Главный инженер 6 (СИ), стр. 22

Я трижды проверил правильный пароль, потом специально ввёл неправильный. На экране появилось сообщение о повреждении служебного файла.

— Вот и хорошо, — сказал я ноутбуку, потирая плечо. — Хоть ты сегодня делаешь то, что от тебя требуется, и не пытаешься спорить.

Ноутбук загудел вентилятором. Судя по звуку, спорить он как раз собирался.

Зашифрованный архив получил название «backup_osnova_docs_old». Я завёл отдельное облачное хранилище, не связанное с рабочей почтой. Восстановление через телефон не подключал, а резервный код собирался спрятать в технической описи.

Пока шла загрузка, я понял, что отправитель сообщения всё-таки добился своего. Я менял систему из-за него. Только он, вероятно, рассчитывал на панику, а я убирал сам смысл следующего визита. Абсолютной защиты всё равно не существовало. Облако можно было взломать, банковскую ячейку вскрыть по решению суда. Нужно было не строить неприступную крепость, а разделить всё так, чтобы потеря одной части ничего не давала.

Когда загрузка закончилась, я скачал архив обратно и проверил его. Потом подключил две флешки, купленные для рабочих резервных копий. Теперь у них появилась более полезная задача.

Первая запись шла медленно. Я сверил контрольную сумму с исходным файлом, затем повторил всё со второй флешкой. После этого открыл несколько обычных документов и вошёл в спрятанный контейнер через свою схему. Таблицы читались, фотографии не были повреждены. Только убедившись в этом, я начал убирать следы.

Я удалил временные папки и очистил список последних документов. Проверил корзину, журнал программы и автоматически созданные копии. Историю браузера целиком стирать не стал. Полностью пустая история выглядела бы странно. Я удалил только нужные записи, оставив поиск банковских тарифов и инструкцию по восстановлению дверной коробки. Посторонний должен был увидеть обычную жизнь, а не следы тщательной уборки.

Откинулся на спинку стула и сразу пожалел об этом. Под лопаткой резко потянуло, а перед глазами появилась полупрозрачная сетка.

'Состояние: восстановление после травмы.

Перегрузка мышц спины и плечевого пояса.

Адаптивная регенерация ускорена.

Рекомендация: снизить нагрузку'.

Сроков «Интерфейс» опять не показал.

— Спасибо за подробную консультацию, — пробормотал я, медленно поднимаясь. — Особенно полезно было узнать, что при боли нужно меньше работать. Сам бы я никогда не догадался.

Сетка исчезла. Система решила, что спорить со мной бесполезно.

Я прошёлся по комнате и осторожно размял плечи, как учил Андрей. Без резких движений и попыток проверить предел. На прошлой тренировке он постоянно повторял, что терпеть боль и правильно восстанавливаться не одно и то же. Первое я умел давно, со вторым пока возникали проблемы.

Через несколько минут телефон снова зазвонил. На этот раз это был Степаныч.

— Максим, ты там живой? — спросил он без приветствия. — Рита сказала, что ты один возишься с бумагами, а после твоего «возиться» обычно кто-нибудь вызывает либо мастеров, либо скорую.

— Пока никого вызывать не нужно. Я делаю копии рабочих документов.

— Надеюсь, эти документы не тяжёлые? — поинтересовался старик.

— Только если морально, — усмехнулся я в ответ.

— Тогда смотри не надорвись, — проворчал Степаныч. — Если что-то нужно убрать, позвони мне или кому-то из наших. Не строй из себя героя, мы и так в этому же несколько раз убедились. Так что давай, без лишней скромности. Хотя я сомневаюсь, что ты знаком с этим словом.

— Знаком, Степаныч, — с улыбкой ответил я. — Не думай, что я настолько упёрт и ничего не понимаю. Если понадобится помощь, сообщу.

— Почему-то я сомневаюсь, но спасибо, что ответил. Надеюсь, скоро сможем с тобой работать рука об руку, а то эта молодёжь… — пробурчал он. — В общем, мы все ждём, но ты там не торопись. Своими силами тоже вывозим, и твоя империя не падёт, можешь не волноваться.

