Небесный всадник. Том 8 (СИ), стр. 7
И да, я не виню солдат. Они лишь выполняют приказ той, кто решила назначить саму себя сначала регентом этих земель, а потом и полноправной правительницей. Тут ты особо и не поспоришь, ведь что может знать солдат? Ему сказали, что вот теперь она главная, он так и считает. И я сейчас ей натяну сиськи на хвост за такое.
Видимо, моё настроение было настолько красноречиво, что его почувствовали даже жители деревни: они спешили убраться с моего пути, с опаской поглядывали со стороны и провожали напряжённым и заинтересованным взглядом.
Кстати, мне кажется, или их стало заметно больше? Я имею в виду жителей деревни. Тут и дома, кажется, появились новые, и будто плотнее всё стоит…
Ладно, с этим я разберусь попозже, а сейчас на повестке дня хвостатая с её выходками. Как доберусь до неё, напомню, почему у неё погоняло Глиста. Вон уже, впереди ворота моего замка маячат.
С ноги я ударил по воротам. И пусть те даже не шелохнулись, зато какой звук сочный был. Хорошо, что не моих сломанных костей.
— Открывайте! Господин вернулся! — рявкнул я. — Быстро!
В двери ворот открылась смотровая щель, и на меня уставились испуганные глаза солдата.
— Господин фон Хертвёрд?
— А ты забыл, как твой господин выглядит? — прорычал я. — Открыл дверь.
— Да-да, сейчас. Только госпожа Дарзснейк подойдёт…
— Какая в жопу госпожа⁈ Я хозяин этих земель, а она даже не моя жена! Она, сука, гостья! Быстро, млять, открыл эти ВОРОТА, ПОКА Я, СУКА, НЕ ВЕРНУЛСЯ СО СВОИМ ДРАКОНОМ И НЕ ВЫБИЛ ИХ К ЧЁРТОВОЙ МАТЕРИ!
— Но она…
— Я тебе приказал, — я чуть ли голову в щель не просунул. — Я твой начальник. И даю слово, если ты не подчинишься, едва окажусь внутри, прикажу тебя высечь. В отличие от вашей «госпожи», которая власти над вами не имеет.
И нет, я не зазвездился — я отстаиваю то, что принадлежит мне. Это ведь как бизнес: у тебя есть работники, у тебя есть предприятия. Достались они по наследству, или тебе их подарили или передали — без разницы. Кто-нибудь позволил бы другому просто прийти и буквально перехватить всё? Вот то-то же. Это мои земли. Я не хочу, чтобы люди были моими рабами или что-то ещё, но я здесь командую.
Это. Моё. И я бы рад спокойно говорить, договариваться и так далее, но жизнь так устроена, что надо напоминать, кто здесь хозяин, а люди почему-то лучше воспринимают угрозы и громкий командный голос, а не спокойное общение.
Дверь открылась, и я прошёл мимо солдата. Здесь же уже было ещё человек семь, и выглядели они так, будто встречают не господина, а вторженца.
— Где эта хвостатая⁈ — огляделся я.
— Она сейчас выйдет…
— Я сам войду.
Ты посмотри, сучка какая. Я тут её приютил, а она уже всё в свои руки взяла. Ну не дрянь ли⁈ Я теперь понимаю, чего так Вольфган бесился. И могу представить его злость, когда я здесь меньше часа, а уже готов рвать и метать. Кстати, насчёт Вольфгана…
— А где Вольфган? Небесный всадник, которого прислали на защиту этих земель? — обернулся я, обратившись к одному из солдат.
— Он в рейде, — ответил тот испуганно и недоумённо.
— В каком рейде?
— Ну он сказал, что пойдёт зачищать соседние земли от мёртвых, и с тех пор мы его не видели.
Так…
— Когда он улетел?
— Видели месяц назад где-то, он прилетал, вроде за припасами и…
— Ясно. Куда он полетел? Соседнее графство Тьюрингов? Или виконство зачищает?
— Я… не знаю, господин фон Хертвёрд. Он просто прилетел и сказал, что улетает. Всё.
И пока я спрашивал, из замка выползла эта хвостатая сука.
Надо было видеть этот грёбаный пафос, который меня чуть обратно к воротам не смыл. Вышла такая деловая в составе целой делегации: с одной стороны Ценст, с другой Ярбёк — грёбаные предатели. Ещё и слуг бедных на мороз вытащила. Нахера тебе слуги, Глиста⁈ Боишься заблудиться по пути от дверей до ворот замка⁈
Она ещё и оделась как. Я не пойму, это что, дублёнка? Или платье? Дублёнка-платье? На подолах, которые то ли настолько широкие, то ли это действительно юбка, пушистый мех, на краях капюшона пушистый мех, на краях рукавов пушистый мех. И из этого меха в глубине виднеется её наглая улыбающаяся рожа. Такая счастливая, что аж ударить хочется.
