Топить в огне бушующем печали. Том 3, стр. 2

Сюань Цзи стиснул зубы, что есть мочи зажмурился и выдавил из себя согласное хмыканье. А затем одеревенело, точно оживший труп, поднялся на ноги.

К счастью, как раз подоспели коллеги из филиала в Цзянчжоу, а следом и оперативники «Фэншэнь». Шум и гам толпы бесцеремонно вклинился в неловкий разговор между ним и его величеством, оперативники всем скопом окружили директора Сюаня и наперебой принялись выспрашивать, удалось ли полностью очистить огнем землю от миазмов внутренних демонов и куда делась Тень. Забрать ее останки из машины вышли все – Чжан Чжао даже деревянную куклу Чжичуня захватил с собой, осторожно посадив себе на плечо.

Улучив момент, Шэн Линъюань тихонько отошел в сторону и, поддерживая репутацию человека, который слова лишнего не скажет, пока его не спросят, укрылся в опустевшем автомобиле оперативников, плотно притворив дверь.

Лицо его ничего не выражало. Он низко склонил голову и крепко сжал дрожащие руки, не в силах совладать с собой.

При жизни он никогда не питал надежд, что однажды прикоснется к плечу духа меча… Даже в те дни, когда он еще не лишился меча Демона Небес, а в сердце жили безграничные мечты о будущем.

Тогда он еще считал себя человеком – а много ли длится человеческая жизнь? Даже если в своем совершенствовании он превзойдет стадию Изначального Младенца, все равно проживет не больше трех-пяти веков. Думая, что не дождется того дня, когда дух меча обретет собственное тело, он с юности решил довольствоваться скромной ролью старшего брата, что указывает младшему путь.

Вот только… достоин ли он такой роли?

Когда разбили меч Демона Небес, Сяо Цзи был юношей, только-только вошедшим в возраст, чистым и невинным, словно вольный ветер и ясная луна. Наивный и добросердечный, он дорожил их дружбой и не знал ни раздоров, ни коварства людского. Если с ним случилось то же, что и с Чжичунем, следующие двадцать лет он провел рядом с Владыкой людей бестелесным призраком и видел, как тот перебил всех прежних героев, как рассорился с учителем, как отступился от собственных слов и попрал все понятия о чести и долге, в которых сам же его наставлял…

Шэн Линъюань сдерживался сколько мог, но наконец поддался искушению, поднял голову и посмотрел на Сюань Цзи.

Того обступили сослуживцы, но он легко справлялся с градом вопросов. Крылья разорвали ему со спины всю одежду, поэтому на плечи он накинул чужую спецовку – видимо, одолжил кто-то из филиала в Цзянчжоу. Вдруг, словно что-то почувствовав, Сюань Цзи обернулся в сторону Шэн Линъюаня. Веки того дернулись, словно его хлестнули по лицу невидимым кнутом, хоть император и знал, что в автомобилях оперативников стекла прозрачны только с одной стороны и снаружи салон никак не увидеть. Он не стал отводить взгляд – словно чтобы нарочно себя помучить – и через силу посмотрел в глаза тому, перед кем его терзал жгучий стыд.

Сюань Цзи перекинулся парой слов с ближайшим оперативником «Фэншэнь», тот кивнул, подбежал к автомобилю и с благоговейным трепетом постучал в окно.

Шэн Линъюань опустил стекло.

– Э-э… Уважаемый, тут в артериях земли кое-что есть, – выпалил оперативник. – Мы не можем понять, что это такое, не могли бы вы посмотреть?

Шэн Линъюань подавил все ненужные чувства и с совершенно непроницаемым лицом вышел из машины.

– Кажется, внизу есть потайной ход, – сообщила ему Гу Юэси. Всевидящие очи уже закрылись – все вернулось на круги своя, – но, к счастью, миазмы внутренних демонов рассеялись, и теперь «рентгеновского зрения» было вполне достаточно. – Внутри могут быть ловушки, но спуск ведет слишком глубоко, и я не могу разглядеть.

– Может, отправим туда роботов-разведчиков? Они у нас с собой, – тут же предложили оперативники из филиала в Цзянчжоу. Они с энтузиазмом выгрузили из автомобиля несколько небольших роботов, оснащенных видеокамерами, и принялись их расхваливать: – Гарантируем: чистая механика, ни капли «особых» способностей. Наш шеф – фанат робототехники. Когда Главное управление в прошлый раз устраивало чемпионат по профессиональному мастерству, мы взяли с собой всех наших роботов, и знаете что?

