Сердце отваги измеряется численностью. Книга 6 (СИ), стр. 49

— Взамен, — дополнил Годарт, — Умерший обещает помочь нам взять Палид.

— Саркарнский Хранитель хочет сыграть против Саркарна? — развеселился Далкон. — Кто тоже поверил?

— Ему, судя по всему, плевать, на кого работать, — предположил Годарт, щелчком сбивая с плеча подсохшие комки чёрной дряни. — Я постарался узнать больше, — майор ухмыльнулся, — Умерший сказал, что к Палиду стянулись саркарнские силы. Будут помогать Вермитраксу удерживать столицу.

— Только этого не хватало, — простонал Эрбо.

— Что же… мы узнали об этом заранее, — почесал я подбородок. — Хотя нет, вроде в газетах писали, будто к Палиду стянутся десять кораблей?

— Одно дело газеты, другое — прямые сведения.

— Полученные от врага? — скривился я. — И как Умерший видит наше… сотрудничество?

— Загрейн, — осторожно заговорил Далкон, — ты же…

— Спрашиваю, — отмахнулся я от него.

— Хочет тебя видеть, — усмехнулся Годарт. — Сказал, ему хватит даже слова.

— Моего слова? — удивился я.

— Видать, навёл о тебе справки. Может через Орден Безмятежности.

— Так, — Эрбо обхватил голову, — давайте конкретно… Ну, мы же не идиоты, чтобы реально верить в то, что скажет Умерший Бог?

— Не идиоты, — протянул Нильтас. — А как Хаттофи брать?

Взгляды скрестились на мне.

— Сила Умершего отлично работает на… объёмы, — постарался я подобрать нужные слова. — Он заражает людей через свою чернильную дрянь. Мои мухи — не исключение. И да, Годарт, ты, скорее всего, заражён. Возможно мы все заражены.

Даже я, если эта херня работает не только чисто физически.

— Он перехватил контроль над моими мухами, воспользовавшись этим, — продолжил я. — Моим незнанием. Теперь у него есть рой.

— И воители, — добавил Годарт. — Не верю, что в его резерве лишь та парочка, которую прикончил я. Как минимум, у него должна быть своя команда. Или кто-то считает, саркарнский Хранитель путешествует по морю на рыбацкой лодке?

— Но ты их не видел? — посмотрел я на майора.

— Нет, только самого Умершего.

— Он сказал что-то ещё?

Годарт нахмурился, на миг отвёл взгляд, поправил секиру на плече.

— Ничего.

— Что же, как разумные люди, давайте разберём оба варианта, — слабо улыбнулся я. — Для того, чтобы забрать меч у Ребиса, как минимум нужно с ним встретиться и я искренне не уверен, что даже убив его — ну, в первый раз, — получится разжать эти пальцы. Или отрубить их. У брата Аура на совсем уж запредельном уровне сил.

— Можно обмануть Хранителя… — начал Далкон, но я прервал его, подняв руку.

— Кто-то желает поддержать притязания Умершего? Нет, серьёзно. Я терпеть не могу Ребиса, считаю его редкостным засранцем и кретином, но осознаю, что у него, благодаря Наршгалу или кто там шепчет ему через меч, получилось худо-бедно создать альтернативу правлению Вермитракса.

— Было бы чему, — хмыкнул Годарт. — Вермитракс идиот. Даже его конь справился бы лучше.

— Поэтому, — продолжил я, «не заметив» слов майора, — вы должны меня понимать. Я не поддерживаю Ребиса, но считаю, что он на данный момент лучше всего подходит Миизару. Как минимум, брат сумеет дать бой сильному врагу. Может даже отвадит Саркарн от нашего острова на какое-то время. Это уже преимущество.

— У него союз с Ледяным Змеем, — дополнил Нильтас. — Без Ребиса всё рухнет. Ну, скорее всего. Умерший — Хранитель, Ледяной Змей — Безграничный. Это абсолютно разные категории.

— Только Змей не спешит высовываться с Рентау, — усмехнулся Годарт. — А значит он может быть хоть Безграничным, хоть самим богом воплоти. Какая нам разница?

— В любом случае, менять Ребиса я бы не стал, — аккуратно добавил Нильтас.

— Без него восстание рухнет, — взял слово Эрбо. — Ни у кого из нас не хватит сил встать на его место, — министр уставился на меня. — Разве что ты, Загрейн…

— Не хочу править.

— Значит и обсуждать нечего.

— Отлично, — прогудел чему-то радостный Годарт. — С этим решили, тогда что делаем с Умершим?