— Спасибо, Степаныч.

— Тебе спасибо. Поправляйся.

Он отключился, и я убрал телефон и достал ценности. Пора было с ними что-то делать. К сожалению, просто так швыряться ими на ветер я не могу, это привлечёт ненужное внимание. Сдать золото или драгоценности тоже риск. На меня могут выйти серые ювелиры, а через них уже кто-то поважнее. Вполне вероятно, тот, кому я уже перешёл дорогу. Так что надо было как-то обыграть и свою «богатство». На стол легли пачки денег, небольшие слитки, украшения и камни из старого сейфа Орлова.

Открыл блокнот и начал составлять опись. Камни стали фитингами: крупные обозначались как латунные переходники, мелкие шли как муфты. Вес я заменял условным диаметром, характеристики обозначал номером партии. Слитки превратились в секции радиаторов, а наличные стали бухтами кабеля.

И вскоре в блокноте появились такие вот записи:

«Переходник Л-32, партия 4Б, 6 шт.»

«Секция Р-500, складской остаток, 3 шт.»

Для постороннего это выглядело как складской учёт человека, который не умел пользоваться нормальной таблицей. Я проверял каждую позицию по два раза и остался доволен. Если вдруг кто и доберётся до моих записей, то сильно расстроится. Что может быть интересного в подобном пересчёте?

На лице невольно появилась улыбка.

— Что ж, — пробормотал я, глядя в блокнот, — с этим вроде тоже разобрались.

Конечно, пока было рано говорить о завершении моей «операции». Всё это было пока в начальной стадии, а самое интересное ещё впереди. Но главное, что дело сдвинулось с мёртвой точки, и это радовало. Правда, неприятная мысль, что я с этим затянул, всё равно носилась в голове, заставив меня цокнуть языком и тихо выругаться в свой же адрес.

Обернувшись, я увидел рабочую сумку, в которой и планировал отвезти все свои ценности. На вид она была не слишком тяжёлой. Наклонился, ухватился за ручки и начал выпрямляться, надеясь, что сегодня «мой день».

Увы, ожидания порой расходятся с реальностью.

Боль ударила из поясницы в бок. Ноги ослабли, а перед глазами вспыхнуло красное предупреждение.

'Опасность перегрузки.

Риск повторного повреждения тканей.

Компенсация неполная'.

«Интерфейс» теперь постоянно будет со мной так общаться?

— Ладно, убедил, — сказал я «Интерфейсу», вытирая выступивший на лбу пот. — Но это ещё ничего не меняет, сумку-то мне всё равно придётся взять с собой.

Ну вот, теперь болтаю сам с собой. Раньше хотя бы с Дюбелем, хотя это тоже можно было приписать к тому, что я медленно схожу с ума от одиночества.

Система не ответила. Видимо, решила не портить редкий момент.

К вечеру я подготовил два комплекта. Первым была флешка, которую надо было временно убрать в гараж. Не под верстак и не в металлический шкаф, их проверили бы в первую очередь. Нужна была точка, похожая на часть старой конструкции. Возле неработающего участка вентиляции можно было установить короткую заглушённую трубу и оставить на ней пыль.

Во второй комплект я положил основную часть ценностей и ещё одну флешку. Всё это следовало отвезти в банковскую ячейку, но не в то отделение, где я открывал счёт «Основы». Рабочие деньги не должны были пересекаться с личным резервом. Оксана была хорошим банковским менеджером, однако чем меньше хорошие специалисты знали обо мне лишнего, тем спокойнее им жилось.

Остальной архив уже находился в облаке, отдельно от описи. Даже если кто-то получил бы пароль, ему потребовались программа и правильный порядок запуска.

Я снова проверил записи в блокноте, затем сфотографировал страницу с обычными рабочими пометками и посмотрел на экран. Ничего интересного: фитинги и радиаторы. Маленькая инженерная компания считала остатки, потому что её владелец был жадным и не любил терять материалы.