– Выиграли? – предположил Чжан Чжао.

– Нас дисквалифицировали за жульничество! – хором откликнулись местные оперативники.

Чжан Чжао потерял дар речи. В каждом краю свои диковинки, Цзянчжоу же славился круглыми дураками. И зачем только он им поддакивает?

Роботы-разведчики с пыхтением спустились в расщелину, что осталась от меча Шэн Линъюаня, когда тот разрубил раковину Тени. Из передней части корпуса выдвинулись всевозможные инструменты для расчистки, в том числе щипцы и небольшая лопатка. Несколько быстрых движений – и вот уже обломки раковины легли в сторону, освобождая проход.

Над этой раковиной некогда потрудился сам Всеслышащий, а потом она впитала в себя немало ци Демона Небес. За многие годы она почти стала истинным телом Тени и сумела высосать досуха артерии земли в Цзянчжоу. По степени опасности раковина превосходила несколько объектов класса S разом. Но теперь демоническая ци покинула ее, вернувшись к хозяину, а энергия, отнятая у земли, вновь рассеялась по всему Цзянчжоу. Удар меча разбил створки вдребезги, и от нее остались лишь куски карбоната кальция с примесями редких металлов, которые теперь с легкостью смели в сторону творения робототехников-любителей.

Похоже, на свете и вправду ничто не вечно.

Выслушав рассказ коллег из «Фэншэнь» о невероятной битве с миазмами, Сюань Цзи повернулся к кукле Чжичуню, тихо сидевшему на плече Чжан Чжао, вежливо кивнул ему и подумал: «Вот и вышло на свет то, что Вэй Юнь в свое время так хотел скрыть».

Чжичунь был духом меча, таким же, как и другие духи сосудов, в том числе сам Сюань Цзи. Оттого-то он острее других подмечал все изменения, происходящие с директором Сюанем. Увидев его мельком в Пинчжоу, Чжичунь, полагаясь на врожденное чутье духа меча, счел, что незнакомый коллега принадлежит к линии огня и грома, хоть и заметил, что от того также явственно исходит дух линии металлов. Сейчас он ощущался еще отчетливее, но Чжичуню хотелось держаться от Сюань Цзи как можно дальше. Будь здесь его сосуд, скорее всего, клинок бы дрожмя дрожал.

Чуть поколебавшись, один из «Фэншэнь» тихо обратился к Сюань Цзи:

– Один момент. Тень назвала вашего духа меча…

Он не успел договорить, как Гу Юэси с Чжан Чжао переглянулись. Сюань Цзи прижал палец к губам.

– Т-с-с! – тихонько прошипел он и так же едва слышно продолжил: – Я знаю. Не время для расспросов. Это долгая история, как вернусь в Главное управление – подам официальный доклад.

Оперативники «Фэншэнь» снова обменялись взглядами. Но, служа в отряде специального назначения, они как нельзя лучше знали, что такое дисциплина, а потому сразу все поняли и замолчали.

Тем временем сотрудники местного филиала сгрудились у планшета. Раздались возгласы:

– Ох, ни хрена себе! Гляньте сюда, это еще что такое?

Роботы рыли землю быстрее сурков – оперативники успели обменяться всего-то парой фраз, а машины уже раскопали тайный проход, о котором говорила Гу Юэси. В конце узкого лаза висела мумия, и робот, незнакомый с культурными табу, навел камеру прямо на труп. На экране крупным планом появился мертвец, «привечающий гостей».

Столпившихся над планшетом оперативников от испуга чуть инфаркт не хватил. Все как один отпрянули, схватившись за сердце.

– Где это они такую крутую технологию мумификации подрезали? Этот парень отлично сохранился!

– Э-э… Вообще-то так себе…

– Слушайте, а это вообще человек?

На первый взгляд мумия и впрямь напоминала человеческую, но на голове торчали звериные уши, а из-под высохших, сморщенных губ на два цуня высовывались крупные клыки. Если присмотреться, то сзади можно было заметить что-то напоминающее хвост.

Человека… вернее, существо подвесили у самого входа вниз головой. Руки и ноги сковывали железные обручи – так же, как и шею. Глаза, состоящие из быстро гниющих тканей, разумеется, давным-давно вытекли, и пустые глазницы зияли темными провалами. С ушей свисали «серьги», сплошь покрытые древними письменами.