— Хороший вопрос, — выдохнул я. — В прямом бою я вот вообще не вижу, как можно его одолеть. Хотя… как насчёт такого плана…

— Ребис совсем свихнулся из-за своего меча, — сказал я и усмехнулся. — Давно пора было отобрать железку из его рук.

И протянул ладонь.

Умерший Бог… жуткий хер. Почему-то у меня создалось ощущение, что прозвище соответствовало ему на все сто процентов.

Он или уже умер или на грани смерти. Может потому меч ему и нужен? Чтобы воскреснуть?

Хранитель ждал меня в центре Хаттофи. Площадь была пустой. Ну, скорее брошенной. Видать все его марионетки прятались где-то рядом. Я не искал — экономил Ауру. Годарт стоял рядом, морщился, сжимая секиру. Единственный мой спутник из всей западной армии.

Впрочем, число тут, как уже было понятно, играло против нас.

Мгновение Умерший Бог смотрел на мою руку. Он будто бы не верил, что всё прошло… так легко? И всё же, мне показалось, что белёсые мёртвые глаза на миг полыхнули огнём довольства.

— Договор, — прошелестел он, пожимая мою ладонь.

Мимолётно улыбнувшись, я ощутил, как дрогнуло сердце.

Сейчас.

Левая рука была выброшена, как гарпун. В запястье крепко удерживаемой руки Хранителя вонзился усиленный Аурой шприц. Самый банальный и простой, с толстенной иглой, ибо в это время ещё не умели делать тонкие.

Большой палец нажал на поршень, с влажным хлюпом вливая в ту чёртову чёрную бурду, — которая булькает в теле Умершего Бога вместо крови, — поток яда, смешанного с перетёртой Хриосой. И добавлением концентрированной дозы подавителей Ауры.

Белёсые бельма Хранителя на миг стали почти живыми и резко расширились — вряд ли от боли, скорее, а от внезапного осознания: его лишили сразу двух козырей. Ха! Удар обычной Хриосой не помешал бы ему использовать Ауру, а потом умудриться выскользнуть из моей хватки, отделавшись раной. Именно поэтому я применил трюк Гончих: подмешал порошок Хриосы в яд. Подавители Ауры же мы добавили туда сугубо за компанию, чтобы коктейль вышел ну совсем убойным.

Дёрнувшись, Хранитель отпрянул — я позволил этому случится, — а Годарт уже летел вперёд, занося над головой секиру.

Боги благослови Ребиса и его Ложную Цель! Я специально не прятал себя Аурой, специально неспешно шёл через весь город, специально просил Годарта делать также…

Лишь чтобы успокоить Умершего и его, зуб даю, охренительную паранойю. Потому что не бывает людей, доросших до столь высокого уровня, которые не стали бы параноиками!

И это получилось. В момент, когда я впрыскивал в запястье Хранителя смесь ядов, его Аура Наблюдения должна была продолжать демонстрировать спокойное и безоблачное будущее — рукопожатие, улыбки, слова о начале сотрудничества.

Но нет. Теперь Умерший Бог защищался от атак Годарта, а мелькающие вдали мухи — мои, но вместе с тем и не мои, — попросту упали на землю.

Я надеялся, контроль вернётся ко мне, но… видать сукин сын изменил их своей сраной чернотой и теперь они не считаются моими. Пожалуй это даже хорошо. Я бы всё равно уничтожил их после такого. Сугубо на всякий случай.

— Глупцы, — лицо Умершего, который сумел парировать последний удар майора, пинком отбросив его от себя, сохраняло спокойствие, но голос уже не был столь… инертным. — Попытка отравить? Я ожидал большего. На меня не действует яд. Моя кровь — это яд. Я живу в яде. Любые попытки… — и замер.

— О, только сейчас окончательно понял, да? — наклонил я голову. — Хриоса, друг мой. Порошок Хриосы. Тебе придётся долго… м-м… ждать, чтобы очиститься естественным способом. И даже тогда будет риск, что какие-то крошки останутся в теле, продолжая ослаблять контроль.

— Это из-за сес…

С боевым кличем Годарт насел на Хранителя с фланга.

«Сес»? — мелькнула у меня короткая мысль, когда я поддержал майора. Даже без сверхсил Запретного Плода этот ублюдок не тот, с кем можно расслабиться. Хотя, Наршгал всемогущий, как же я рад тому, что дура-Изиза попалась столь вовремя! Её Хриоса сохранила мне кучу нервов и сил. А может и жизнь, чего уж.