"Фантастика 2026-203". Компиляция. Книги 1-21 (СИ), стр. 642

Гул’Карон долго привыкал к современному обществу. Пару лет он отрывался по полной программе в Москве, посещая всевозможные развлекательные заведения, но потом одумался и взял на себя в клане алхимическое направление. Сейчас он живёт рядом, но дома бывает редко, проводя большую часть времени в своей огромной лаборатории, которая тоже располагается на Луркерии, но далеко от городов, потому что там у них постоянно что-то взрывается. Ну и ещё мой наставник очень полюбил учить, так что теперь под его началом более трёх сотен учеников, решивших связать свою жизнь непосредственно с алхимией.

Эрик и Нокта нашли себе пары, что удивительно, из луркеров. Они таким образом решили попробовать сохранить свою расу, ведь, вроде как, и те, и другие имели общие корни. Что из этого получится, узнаем ещё лет через десять, пока слишком рано делать выводы. Сейчас Люминары принимали самое активное участие в восстановлении Луркерии.

Сложнее всего получилось с Эми. Эта… Даже не знаю, как её назвать, наотрез отказалась выселяться и искать себе пару. Она заявила, что я её хозяин, и её жизнь принадлежит только мне, поэтому жила она с нами, руководила слугами и присматривала сразу за всеми детьми клана.

Жена, что удивительно, была совершенно не против неё, и даже подталкивала меня к тому, чтобы сделал её официальной любовницей. Но я пока стоически держался, потому что родом был из России, и меня с детства приучали к тому, что женщина должна быть единственной. Но, чую, скоро могу сломаться, потому что организм у меня уже давно не человеческий, и он требует гораздо больше интима. Одна жена, откровенно говоря, не справляется.

Была у нас и ещё одна страдалица, у которой личная жизнь совершенно не складывалась, и она прибыла сегодня вместе с родными одной из последних. Кассиопея однажды призналась мне в своих чувствах, но я не смог ответить ей взаимностью, потому что к тому времени уже любил другую. На что Кас заявила, что это не рационально с моей стороны, мол, я обязан иметь много жён, чтобы они смогли обеспечить больше потомства. По её словам мои гены нужно передать как можно большему количеству детей, ведь от этого напрямую зависит мощь нашего клана. И с тех пор она ждёт, когда я одумаюсь, и других мужчин к себе близко не подпускает.

Кстати, о детях. Они все родились игроками, переняв большую часть способностей обоих родителей, правда, в зачаточном виде. Так что уже сейчас могу смело заявить, что Мартин когда-нибудь меня непременно превзойдёт в силе, особенно учитывая, как он к этому стремится.

— Здравствуйте, рад всех вас видеть, — в очередной раз открыв дверь, поприветствовал Кассию, Герхарта, Лироя и… Айгеру.

Я не знаю, как это удалось Хорусу, но он буквально за год превратил бывшего лидера Пекла в совершенно нормального и адекватного человека. Со временем он, как и его отец, лишился рабского статуса и стал полноценным и очень полезным членом клана.

С Айкой мы попробовали построить отношения, но оба быстро поняли, что не созданы друг для друга. Оказались слишком разными по характеру и решили остаться друзьями. А потом, спустя пару лет, она внезапно сошлась с повзрослевшим и поумневшем Лироем. В тот момент это событие стало настоящим шоком буквально для всех и каждого, но со временем смирились. Сейчас у них всё было хорошо.

— Де-е-е-едушки! — больше всех Мартин был рад видеть Хоруса и Вайноса, потому что оба его всегда баловали.

Ещё бы, когда ты наследник лидеров сразу двух сильнейших кланов альянса, тебя непременно будут баловать. А Хорус любил своего много раз правнука очень сильно, и ни в чём ему не отказывал.

И да, я женился на Вайноне. Всё случилось так, как и пророчил старик. В один прекрасный момент мы просто оба поняли, что хотим быть вместе. Наша свадьба окончательно закрепила союз Константы и Кри, и теперь мы считали себя практически единым целым.

За девять лет нашему объединению пришлось пройти через многое. Нас пробовали на зуб кланы и корпорации, но свои зубы они пообломали, а некоторые вообще прекратили своё существование. Потом началась волна подобострастия, когда кланы наконец-то осознали, что с нами лучше дружить и стали всячески искать пути сотрудничества. Многие просились в альянс, некоторых мы даже брали, и сейчас наш союз возвысился до невероятного уровня.

