Приворотное зелье для Злого дракона (СИ), стр. 42
Порывисто обернувшись, я увидела, как в просвете меж домами на дальнем конце переулка возникает широкоплечий чёрный силуэт. В лунном свете он был обрисован отчётливо, как иллюстрация чёрной тушью в старой книге, где не было цветов, только точёные профили людей, которые мне казались такими романтичными в детстве…
В моей ситуации сейчас не было ничего романтичного.
Все до смешного просто.
Есть неделя.
И есть злой дракон, которого до ужаса бесит моё поведение.
Есть задание, которое я должна сделать для него.
И есть неуместные эмоции, которые в нём разбужены дурацким приворотным зельем, что нашло для себя неправильный объект.
Я сама по собственной глупости влипла в эту отчаянную ситуацию. Вот теперь пришла пора пожинать последствия своего безрассудства.
Шейдар приближался не спеша. Я не могла видеть его лица, которое всё ещё было в тени. Сердце колотилось как сумасшедшее. Я невольно отступала, пока мои лопатки не упёрлись в старую кирпичную стену. Дальше бежать было некуда. Я сжала в пальцах шелковистую ткань своей пышной бальной юбки. Может, попытаться дать ему в нос? Но что-то мне подсказывало, на этот раз и правда хватит глупых поступков.
Он подходил все ближе, и тяжелая поступь его окованных металлом сапог была неотвратима, как предопределение. Когда между нами оставалось не более десятка шагов, Шейдар, наконец, заговорил.
- Заявляю официально. Это было худшее решение из всех, которые я когда-либо принимал, когда решил взять тебя с собой из той задрипанной библиотеки.
В голосе дракона столько раздражения, что меня будто окатывает холодной волной.
К глазам подступают слёзы.
Вот как он относится к моему присутствию в своей жизни. Вот как относится к необходимости меня целовать.
Шейдар делает ещё шаг, и выходит на свет, луна освещает призрачным сиянием его острые, хищные, вылепленные тенями черты. Зелень глаз мерцает гипнотическими огнями, я не могу отвести взгляда.
- Наконец-то я тебя догнал. Ничего более унизительного мне ещё не доводилось делать, - мрачно проговорил дракон. И ещё шаг. Всё медленней и медленней. Он разглядывает меня, хмуря брови, словно хочет убедиться, что зелье всё ещё работает и притяжение никуда не делось.
Оно здесь. Я чувствую это всей кожей. С каждым мгновением всё острее. С каждым шагом, что сокращает расстояние между нами.
- Молчишь? – хмыкает дракон. – Только не говори, что проснулась совесть, наконец.
А что сказать? Слова больше ничего не решат. Моя воля ничего не значит.
Проглатываю тугой комок слюны в горле.
Последний шаг.
Шейдар внезапно оказывается слишком близко. Меня накрывает его тенью. А я и забыла, какой он высокий. Запрокидываю голову и жду.
Мы оба знаем, что сейчас произойдёт.
Я так и не смогла убежать от неизбежного.
Сколько бы ни пыталась, всё повторялось снова и снова – мы будто привязаны друг к другу. Чем сильней моё усилие вырваться из сферы притяжения, тем больше тянет обратно, когда ничего не выходит. Словно крохотную иголку с силой несёт к магниту.
Взгляд Шейдара неотрывно прожигает меня.
- Иди сюда! – рычит дракон, и на мою талию ложатся тяжёлые ладони. – Мне всё равно придётся тебя поцеловать. Так что давай закончим быстрее.
- Ненавижу вас! – шепчу тихо. Из-под ресниц слежу, как медленно склоняется ко мне его лицо. Как приближаются сурово сжатые губы. Злющий какой. Впрочем, как всегда. Обвиваю руками шею лорда-дракона. Он дёргает меня к себе, впечатывает в твёрдую грудь.
- Это не имеет значения, детка.
- Проклинаю тот день, когда вы появились в моей жизни!
Он усмехается.
- В этом мы сходимся. Я тоже проклинаю тот день, когда сам себе устроил такую занозу в заднице, как ты.
Его ладони на моём теле раскалённые даже через платье. Наверное, у меня будет ожог. Я вся напряжена в ожидании того, что должно случиться. Как натянутая струна. Меня потряхивает от нервов. Дракон не торопится, он знает, что теперь-то, наконец, завладел добычей полностью. Сопротивление сломлено. Я покорно жду своей участи, забывая дышать. Внимательно разглядывает моё лицо. И не спешит. Почему ты, моё зеленоглазое мучение, моё проклятье, не спешишь? Ещё немного, и у меня, наверное, подогнутся колени.
