Вечно голодный студент 10 (СИ), стр. 55

Он держит следующий за нами УАЗ на прицеле РПГ-7, и я вижу реакцию пассажиров через открытую дверь кунга — они напряжены до предела.

Доезжаем до КПП и нам открывают ворота — это та самая стена, которую строили силами всего города.

Внутри огороженной территории я вижу, что с проблемой птиц они тоже столкнулись, поэтому между зданиями и столбами растянута частая сеть из стальной проволоки. Но основные улицы до сих пор накрыты «бахромой», препятствующей пролёту дронов.

Из особенностей: улицы тщательно вычищаются от снега, машины не ездят, да и вообще, машин на улицах нет, как и случайных прохожих. Встречаются только вооружённые патрули.

Едем к «Сити Моллу», который, судя по всему, продолжает оставаться центральным зданием администрации города.

А вот у «Сити Молла» нас встречает отряд из двух десятков сильных КДшников — по ощущениям, среди них нет никого ниже сотого левела.

И на переднем плане стоит полковник Белогуров, который, как оказалось, тоже КДшник — судя по ЭМ-полю, он не ниже 150-го левела.

Одет он в офицерскую зимнюю куртку, а на голове у него серая каракулевая шапка с козырьком.

— А ты подрос, майор, — отметил полковник Белогуров, увидев Ронина.

— Здравия желаю, товарищ полковник, — приветствовал его Ронин и козырнул.

— С чем пожаловали, господа туристы? — спросил полковник Белогуров.

— Не такого приёма мы ждали, — ответил ему Ронин.

— Ах, ты ещё и приёма какого-то ждал, сука⁈ — возмущённо спросил полковник. — Какого приёма ты ждал, дезертир⁈

— Не могу вспомнить, когда я мог дезертировать, — сказал на это Ронин. — Меня сюда даже не прикомандировали — я добровольно присоединился к вам.

— Отставить! — рявкнул полковник. — Вы, сукины дети, бросили город!

— Отставить отставить! — ответил ему Щека. — Ты как с нами разговариваешь, дядя⁈ Мы сделали для города дохуя чего — здоровья не жалели! А потом твоя уебанская политика привела к тому, что нас всех выебали!

Полковник Белогуров вскинулся и собрался ответить что-то резкое…

— Предлагаю всем успокоиться, — предложил Ронин. — Не с того мы начали нашу беседу.

— Ладно, — поджав губу, сказал Щека.

— Ладно, — коротко кивнув, сказал полковник Белогуров. — Зачем вы приехали?

— Сначала нужно сказать, откуда мы приехали, — покачав головой, произнёс Ронин. — Приехали мы из Волгограда — там мы восстанавливаем цивилизацию. А зачем — мы хотели разведать город и установить наличие или отсутствие выживших.

— Установили? — спросил один из КДшников. — Ну так и пиз…

— Отставить! — рявкнул полковник Белогуров.

Тут я замечаю среди толпы самого Пастора, который раньше тусовался с Багром, которого тут не видно.

— Что происходило в городе? — спросил Ронин.

— Идём в «Сити Молл», — сказал полковник Белогуров. — Капитан Каныгин — распорядись, чтобы накрыли стол в столовой. Остальные — разойтись.

КДшники беспрекословно выполнили приказ — сразу же разбрелись в разные стороны. Такого не ждёшь от группы ребят, способных развалить какой-нибудь мотострелковый батальон в одну калитку…

Видимо, полковник Белогуров держит тут всех в ежовых рукавицах и жестоко карает всех, кто не подчиняется его воле.

Проходим в «Сити Молл» и я вижу, что он практически не изменился.

Полковник провёл нас к эскалаторам, работу которых так и не восстановили, поэтому пришлось топать ножками.

Вижу на третьем этаже «Детский мир» и замечаю ту самую женщину, которая вербовала меня в БрАВО-6 — она шла к лестнице и охуела, увидев меня. Нет, я не думаю, что она меня вспомнила, а причина ахуя в том, что я выгляжу, мягко говоря, необычно.

Поднимаемся на четвёртый этаж и идём в столовую, размещённую на месте ресторана «Плов».

Белогуров сел за спешно накрываемый стол и указал нам садиться.

