Муж на девять месяцев, стр. 5
– Я бы не стал вносить в документ пункты касательно нашей душевной и физической близости, – невозмутимо заявляет Жаров.
– Почему?
– Всё меняется, Ася. Вдруг мы с тобой поладим? – подмигивает мне.
По телу проносится странная сладкая дрожь. Так, стоп! Я только что рассталась с самым кретинским кретином в мире, так что стоит притормозить.
– Ладно…
– Держи, – он протягивает мне толстенький аккуратно сшитый документ.
– Но почему я? – быстро пролистываю, но не могу сосредоточиться.
Буквы пляшут перед глазами. К горлу подкатывает тошнота.
– Ты в порядке? – спрашивает Жаров.
– Да, я… – сглатываю образовавшийся в горле ком.
– Ася… АСЯ! – его голос стремительно удаляется.
Всё вокруг плывет, тошнота нарастает. Теряю сознание. Падаю куда-то в пустоту. Но вдруг меня обволакивает вкусный мужской аромат. И я возвращаю контроль над телом.
– АХ! – вскрикиваю, понимая, что лежу на диванчике, прямо на коленях Жарова. – Что вы…
Начинаю барахтаться, сажусь. Волком гляжу на будущего мужа.
– Зачем вы меня трогали?
– Ты в обморок упала, – невозмутимо заявляет мужчина, – еле поймал.
– Спасибо, – бурчу.
– Это всё стресс. Тебе нужно взять больничный, – уверенно заявляет.
–У меня лекции.
– Возьми у сокурсников. Или не у кого?
– У подруги, наверное.
– Вот, я выпишу тебе больничный на недельку. Заодно решим все наши вопросы.
Сижу рядом с мужчиной, мысли бешеными бобиками носятся в голове. Такое чувство, что я попала в параллельную реальность.
– Зачем вам… тебе беременная студентка? – всхлипываю. – Я не понимаю!
– Ася…
– Нет! Мне нужен ответ! Не бывает так, что просто предлагают помощь! Что от меня нужно?
Он вздыхает. Но молчит.
– Скажи, или я не подпишу соглашение! – умоляюще стону. – Ты знаешь, что у меня за беда. А я не знаю ничего. Это нечестно.
– Согласен, – он задумывается, – хорошо, я расскажу. Но надеюсь, что ты не будешь болтать об этом.
Ну неужели? Угрюмо гляжу на него.
– Мы с вами в разных кругах крутимся. Кому мне рассказывать?
Жаров вздыхает так, что я чувствую себя последней тупицей.
– Я занятой человек. В скором времени мои компании будут проводить слияния с другими лабораториями по всей стране. И времени на нормальные отношения с женщинами у меня нет.
Эээ…
– И все мои начинания в этом вопросе заканчиваются крахом. Я не уделяю времени, много работаю. Все эти конфеты и букеты… но мне нужен ребенок.
Вот теперь я окончательно запуталась.
– Зачем?
– Чтобы получить свою компанию целиком. Так-то она принадлежит моему отцу. Но он у меня традиционных взглядов. И если я не женюсь и не предоставлю наследника, мне не видать того, над чем я работал долгие годы… отец сейчас нездоров, так что боюсь, времени у меня немного.
– Но почему я? И ребенок? Уверена, есть куча девушек, которые согласились бы на подобное. Родили бы вам… тебе… так вот, по контракту.
– Я знаю, – говорит Жаров, – и уже раздумывал над чем-то подобным. Но тут появилась ты. Напуганная, готовая совершить самую большую ошибку в своей жизни.
Молчу, опускаю взгляд.
– И ты мне понравилась. Хорошая девочка, просто оступившаяся. Я вижу, ты в отчаянии, Ася. И если смогу помочь, я это сделаю.
– И что будет после рождения ребенка? – робко спрашиваю.
– Тебе решать. Я запишу его на себя, он получит все привилегии моей семьи, статус. Если после его рождения ты не захочешь воспитывать, я заберу малыша себе.
– Но он не твой…
– Я люблю детей, Ася, – задумчиво произносит мужчина, – а ты потом вольна делать, что хочешь. Я дам достаточно денег, чтобы тебе встать на ноги. Это есть в условиях соглашения. Но одно правило особенно важно. Если кто-то из нас его нарушит – последует немедленное расторжение.
– Какое?
– Верность. Я человек публичный, и тебе придется меня сопровождать на светских мероприятиях. Мне не нужны слухи и сплетни. Репутация моей семьи безупречна.
