Застрявший в Болотах (СИ), стр. 2

В любом случае, заминка вышла весьма кстати.

— Ты хорошо подумал?

Сосед обернулся, собираясь послать меня как минимум по матушке, но тут ему прямо на недовольную физиономию опустилась моя ладонь. Правая, если быть точным. Даже обычный протез куда сильнее руки какого-нибудь армрестлера, чего уж говорить о моей дорогущей цацке. Хуже только всякие специализированные конечности, как у Молотильщика. Мир праху его. Та лапища из арматуры бантики вязала, но и таскать её мог далеко не каждый. У меня тоже частенько ныл плечевой сустав, но я давно перестал обращать на это внимание.

За всё в жизни приходится платить.

Гвоздь сдавленно хрюкнул, прежде чем его затылок с влажным хрустом впечатался в колонну. Сквозь пальцы щедро брызнуло красным, и я отпустил торопыгу. В первый и последний раз он как следует пораскинул мозгами. Дебила кусок.

Мой второй сосед по кличке Кислый был куда умнее, поэтому юркнул к дальней стене, скорчившись над отхожим ведром. Впечатлительный малый — каждый раз извергается, когда кто-нибудь дохнет. При этом тонкая душевная организация не помешала ему стать наркокурьером. Зато вреда от него никакого, чего не скажешь про меня.

В нормальных тюрьмах заключённых-киборгов первым делом избавляют от протезов, но здесь та ещё дыра. И новоприбывшая пятёрка «новеньких» это лишь подтверждала. У людей такое субтильное телосложение обычно соответствует подросткам-тинейджерам. Иногда вплоть до совершеннолетия, однако шеки созревают гораздо раньше и превосходят среднего человека раза в полтора навскидку. Поэтому на растерзание озверевшим узникам на самом деле бросили детишек.

Класс четвертый, может, пятый. Если бы они ходили в школу.

Твою шипастую мать, Топор там совсем охренел⁈

Увещевать приятелей покойного Гвоздя бесполезно. Это как волка уговаривать не кушать каре ягнёнка. Им и человеческие детёныши сгодились бы для потехи, а уж шеков налётчики ненавидели всей своей чёрной душой. Впрочем, как и остальные арестанты, вполне заслужено. Просто кишка у них чуть тоньше, чем у представителей криминалитета. Первыми высунулись как раз они, жёстко пресекая все остальные попытки присоединиться к веселью.

Сейчас настало время самых свирепых и отбитых ублюдков. Заходящее светило едва озаряло их перекошенные от радости морды. С лицами точно не спутаешь. Только из нашей камеры выскочил вовсе не их заклятый дружок.

А очень злой киборг.

Ближайшего к себе утырка я полоснул наотмашь по лицу, оставив на нём багровый рубец. Начисто разрубить голову короткий виброклинок не сумел, но рана вышла не сильно хуже удара сабли. А вот второй горлопан успел взвизгнуть, прежде чем подавился собственной кровью.

— Братва-а-акх…

На этом петушок и откукарекался. Уже минус три, осталось всего пятеро. Начать и кончить, желательно поскорее. Бандиты тоже торопились успеть до темноты, тем более никто поддерживать меня не рвался. Впрочем, ничего удивительного. Прочие арестанты наблюдали за нами сквозь решётки, одинаково болея за обе стороны. Если мы тут положим друг дружку, им станет чуть проще жить.

Недолго, правда, но всё-таки проще.

Первым ко мне бросился Большой Буу. Этого верзилу можно смело считать за двоих — даже в заточении его вес переваливал за центнер. Хотя мы тут все отощали до костей. Он любил бахвалиться, что собственноручно завалил несколько шеков, только не уточнял, кого именно и при каких обстоятельствах. Может, таких вот перепуганных детишек.

Однако недооценивать его не стоило. Бычара пригнулся к самому полу и рванул ко мне с распростёртыми объятьями, намереваясь перевести драку сразу в партер. Там у борца сплошные преимущества, включая четверых подельников. Я не стал дожидаться бесславного конца и отскочил. Только не в бок, где меня поджидали дружки, а назад, к решётке. Поперечная стяжка прутьев сыграла роль трамплина, с помощью которого я взвился вверх на зависть любому кенгуру. Спина просвистевшего подо мной Буу стала следующей точкой опоры. Топ-топ, ублюдки! Стальная ступня припечатала его в районе лопатки, придав ещё большего ускорения.

