Легенды Atomy. Конкуренции нет, стр. 10

Моя непоседливость была видна еще в детстве. Я родился в селе, но стены родного дома никогда не были для меня границей. Пока другие дети корпели над учебниками, я изучал географию ногами: обошел все окрестные села, знал каждого соседа в округе. Учеба за партой казалась мне тесной и скучной, дух требовал движения и новых лиц.

Мой отец был человеком удивительных талантов: он умел играть на фортепиано, чинить сложнейшую электронику, перебирать двигатели машин. Я рос в этой атмосфере созидания, впитывая глазами, как из разрозненных деталей рождается нечто работающее.

В восемнадцать лет у меня не было стартового капитала, но была «копейка» (ВАЗ 2101) в гараже: старый Жигули, который в том состоянии стоил от силы 400 долларов. Когда отец уехал на заработки в Португалию, я остался с мамой. Мне было 18 лет, и я собрал свою первую команду – пацанов, с которыми буквально по винтику разобрали эту машину. Я сам переделывал всю проводку, мы вытягивали тяжеленный мотор, чистили, настраивали. Я договорился с одним знакомым, чтобы он покрасил кузов, с другим – чтобы помог с тонкой настройкой.

Это был мой первый настоящий бизнес-проект. Когда через несколько недель мы выкатили обновленную «копейку» из гаража, она же стоила не 400, а 1 000 долларов. Этих денег хватило на билет. Я продал результат своего труда и купил на него «путевку в новую жизнь».

Многие ждут благоприятных условий, чтобы начать бизнес. Если у вас нет денег на мечту – посмотрите по сторонам: возможно, ваша «копейка» уже стоит в гараже, и вам просто нужно набраться смелости, чтобы разобрать ее до основания и собрать заново.

Корея встретила меня не только огнями небоскребов, но и ритмом, к которому нужно было приспособиться. К 2016 году моя жизнь со стороны выглядела вполне успешной: я занимал должность заместителя директора в корейской компании. Но чтобы понять, как я там оказался, нужно отмотать пленку чуть назад.

Я – хореограф, артист, человек сцены. Именно танец привел меня к моей первой работе хореографом в танцевальном коллективе.

Когда в Корее у меня родился первый ребенок, пришло время становиться на ноги по-настоящему. Тесть позвал меня в производственную компанию: нужно было проектировать и собирать технологические станки для бумажной промышленности и других отраслей.

Вникая в каждую деталь, я знал каждый винтик, каждый этап технологического цикла. Научился разбираться в станках, материалах и контроле качества так же хорошо, как в постановке танца, и стал со временем заместителем директора.

Однако все, что я зарабатывал, до копейки уходило на нужды семьи. К тому времени у нас с супругой уже родились сын и две дочки, те самые три главных смысла, ради которых я был готов горы свернуть.

А за спиной, как тень, рос кредит в 15 000 долларов. Зарплаты хватало на жизнь, но не на то, чтобы вырваться из этой долговой ямы. Я видел свой потолок: мой директор, человек с колоссальной ответственностью, получал всего на 500 долларов больше меня. Я смотрел на него и понимал: даже если я буду жить на работе, мой доход не вырастет в десять раз. Я просто продавал свое время, и цена этого времени была установлена и зафиксирована рынком.

Уже тогда я думал, что если не изменю алгоритм своей жизни прямо сейчас, то проведу в этом колесе следующие сорок лет. Но как ответственный человек, я не мог просто хлопнуть дверью, уволиться или бросить все. У меня были обязательства.

Мой рабочий день на посту замдиректора заканчивался в шесть вечера. Но вместо того, чтобы ехать домой к ужину, я ехал на вторую работу…в поле. Там я выращивал укроп на продажу, затем упаковывал его и реализовывал. Довольно специфичный бизнес, но спрос был хороший и мой доход не быстро, но рос.

Зачем я это рассказываю? Чтобы вы поняли:

Еще в 2014 году судьба познакомила меня с ныне моим наставником и лидером компании Atomy Талей Ким. Мы подружились семьями, часто выезжали на пикники. Помню, как сейчас: солнце, запах барбекю. Таля зачем-то достает маленькие стики с пробиотиками и витамином С, говорит, что хочет попробовать эффект.

