проблемы — наша работа (СИ), стр. 5

— Пожалеете же, — проговорила укоризненно.

Ой, как нехорошо. То, что я сейчас говорю и делаю. Отец бы не одобрил, мать — пришла в ужас, сестра разочаровалась во мне, Клайв ещё и помог бы. Осборн же... Стоп! Как в этот список попал лорд? Нечего ему тут делать. Меня совершенно не интересует его мнение, всё равно ничего приятного о себе я не узнаю. Хотя помочь ловчий мне сейчас, как ни странно, способен.

— Слышали про сорванную свадьбу лорда Осборна? — выложила я свой козырь. — О, конечно, вы слышали! Об этом писали все газеты империи. Так вот, это произошло благодаря мне. Хотите, чтобы я проделала то же самое на свадьбе вашей дочери? В таком случае давайте, рвите моё заявление. — Махнула рукой, давая добро, и откинулась на спинку стула.

Чиновница долго буравила меня взглядом. Дыру во мне проделать хотела, наверное. Потом взяла перо и недрогнувшей рукой подписала моё прошение.

— Благодарю вас, — просияла я, мгновенно стирая с лица циничное выражение.

— Не стоит, — неожиданно любезно ответила мне чиновница. — Это только первый этап. Далее, вам нужно утвердить разрешение у господина Панса.

Внезапная смена настроения женщины насторожила. И где здесь подвох?

— А господин Панс это...

— Мэр Рейвенхилла, — ещё любезнее подсказала чиновница. — Прощайте.

Хм, мэр, значит?

Тогда какого дирха я тут комедию ломала? Знала бы, сразу шла к этому Пансу.

Стояла в коридоре, хмуро рассматривая с таким трудом отвоёванную закорючку.

— Отказал? — сочувственно спросил мужчина. По виду простой горожанин среднего достатка.

Собралась ответить, но поняла: вопрос задали не мне.

— Я к Пансу не совался, — другой мужчина, того же социального класса, что и первый, явно хотел добавить крепкое словцо, но покосился на меня и ограничился вопросом: — Или мэра нашего не знаешь? Без денег ты для него никто,

Услышав знакомое имя, навострила ушки.

— Простите, — обратилась к собеседникам, — я случайно услышала ваш разговор. Я правильно поняла, что здешний глава города предпочитает решать большинство вопросов при помощи денег? Проще говоря, господин Панс взяточник?

Мужчины переглянулись. Потом один из них кивнул.

— Только мы вам ничего не говорили, — предупредил он.

— Конечно, — заверила громким шёпотом. — И сколько он бы содрал с вас? Мне нужно подписать разрешение на открытие своего дела, и я хотела бы заранее знать, какую сумму готовить.

Мужчина замялся, но всё же, наклонившись ближе ко мне и понизив голос, назвал сумму.

— Всего-то? — хмыкнула я.

— Может, для вас это и не деньги, — обиделся мужчина, не уловив моей иронии.

В том то и проблема, что деньги и ещё какие. Если мэр потребовал столько с мелких лавочников, то сколько же возьмёт с меня?

Глава 6

— Это называется грабёж. — Я сгребла в охапку платье и прижала к груди так, словно его у меня грозились отобрать.

— Отнюдь. — Высокий, худой старик за прилавком вынул монокль и принялся тщательно протирать стекло замшевой тряпочкой. — Это называется коммерция.

— Спасибо. Я учту на будущее. Когда стану цены на свои услуги назначать.

Оценщик откашлялся, вернул монокль на место и склонился ко мне. Точнее к платью. Подцепил один из изумрудов, которыми был усыпан лиф, подёргал крысиным носиком принюхиваясь. По запаху он стоимость вещи что ли определяет?

— Хорошо, — сказал он, выпуская камень и складывая ладони лодочкой перед грудью. — Двадцать золотых сверх ранее предложенной суммы.

— Но это ничто в сравнении с его реальной стоимостью!

Бывая на светских вечерах, я краем уха слышала как женщины, нуждающиеся в деньгах, жаловались на жадность скупщиков, которым они были вынуждены продавать свои украшения, поэтому идя в ломбард заранее знала: много мне за платье выручить не удастся. Но чтобы настолько!

— Как знаете, — пожал плечами оценщик. — Но это моё последнее слово.