Молчу. Уж в верности моей пусть не сомневается, я мужика к себе на пушечный выстрел не подпущу больше!
– Давай, я отвезу тебя домой. Ты изучишь документ в нормальной обстановке. Вижу, как ты нервничаешь. Если будут вопросы, звони в любое время.
– Ещё бы, – кусаю губы.
– Тогда поехали.
– А у вас… тебя нет других дел? – огрызаюсь.
– Есть, но моя невеста превыше всего, – скалится.
– Я ещё и не согласилась.
Краснею, сама не понимаю, почему. Пока мы едем, играет приятная музыка. Пытаюсь разобраться в себе. Что же делать?
Предложение заманчивое, но что стоит за ним? Нужно будет обязательно ознакомиться с тем, что написано мелким шрифтом.
– Приехали, – Жаров осматривает двор, – ты уверена, что хочешь провести ночь здесь? Может, лучше сразу ко мне?
– Мне нужно прочитать документ и немного прийти в себя, – признаюсь, – я человек традиционных взглядов. Мне очень тяжело принять такие отношения.
Он тепло улыбается.
– Рад, что поделилась. Хорошо, буду ждать твоего звонка.
Робко улыбаюсь.
– До свидания, – вылезаю и топаю домой.
Прикрыв за собой деревянную дверь подъезда, слышу звук уезжающей машины. Поднимаюсь на этаж.
– О! Асенька! – меня встречает старушка-хозяйка квартиры. – Я рада, что ты приехала.
– А в чём дело? Я же вчера заплатила, – не понимаю.
– Так твой муж приезжал, – она округляет глаза, – сказал, что ты ребеночка ждешь.
– Муж? – хмурюсь.
– Да. Но по нашей договоренности, милая, никаких младенцев в моей квартире…
– Теть Тань…
– Нет, нет! Я уже нашла новых квартирантов, место хорошее, с ремонтом.
– Эээ, а как же я?
– У тебя вещей немного было, я собрала. Они в коридоре. Забирай и счастливо оставаться.
Кажется, я знаю, что за «муж» наплел бабульке обо мне! Скриплю зубами. Беру свои скромные пожитки и выхожу к остановке.
Вздыхаю, сажусь на скамейку.
Достаю мобильный.
Кажется, мне придется снова обратиться к Жарову за помощью.
Глава 4
Сижу на остановке. Жду, пока мой «жених» приедет и заберет меня к себе. До чего же опустилась! Вздыхаю.
Мне пришлось снова звонить Жарову. Но, как ни странно, мужчина даже не разозлился. Пообещал приехать после совещания.
Взвалив на плечо сумку с вещами, я пришла на остановку и теперь вот сижу тут, как натуральный бомж.
Вокруг никого.
У нас район вообще безлюдный. И автобусы редко ходят. А вечером, так вообще швах. Ёжусь от холодка, пробежавшего по коже. Уже темнеет и становится прохладно.
С грустью смотрю на свою спортивную сумку. Здесь вся моя жизнь.
– Привет, красотуля, – рядом садится какой-то гражданин неопределенного возраста.
От него неприятно разит перегаром. Отодвигаюсь.
– Ты чё? – он таращится на меня. – Лучше меня чтоль?
Пучу на него глаза, двигаюсь на самый край. Ну блин, этого мне еще не хватало!
– Эй ты! Хм… а ты ничё такая… – он облизывается.
Мне становится жутко. Да где Жарова носит? Кончики пальцев холодеют.
Пытаюсь встать, но пьянчуга хватает меня за руки, мешает.
– Ладно тебе, лапа… дай потискаю… у меня давно бабы не было. А отсосешь, заплачу!
– ОТСТАНЬТЕ! – ору на него. – Я вам не проститутка!
– Ах ты, шалава малолетняя! – он с силой дёргает меня на себя, я плюхаюсь, начинаю барахтаться, отталкивая этого мерзкого типа.
Сильно бью его по ноге.
– СУКА! – орёт мужик, а я скатываюсь на землю.
Падаю прямо на колени. Мне безумно страшно! Мимо идут две женщины. Увидев, что ко мне пристают, переходят на другую сторону. Да блин!
– Мне эта хуйня надоела, сейчас сосать будешь, сука, – пьянчуга встаёт, пошатывается, – бесплатно.
– Боюсь, что сосать сейчас будешь ты, – жесткий голос, словно сталь, пронзает воздух.
Откуда ни возьмись между нами вырастает огромная фигура Жарова.