Сейчас, да?
Это произойдёт сейчас?
Мой первый поцелуй.
Дракон хмурится. И останавливается. Почему? Я же чувствую нетерпение и яростное, неукротимое желание, которое пробудило в нём зелье. Я ощущаю это в жаре его тела, которое оно источает, будто печка. В запахе кожи. В горящих тёмным огнём глазах. И всё же дракон не спешит.
Не понимаю, что происходит. У меня в голове туман, дрожь по телу, я совсем замёрзла, пока бежала, и теперь наконец-то начинаю это ощущать.
Шейдар вздыхает.
На мгновение закрывает глаза, а когда открывает – в нём пытливое, пристальное внимание. Смотрит с прищуром, испытующе.
- Понятия не имею, как ты это делаешь. Каждый раз после очередной твоей выходки мне хочется открутить тебе голову. Но стоит посмотреть в эти перепуганные глаза, и вместо этого испытываю неистовое желание оторвать её кому-нибудь другому. Тому, кто поселил на дне этих глаз то, что я там вижу.
Отпускает мою талию. И вместо этого ныряет пальцами мне в волосы. Сжимает моё лицо в ладонях, тянет к себе.
- Скажи мне, Моль, - горячий шёпот всё ближе. Я, как завороженная, смотрю в огромный чёрный зрачок, окаймлённый зелёным мерцанием. – Почему у тебя всегда такие грустные глаза? Даже когда язвишь. Даже когда доводишь меня до белого каления своей строптивостью. Почему?
Коротко вдыхаю носом. Снова щиплет веки и хочется плакать. Я никогда не плакала, я всегда думала, что я сильная. Я не привыкла, чтобы меня жалели – наверное, от этого сейчас так сильно хочется разрыдаться. Потому что я не привыкла, чтоб кто-то доискивался на дне моих глаз то, о чём плачет моя душа.
- Вы не поймёте… - шепчу едва слышно.
- А я попытаюсь, - очень серьёзно произносит Шейдар. – Объясни мне, что происходит. Я совершенно точно знаю, что ты хочешь, чтобы я тебя поцеловал. Поверь мне, мужчине с опытом не нужно объяснять такие вещи. И тем не менее, ты бежишь от меня сломя голову, будто я – какая-то смертельная угроза. И выглядишь так, будто то ли разревёшься сейчас, то ли свалишься в обморок. Нет, я, конечно, понимаю, что я не сахар. Но до такой степени бояться целоваться со мной?
Его пальцы осторожно гладят моё лицо.
- Это всего лишь поцелуй, Молли.
Хрипловатый шёпот царапает мою кожу. Зелёный взгляд опускается на мои пересохшие, обветренные губы. Их начинает покалывать.
Отвожу глаза.
- Может, для вас и «всего лишь». А для меня… для меня – это первый поцелуй. И я, как дура, мечтала когда-то… когда ещё носила розовые очки и читала дурацкие ванильные романы… что он будет по любви. – Моё горло сжал спазм, с ресниц скатилась предательская горькая капля. – Что он будет настоящим.
В довершение своего позора я хлюпнула носом.
Зажмурилась крепко-крепко, чтоб сдержать проклятую жидкость. Но ничего не помогало. Солёные дорожки прочертились по моим щекам. Ну вот, может теперь, вот такую, зарёванную и сопливую, он не станет?.. Побрезгует. Хоть какой-то будет толк от моего позора… Иначе почему он так долго молчит?
Шершавые горячие пальцы осторожно коснулись моих щёк. Стирая слёзы.
- Эй, Молли. Посмотри на меня, - мягко произнёс Шейдар. Я никогда ещё не слышала в его голосе таких нот. Будто с котёнком потерявшимся разговаривает.
Я упрямо покачала головой.
Была как ребёнок, который думает, что если закрыть глаза, его тоже не видно. Не стану открывать! Никогда в жизни ещё мне не было так стыдно.
- Молли, - вздохнул дракон.
- Не-а! – упрямо качала головой я и шмыгала носом.
Шейдар гладил моё лицо костяшками пальцев, нежно убирал прилипшие от слёз пряди волос. Не торопил. Ждал. Я обеими руками так крепко обвила его за шею, словно тонула, и цеплялась за последнее, что не давало мне пойти ко дну. Меня всё ещё била нервная дрожь, но спасительное тепло от драконьего тела уже мягко окутывало целебной волной, проникало до заледеневшего нутра, до самых костей. К этому теплу мне хотелось прижаться всем своим существом. Проклятое зелье отключало всякую логику, доводы разума улетали куда-то прочь, как последние осенние листья с веток.