— Что произошло в городе, спрашиваешь… — произнёс он и подвинул к себе тарелку с супом. — Много чего произошло, товарищ майор…

Глава двадцатая

Ностальгия

* Российская Федерация, Кемеровская область, город Новокузнецк, ТРЦ «Сити Молл», 9 февраля 2029 года*

— В день, когда вы трусливо бежали, начался захват власти в городе силами нелояльных КДшников, — заговорил полковник Белогуров. — Мне, вместе со штабом и большей частью личного состава, пришлось отступить в Междуреченск — это был тяжёлый переход, стоивший жизней сотням наших солдат и тысячам гражданских. Кое-кто не подчинился приказу об отступлении и остался в городе — как выяснилось позднее, эти предатели присоединились к нелояльным КДшникам. Изначально я думал, что вы тоже в числе нелояльных и лишь потом мне стало известно, что вы бежали на самолёте.

Неприятно слышать такое в свой адрес, но я считаю, что Щека прав — полковник сам нахуевертил эту конструкцию, которая потом с громким хрустом наебнулась всем нам на головы.

— В Междуреченске было тяжело, запасов практически не было, но нам повезло, что случилось очередное нашествие зверей, — продолжил полковник. — Контингент лояльных КДшников сумел настрелять и нарезать большое количество животных, что позволило нам пережить первый месяц. А в Новокузнецке, тем временем, шла борьба за власть — банды нелояльных КДшников делили оставшиеся запасы, убивали, в ходе своей грызни, гражданских, и укреплялись в своих новых владениях. Если бы у нас было больше сил в тот момент…

Официантка принесла поднос с бутылкой водки и одной рюмкой. Полковник кивнул ей с благодарностью, налил себе рюмку водки и опрокинул её в себя хорошо отточенным движением.

— Как это вы ловко её опрокидываете, товарищ полковник, — заметил Фазан.

— Достигается упражнением, — ответил Белогуров и усмехнулся, а затем посерьёзнел. — Но я продолжу. Пока нелояльные КДшники грызлись за оставшиеся ресурсы, мы укрепили Междуреченск, а сами были вынуждены полностью перейти на охоту. Солдат мы берегли, как и гражданских, поэтому все тяготы первого года вынесли на себе наши КДшники. А затем я проснулся одним утром, и увидел какие-то слова и цифры. Это оказалась когнитивная девиация, что меня совсем не обрадовала, потому что мне пришлось вспомнить курсантские годы и начать бегать по тайге, как лось во время гона… М-да…

— Интересная ситуация, — произнёс Ронин. — И знакомая.

Он косо посмотрел на меня — не забыл ещё, как я гонял его по методологии Новикова…

«Такое хуй забудешь, хе-хе-хе», — подумал я и усмехнулся.

— Я получил свой позывной — теперь меня зовут Мотором, — сообщил нам полковник Белогуров. — Связано это с моей первой способностью — она перестроила мою сердечно-сосудистую систему и я могу входить в режим «форсажа».

Что-то похожее было у Гали — кардиоваскулярное что-то, не помню точно.

— В Новокузнецке, на второй год, установились две власти, — продолжил полковник. — Первая — это небезызвестный вам Багор, а вторая — группа Пупсика.

Смотрю на Пастора, сидящего за соседним столом — я хорошо помню, что он был другом Багра и непонятно, как он оказался тут, под командованием подполковника.

— Общая численность населения Новокузнецка, за год под властью нелояльных КДшников, сократилась десятикратно — до 15–20 тысяч человек, по нашим оценкам, — сообщил полковник Мотор.

Я ожидал худшего, но всё же, испытал потрясение от того, насколько всё стало хреново — когда мы бежали, было около 200 тысяч человек, а это значит, что грызня КДшников, а затем последовавшие за этим голод, холод и нападения зверей выкосили почти всех…

— Город практически опустел, выжившие влачили жалкое существование и убегали к нам, — продолжил полковник. — Получалось не у всех, потому что зверей в тайге полно и все они всегда голодны — мы принимали всех, хотя понятно было, что прокормить их будет очень тяжело. Зато среди выживших появлялись новые КДшники, которых мы обучали по нашим методикам — каждый из них вносил свой вклад в общее выживание, а не как вы…

Тут из-за соседнего стола встал знакомый мне человек, которого я знаю, как майора Липчина.