Лети, дружок, мне сейчас не до тебя.

Два прыжка позволили мне добраться до лавки у стола, где в растерянности замер Клоп. В своё время его едва не схарчили в западных джунглях, но в самый последний момент недоеденную жертву спасли проходящие мимо рои. Они выходили бедолагу, заменив откушенные ноги на костыли собственного производства. По сути — железные палки с копытами. Не чета нормальным протезам, но засранец хотя бы мог снова ходить. Чтобы чуть позже завести небольшой пеший караван в засаду. Такая вот благодарность.

Моему «снегоступу» Клоп страшно завидовал, но у самого не сохранилось даже коленей. Впрочем, я и сам не горел желанием дарить что-либо такому подонку. Драться он не собирался, но длинный стол не дал ему сбежать, щедро оросившись кровью. В том числе моей. Коварный удар в спину едва не отправил меня на тот свет, но я вовремя почувствовал угрозу сзади, успев дёрнуться в сторону. В итоге обошёлся лишь колотой раной в боку. Пальцем такую не сделаешь, даже металлическим. А вот сточенным до состояния шила куском железного прута — вполне. Оружие держал единственный представитель «пепельных людей» по кличке Йонин. Где он его прятал всё это время — загадка. Видать, не врал про своё членство в клане ниндзя какого-то там дракона.

Только мне плевать на чужие регалии. Меня натаскивала та, для которой все эти понторезы в подмётки не годятся. Большинство лазутчиков умеют лишь пырнуть вовремя в спину и раствориться в тенях. Много ума там не нужно, как и выдающихся умений.

Тем более, хороший ниндзя в застенках сидеть не будет.

Йонин понял, что его блестящий план разошёлся по шву, как стринги на жирной корове, и сиганул на стол. Занять высоту это хорошая стратегия, но я ведь тоже так могу. С моим ростом достаточно и лавки, откуда можно перескочить куда угодно. Ассасин вновь ужалил заточкой, только с направлением ошибся, и подловить на рывке меня не вышло. Металл скрежетнул об металл, не оставив малейшего следа на протезе, и тут же в мою сторону свистнула нога. Неплохая связка. Щуплый противник вряд ли рассчитывал уложить меня эффектным хай-киком, просто пытался задержать ещё на пару секунд, пока не подоспеют остальные.

Зря, надо было убегать.

Голову я кое-как прикрыл блоком левой руки, мысленно поблагодарив моих тренеров, и от всей души врезал правой туда, куда мог дотянуться. В промежность.

Выпускать лезвие не стал — там и так всё будет всмятку. От удара стальным кулаком ниндзя улетел со стола ещё быстрее, чем случайно попавший в баланду кусок мяса. Последователи Сохэя вряд ли бы оценили столь грязный приём, но я и не претендую на звание мастера рукопашного боя. Какие знаю болевые точки, по тем и бью.

Меня вот тоже щадить никто не собирался. Основание шеи рядом с ключицей обожгло и сама кость чуть не треснула от удара… Ну, наверное, дубинки. Деревянную часть явно выдрали откуда-то из нар и обмотали тряпками для пущей эргономики. А оголовье венчала парочка гвоздей, вбитых крест-накрест.

Я ж говорю — тут полный бардак с режимом. Спасибо хоть ни у кого при себе меча не нашлось. Или пушки.

Ухват, сволочь такая, метил мне в шею и едва не попал. После кончины прошлого авторитета он возглавил местный сброд, обострив и без того непростые отношения в бараке. При этом достать его никак не получалось из-за многочисленной свиты. А тут сам явился, только руку протяни. Неудивительно, что мои разбитые губы растянулись в оскале.

Какой сегодня замечательный день!

Плевать, что вместе с ним на меня набросился Песок. У него имелись в распоряжении лишь обмотанные кулаки, которыми он вполне сносно боксировал. Однако для боевого киборга этого всё равно недостаточно. Тем более голову я старался не подставлять, больше беспокоясь о палице. Пропущенные удары прошли вскользь, рассадив мне бровь, зато новых дырок удалось избежать. В ответ я совсем неизящно пнул драчуна протезом, разлучив его с коленной чашечкой, и укатился под стол. Рассвирепевший Буу, который успел вернуться в бой, влетел в нас как грёбаное пушечное ядро, которым решили в боулинг поиграть. Скамью он расколошматил вдребезги, только щепки брызнули. А вот стол вмуровали прямо в пол и для него требовалось что-то помощнее.