Ози, я тебе сейчас шишку в жопу загоню…
— Кто это вернулся… — проворковала она. — А ты не сильно спешил, бросив меня тут, да?
Я сейчас задохнусь от недовольства. Девка берега попутала.
— Ты ничего не попутала? Ты сама захотела остаться, заливая про надежду и прочую ерунду. И я что-то не понял одного момента: с хера ли меня не пускают в собственный замок⁈
— Ну потому что я руковожу им, — оскалилась она и сняла с себя капюшон. Нихрена не изменилась.
— Это мой замок, подруга, — подошёл я ближе. — Ты здесь гостья и никак более, ясно?
— Конечно, — внезапно согласилась она. Нет, серьёзно, настолько внезапно, что я слегка опешил, ожидая, что эта Глиста сейчас будет со мной спорить. — Ты главный, ноль вопросов.
А потом вскрылась её гнилая хитрожопая натура.
— Проводите главного в покои, — кивнула она в сторону Ценст. — Он после дороги устал и хочет помыться.
Моя служанка поклонилась ей и направилась ко мне. Блин, ну это выглядело совсем стрёмно, будто душевнобольному или немощному просят помочь.
— А ну-ка стоять, — негромко произнёс я.
Видимо, в моём голосе что-то проскочило, потому что Ценст замерла, как вкопанная. Да и остальные как-то напряглись.
— Ози, идём, прогуляемся немного, — кивнул я в угол двора.
— Ну пойдём, прогуляемся, — ответила она со всей присущей дерзостью, задрав нос.
Едва мы сделали шаг, как Ярбёк и Ценст тут же последовали за нами. Я резко обернулся, рявкнув:
— Стоять на месте! Не дай бог увижу, что кто-то из вас шелохнулся или сдвинулся с места хотя бы на сантиметр…
Схватил Ози за локоть и потащил за замок.
Здесь находилось что-то типа заднего двора: телеги, поленница, всякий мусор, строительные материалы, старые уже ненужные вещи — то самое место на даче, куда сваливают всё подряд, ведь вдруг пригодится. Никогда не пригождалось. Но не суть, главное, что здесь никого не было.
Я подтолкнул Ози вперёд.
— Это что сейчас было, хвостатая? — прищурился я.
— А что было?
— Не строй дуру. Это какого хера под тобой ходит теперь всё поместье и не слушается меня?
— С чего ты взял? — невинно захлопала она глазками.
— Да с того, что меня даже в деревню не впускали! Да чего там, меня в замок не впускали! Типа надо разрешения твоего спросить! Ты ничего не перепутала?
— Ну так пока тебя не было, я тут и командовала вообще-то! — упёрла она руки в бока. — Или ты думал, что всё само собой тут устроится? Нет! Вообще нет! Я тут едва смогла всё удержать!
— И я благодарен тебе, но это мои…
— Наши.
— … люди и мой…
— Наш.
— замок. И нет никакого нашего на данный момент! — поднял я голос. — Вот выскочишь замуж за меня, тогда и поговорим! А так хрен тебе, а не наш!
— Да уже считай!
— А вот и нет! Я сейчас встану в позу, откажусь, и хрен там кто меня заставит! Скорее тебя поменяют.
Ози смолкла. Смотрела мне в глаза, не произнося ни слова. Секунда, другая, после чего спросила:
— Ты что, хочешь отказаться от такой хорошей и красивой меня, чтобы сюда пришла Резадрес и силой взяла тебя?
— А она может?
— О-о-о… она может, — закивала она. — Говорят, она и девушек силой брала в своё время.
— Жуткая…
— Не то слово, — и поёжилась. — Хотя мне говорили, что если там групповушка, то она там богиня прямо. За всех работает.
— Серьёзно?
Ози кивнула.
Я устало вздохнул.
— Короче, Ози, я не против, что мои слуги тебя слушают. И я не против, что ты заправляла здесь всем, пока меня не было дома. Но они должны знать, что я хозяин этих земель и в первую очередь должны слушать меня, а не тебя. Если будем вместе — лады, без проблем, пятьдесят на пятьдесят. Но сейчас это уже перебор. Представь, я бы пришёл к тебе домой и начал вести себя так, будто это я живу там, а не ты.