Признаться, первой мыслью стало обратиться за помощью к маме. Она бы нашла способ переслать мне денег. Или попросить Клайва. Брат и вовсе мог достать мне разрешение сверху, минуя мэра Рейвенхилла. Но какой из меня после этого будет специалист по решению проблем, если я и со своими справиться не могу?

— Ладно. Тогда продам его на подпольном рынке. Здесь же наверняка есть такое место?

— Вряд ли вам дадут там большую сумму.

— Зато и вам камни за бесценок не достанутся.

Да, камни. Изумруды, крупный жемчуг, а ещё золотое кружево. Видела, что именно это больше всего заинтересовало оценщика.

— Постойте! — позвал старик. В очередной раз вынул монокль. Прищурился, глядя на меня подслеповатыми глазами. — В Красном порту вам не выжить. В лучшем случае ограбят. В худшем — убьют или продадут в рабство в Южную империи.

Разумеется, ни на какой подпольный рынок с охапкой драгоценностей в руках я идти не собиралась. Я же не самоубийца! Упомянула это место скорее из вредности, уже зная, что оставлю платье здесь. Но случая набить себе цену, не упустила:

— Я умею за себя постоять. И я не позавидую человеку, решившему меня ограбить, а тем более убить.

— Какая прелестная наивность! — всплеснул руками оценщик. — Милое дитя, давайте договоримся. Исключительно из глубокой к вам симпатии я накидываю к общей сумме ещё двадцать золотых, а вы не лезете к дирхам в пекло.

— Какая прелестная забота, — проговорила в тон. — С чего бы это?

— Не хочу, чтобы такое красивое создание попало в руки к мерзавцам.

— Это вы сейчас обо мне или об этом? — уточнила, кивая на платье. — Ладно, прибавьте ещё десять золотых, и я согласна.

Не на такую сумму я рассчитывала, но хоть что-то.

Пересчитав вырученные деньги, разделила их на две части. Одну передам Пансу, вторую оставлю себе. Надеюсь, мэру этого хватит, потому что мне ведь тоже жить на что-то надо и бюро открывать.

Но прежде чем ехать в городскую администрацию, заглянула в лавочку, торгующую поддержаниями вещами. Мой нынешний наряд не соответствует моему достатку. Слишком дорогая ткань для бедной сиротки, которую я собираюсь изображать. Наверняка у господина Панса глаз на такие вещи намётан. Не на женские платья, разумеется, а на их стоимость.

Нужное мне платье нашлось быстро. Невзрачное, тёмно-серое, без украшений, с глухим, под самый подбородок, воротничком. Последнее для меня особенно важно. Не хочу своим ошейником лишний раз светить. Люди не жалуют носителей антимагических артефактов. Да оно и понятно. В основном их надевают на нарушителей закона.

Покрутилась перед зеркалом и осталась довольна собой. Неприметное платье, волосы собраны в простой пучок. Вылитая гувернантка или экономка. Одна из тысячи бледных теней, на которых смотрят и не видят.

В таком виде можно смело отправляться к мэру. И да поможет мне Ошур!

Но, похоже, бог удачи решил, что на сегодня отсыпал на мою долю достаточно своей милости.

У дверей в кабинет мэра меня поджидала длинная очередь, и это оказалось едва ли не самым сложным из всех испытаний, выпавших на мою долю за последние дни. Без возражений заняла место в её хвосте и занялась своим самым нелюбимым делом — стала ждать.

Наконец, поток посетителей иссяк, и я смогла войти.

Господин Панс, толстый и лысый тип лет сорока, без интереса скользнул по мне взглядом, а стоило мне только заикнуться о разрешение на бюро, бросил:

— Вам в двадцать четвёлтый кабинет. И пеледайте остальным, мой лабочий день завелшён.

Картавому мэру не было дела до меня и моих просьб. Он вальяжно развалился в кресле, поигрывал карандашом и явно хотел поскорее отделаться от просителей.

Будь я той, за кого себя выдаю, опустила бы глаза, пробормотала извинения и мышкой выскользнула за дверь.

— Я там была, — возразила господину Пансу. — Разрешение получено, осталось заверить его у вас.

Во взгляде мэра появилась заинтересованность.

— Дайте посмотлеть, — велел он.

— Вот. — Протянула документ.