Последние тайны Ватикана, стр. 26

На их фоне редким католическим исследователям очень сложно заставить услышать свой голос. Так, иезуит и историк отец Роберт Грэм, автор книги Vatican Diplomacy (названия произведений в тексте сохраняют свое аутентичное написание и в пояснениях не нуждаются) (Принстон, 1959 год) провел многие десятилетия за изучением подобных сюжетов. Но ему мешал его священнический сан. Кто поверил ему, когда в 1990 году он сказал, что «Худаль не играл никакой роли в папской Комиссии помощи»?

Другим источником естественным образом выступала пресса того времени, которая была заражена недобросовестными расследованиями, предвзятыми репортажами, а также — во что сложно поверить — откровенно ложными статьями. Так, один журналист, некий Вирджилио Скатто-лини, бывший сотрудник L`Osservatore Romano, издатель бюллетеня (Notiziario) пропитал крупнейшие средства информации своего времени ложными новостями, спекулятивными документами, «оригинальными» копиями и выдуманными откровениями всякого рода. Некоторые «корреспонденты» наподобие американского представительства в Риме выкладывали до 500 долларов в месяц, чтобы получить его «конфиденциальную информацию»!

Именно Скаттолини обязана добрая часть ведущих «расследований» на тему «секретного соглашения между Гитлером и Пием XII», «святого альянса между Ватиканом и Белым домом» и другими трудами, которые из года в год кочевали из статьи в статью, из книги в книгу. Среди них были неоднократно переведенные и переизданные произведения, такие как «Ватикан во время Второй мировой войны» (Михаил Шейнман), «Католическая церковь и XX век» (Авро Манхэттен), «Россия и папство» (Эдуард Винтер), подвергшиеся сильному влиянию разглагольствований Скаттолини, который в итоге был предан в руки правосудия и заключен в тюрьму!

Наконец, не следует забывать и о неподражаемой системе дезинформации, направленной в 1945–1946 гг. Кремлем и его восточноевропейскими сателлитами против Ватикана, папы и Церкви в целом. На всем протяжении холодной войны коммунистические руководители, историки, журналисты и пропагандисты старательно ассимилировали понятия «католики» и «фашисты». До 1948 года также поступал и «лучший ученик Сталина» югослав Иосип Тито. На эту тему было написано великое множество книг, коллоквиумов, свидетельств, часто финансируемых НКВД (в будущем КГБ). Показательные, скандально сфальсифицированные процессы привели к осуждению некоторых католических священнослужителей, начиная с архиепископов Слипого (Украина), Миндсенти (Венгрия), Вышинского (Польша), Степинака (Хорватия), Берана (Чехословакия) и отправке тысяч верующих в лагеря.

Советская позиция была еще более упрощенной и ма-нихейской, чем двойное видение американских руководителей того времени: раз антикоммунистическое, значит, «фашистское»! Опираясь на сомнительные источники, питаемая эффективной дезинформацией, активно поддерживаемая миллионами коммунистических деятелей, журналистов, исследователей и наставников, особенно во Франции и Италии, эта позиция способствовала появлению негативного представления о Ватикане, папе, Католической церкви, сознательно «сотрудничавшей» с худшим режимом, который когда-либо знал наш мир.

Однако это ложное представление. Конечно, развязавшие войну государства, такие как Германия, Италия, Венгрия, Словакия, Хорватия, являются в большинстве своем христианскими. Конечно, католики принимали участие во всех эпизодах этой трагедии, как самых достойных, так и самых постыдных. Конечно, представители Церкви были лицом своих народов как с лучшей, так и с худшей стороны. Конечно, можно допустить, что Пий XII мог бы проявить большую решительность в отношении Холокоста. Однако после полувековой работы со всякого рода архивами, исследованиями, воспоминаниями, свидетельствами, следует чистосердечно признать, что вовлеченные во все эти сети церковные деятели, такие как Худаль и Драгано-вич, никогда не представляли Ватикан.

Ни в коем случае нельзя считать, что папа и его главные сотрудники, всевозможные Тардини и Монтини, могли войти в сговор с правосудием, чтобы оставить без наказания бывших эсэсовцев, убийц усташей и других военных преступников.

7

Пий XII против де Голля

Как папа предотвратил массовую чистку французских епископов

Рим, 30 июня 1944 года. Немногим ранее 9 часов утра. Меряя большими шагами комнаты апостольского дворца, в направлении приемной папы двигалась высокая фигура. Мало кто из кардиналов был знаком с этой выдающейся личностью, фигурировавшей среди будущих победителей. Он называл себя «главой временного правительства Французской Республики», однако этот был его неофициальный титул. Он был военным. Сопротивленцем. Католиком. В протоколе, назвавшем этого человека просто «его превосходительством генералом Шарлем де Голлем», сквозила неуверенность по поводу придания этой импровизированной аудиенции соответствующего определения, так что никто — что в Ватикане, кстати, было редкостью — не подумал запечатлеть на пленку встречу двух гигантов XX столетия.

Именно кардинал Тиссеран, в то время секретарь Конгрегации по делам Восточных Церквей, ввел генерала де Голля в большую дипломатическую игру Святого Престола. Этот прелат с горделивой бородкой и откровенным языком был известен в Риме своей необычайной враждебностью по отношению к нацистам и маршалу Петену. Он был голлистом с самого начала, за что французское посольство прозвало его даже «кардиналом де Голля». Начиная с апреля 1943 года, именно Тиссеран тайно налаживал связь между Ватиканом и главой свободной Франции, несмотря на то, что номинальным ответственным за эти официозные отношения считался декан Роты [28] монсеньор Жюльен. В этих тайных переговорах принимали участие и два других церковных деятеля: корреспондент газеты La Croix монсеньор Фонтенель и тайный камергер папы, будущий префект папского дома аббат Мартен.

Утром 5 июня, едва в освобожденный Рим вошли союзнические войска, как через несколько часов кардинал Тиссеран сам лично отнес в Государственный секретариат переданное генералом де Голлем письмо на имя Пия XII. В этом послании генерал говорил о «сыновней привязанности» французского народа к апостольскому престолу и обещал защитить в ходе будущих военных операций религиозные памятники как «вехи нашей христианской веры». Это понравилось Пию XII, который сам делал все для того, чтобы избавить Вечный город от разрушений, неминуемо следующих за любыми военными действиями.

Папа поручил главе внешнего отдела Государственного секретариата монсеньору Тардини подготовить соответствующий ответ, который молодой дипломат Жак де Блес-сон, получивший отставку во французском посольстве с приходом союзников, доставил 16 июня в Алжир. Через несколько дней, воспользовавшись своим пребыванием в Риме, де Голль попросил у папы аудиенции, которая ему тотчас была предоставлена. Эта встреча занимает одно из главных мест в «Военных мемуарах» генерала, не скрывавшего своего уважения к понтифику и открыто им восхищавшегося.

Представив, согласно протоколу, Пию XII своих сотрудников, генерал де Голль был препровожден в Сикстинскую капеллу, а затем к могиле Святого Петра, где он долго пребывал в размышлении. Въезд через главные ворота, кортеж, прием канониками, посещение Сикстинской капеллы в сопровождении папского камергера: программа этого визита, переданная тем же вечером Osservatore Romano, списанная с протокола… одного наследного принца, вызвала бурный протест со стороны представителя официальной Франции посла Леона Берара. Монсеньор Тардини с деланным удивлением перенес все ответственность на газету! Обмануть никого не удалось. Оба дипломата знали об успехе стартовавшей в начале месяца высадки в Нормандии, а также о том, что посол в Риме задержится ненадолго.