– А что это? – спрашивая, я с любопытством рассматривал упаковку.

– Это компания, у них очень качественный продукт. Я хочу предложить тебе протестировать и пригласить тебя работать вместе. Это сетевой бизнес, – отвечала Таля.

Слово «сетевой» сработало как стоп-сигнал, и моя жена тут же начала толкать меня локтем в бок, как бы намекая: «Даже не вздумай». Внутри у меня тоже ощущалось недоверие, и я ответил: «Таля, спасибо за подарок, но это не мое». На этом наш разговор об Atomy закончился, а наша дружба продолжилась.

Интересно, как часто мы закрываем дверь прямо перед носом у собственной удачи? В тот момент я был уверен, что сетевой бизнес – это вытягивание денег из карманов и риск влезть в огромные долги. В Корее это было повсеместно: в парках сидели пары, уткнувшись в один телефон, и что-то настойчиво кому-то «втюхивали». Конечно, я совсем не хотел быть одним из них и выбрал стабильность вместо возможности, однако это стоило мне двух лет жизни – двух лет, которые я мог бы потратить на строительство своей империи, а потратил на латание дыр в бюджете.

Но кажется, у судьбы были на меня другие планы. Через пару месяцев моя теща внезапно принесла домой зубную пасту Atomy и «ХемоХим». Сказала, что ей посоветовали это подруги и это очень хороший интернет-магазин. Я смотрю на коробку и понимаю, что это та же компания, которую предлагала Таля. В тот же момент я набрал ее номер: «Слушай, мне тут принесли то, от чего я отказался. Расскажи мне еще раз, кажется, теперь я готов выслушать.»

Так, в 2016 году я зарегистрировался в Atomy, на тот момент это было начало пути будто в темноте и на ощупь. Компания еще не была открыта в СНГ, информации на русском языке нет, мы работали по сарафанному радио.

В 2018 году, когда открылась предрегистрация для постсоветских стран, я поехал на родину, взяв с собой пачки паст и щеток в качестве подарков, но, честно говоря, я тогда думал: «Кому это нужно? В Корее зарплаты одни, в СНГ другие. Это же слишком дорого». Как же я ошибался, решая за людей!

Когда я вернулся в Корею, мне написала одноклассница: «Анатолий, нам так понравилось! А что там есть еще?». Потом она заинтересовалась бизнесом и построением команды. С этого момента начался мой настоящий «бизнес-марафон».

Сегодня партнеру достаточно двух-трех месяцев, чтобы разобраться в системе, ведь все уже переведено и автоматизировано – бери и изучай. В те годы в Корее еще не было такой отлаженной логистики для СНГ, какую мы видим сейчас. Все держалось на энтузиазме и ручном труде. Меня вдохновляло то, как люди реагировали на продукт, и их восторг был моим топливом.

Тогда у меня еще не было возможности бросить основную работу: долги сами себя не закроют, да и нужно обеспечивать своих детей. После офиса я ехал на почту или склад: мы сами принимали заказы, сами упаковывали коробки и клеили этикетки. Это была работа до седьмого пота. Часто я заканчивал с посылками только к одиннадцати вечера. Но и это был не финал.

Вернувшись домой, я открывал ноутбук. Как говорят, город засыпал, просыпались бизнес-партнеры из других часовых поясов: вопросы, регистрации, обучение… Я ложился в три часа ночи, а в семь утра уже снова шел на производство. И так продолжалось полтора года.

В этом хаосе я научился филигранному тайм-менеджменту. Когда у тебя есть всего 15 минут перерыва на обед, ты не тратишь их на пустые разговоры, ты делаешь звонок, отвечаешь в чате, таким образом сажая зерно своего грандиозного будущего.

Многие говорят: «У меня нет времени, я слишком много работаю». Когда я слышу это, я вспоминаю свои 23:00, когда, уставший после работы, я открывал ноутбук и продолжал путь к своей мечте. Время – это не то, что у нас есть. Это то, что мы находим, когда нам становится по-настоящему тошно от собственных долгов и нереализованных амбиций.