В Константе на данный момент состояло тридцать шесть тысяч игроков, и все они были в среднем сильнее других с близкими уровнями. Евразия полностью подчинилась нам. Ещё бы им не подчиниться, ведь за прошедшие годы всё население стало жить гораздо лучше. Мы с Загоновым не жалели для соотечественников ИБ и ресурсов, непрестанно инвестируя их в благополучие обывателей. Народ нас полюбил, и теперь, если появлялся кто-то, решивший облить Константу грязью в интернете, на нашу защиту мгновенно вставали целые полчища диванных бойцов!

Когда все наконец расселись за огромным столом, я встал, поднял бокал и произнёс торжественный тост:

— Друзья, мы через многое прошли вместе, многого добились и сплотились ещё сильнее! Но ответственно заявляю, что не собираюсь останавливаться на достигнутом! Впереди нас ждёт ещё множество испытаний, и мы непременно с ними справимся! Выпьем же за Альянс! За Константу и Кри, за каждого из сегодня здесь присутствующих и, конечно же, за наших детей, которые непременно будут лучше, умнее и сильнее нас! Константа незыблема!

— Константа незыблема! — ответил мне совместный возглас всех моих друзей и родных. И я был абсолютно уверен, что пока мы вместе, она действительно незыблема.

Матвей Курилкин

Остров лишних

Глава 1

Люди — сами по себе, как вид, существа ужасно невнимательные. Большинство ухитряется старательно игнорировать не только то, что их не касается, но и важные моменты в жизни. Влад в этом плане от основной массы если и отличался, то только в худшую сторону. О событии, которое впоследствии все называли словом «Провал», он узнал только после обеда. Хотя, в принципе, не он один. На самом деле большинство его товарищей по несчастью о Провале узнали с большим опозданием. Впрочем, событие, перечеркнувшее всю прошлую жизнь немалого количества людей, прямо скажем, не отличалось большими спецэффектами. Ну, в самом деле, какая ерунда — солнца на небе не видно. Со связью проблемы — эка невидаль. Не первый раз, не последний.

Для Владислава день начался с проблем. Давно ожидаемых, но от этого ничуть не более желанных. Работы он лишился три месяца назад, новую отчего-то так и не нашёл. И нельзя сказать, что не брали, просто все предложения, которые были, совершенно не вызывали энтузиазма. Где-то зарплата ниже, чем на прошлом месте, где-то невооружённым взглядом видно, что будут проблемы с руководством… В общем, парень всё тянул время, хотя в глубине души понимал: дело не в отсутствии подходящего места, дело в нём самом. Слишком устал на предыдущей работе. Слишком обидно было, когда его оттуда попросили — и ведь ничего не предвещало! Да, не без ошибок, но от ошибок ведь никто не застрахован! Тем не менее, усилий прилагал массу. И вот, как снег на голову: «Влад, ты недостаточно вовлечён в проект. Мы тебя очень ценим, ты отличный профессионал, но так продолжаться не может — либо ты берёшь себя в руки, либо мы будем вынуждены с тобой расстаться. Подумай какое-то время, и скажи, что решил».

Думал Влад недолго — ровно десять секунд, пока пришёл в себя от изумления, так что даже созваниваться заново не пришлось. Начальство неумело изобразило удивление и сожаление от такого выбора, так же неумело скрыло облегчение, и через две недели Влад оказался совершенно свободен. Даже обрадовался поначалу, что так всё вышло, ведь, как оказалось, действительно очень устал. Вовлечённость может и была недостаточной для начальства, но очень даже достаточной, чтобы вымотаться.

Три месяца вялых попыток найти работу так и не принесли результата. Возможно, оттого, что Влад твёрдо решил — он больше врать не будет. Он и так отличный профессионал, так почему он должен обязательно изображать неумеренный энтузиазм? Разве недостаточно того, что он работу работает? Что, обязательно нужно при этом ещё и восторг выражать? Видимо, этот пункт в глазах любого работодателя оказывался решающим, потому что ничего дельного ему так и не предложили.