Сердце отваги измеряется численностью. Книга 6 (СИ), стр. 35

«Ауру по телу. Выпрямить спину. Не следует хромать. Ощупывай дорогу Наблюдением. Ставь ногу так, чтобы не запнуться и не наступить на камешек. Изображай холодность и каплю надменности. Ты знаешь себе цену. И ты недовольна. В меру».

Подойдя ближе, Вета заметила в пыли нечёткие следы. Недавно тут кто-то был. И этот кто-то продолжает скрываться.

— Заблудилась? — прозвучал голос откуда-то слева.

Девушка обернулась, нахмурилась.

— Иаланта? — припомнила она имя, заметив помощницу Вейлана, сидящую на колченогом табурете под тенью навеса. Рядом стояла початая бутылка вина. В дощатый пол была воткнута тонкая рапира.

— Проходи, выпей, — предложила Иаланта. — Выбор не велик, но здесь и не придорожная таверна.

Наклонившись, она подняла с пола бутылку и поставила на столик.

Вета неуверенно шагнула ближе, предварительно оглянувшись.

Она всю дорогу продумывала, как пройдёт их с Вейланом свидание, однако даже не предполагала присутствие на нём кого-то ещё. Особенно второго посла!

— Ты здесь одна? — спросила она Иаланту, натянув на лицо вежливую улыбку. Дождавшись утвердительного кивка, девушка недоумевающе замерла. — Очень… странно. Я получила письмо от Вейлана. Он назначил здесь… — Вета вздохнула, — встречу.

«Слово подобрано нейтрально, но неудачно», — поняла она, увидев насмешливую улыбку на губах Иаланты.

— Да неужто? — Иаланта поднялась со стула, щёлкая застёжкой плаща и оставляя его на столе.

Лишь сейчас Вета заметила, что одета она была… по-походному. Льняная рубаха с широкими рукавами, собранными у запястий, тонкие штаны из той же ткани, заправленные в высокие сапоги с мягкими голенищами. Поверх рубахи — короткий дублет из тонкой, без подкладки, кожи. Волосы уложены в пучок.

Нахмурившись, Вета осознала, что совершенно безоружна. Нет, Аура легко позволяла драться даже голыми руками, но…

«Ошибка».

— Тебя ведь зовут Вета Бурс, правильно? — зачем-то уточнила Иаланта, вытаскивая из пола рапиру и… убирая её в ножны.

— Да. Не имею чести знать полное…

— Ну, это точно, — оборвала она её. — Между тем, никакого Вейлана здесь нет. Более того — он не придёт.

Глаза Иаланты сверкнули странным холодным блеском.

— Что это значит? — напряглась Вета, уже более осмысленно напитывая тело Аурой, попутно концентрируя её на женщине, стоявшей напротив.

— Это я пригласила тебя сюда.

— Зачем?

— Пообщаться без лишних свидетелей. Видишь ли, ты, Вета, в каком-то смысле культовая личность в наших краях. Соблазнительница мужчин, от которой все они без ума.

— Боюсь, — процедила Вета, — я не понимаю, о чём ты толкуешь. Каких ещё мужчин?

— Самых важных. Я бы сказала, ключевых, — слабо улыбнулась Иаланта. — Ребис, Загрейн, теперь вот, Вейлан. Наверное я кого-то пропустила? Плохо помню, вроде бы ещё пара имён? — она наклонила голову. — Но неважно. Да, Вета, я своими глазами видела, во что превращаются… м-м… отвергнутые тобой.

Теперь Иаланта действительно улыбалась, как будто воспоминания породили волну ностальгии; однако глаза оставались холодными, сверкающими, как остриё клинка.

— Ночь за ночью, Вета, я вижу картину, как этот человек… убивается в бесконечных мольбах. В том числе и о тебе.

— Я не несу ответственности за бредни Ребиса, — сухо ответила Вета. Память подкинула ей воспоминания о его поползновениях в её сторону. И на краткий миг лицо девушки перекосилось от отвращения. К тому, во что превратился её давний друг детства.

— Это были не бредни, Вета. Погружение в память, — пояснила Иаланта, поигрывая пальцами на рукояти рапиры. — Он весьма точен, знаешь ли… Хотя откуда бы тебе знать, ведь ты никогда даже не интересовалось, каково ему сейчас. Тебе было всё равно, что человек, который вот-вот станет управлять всем Миизаром, возможно, сходит с ума прямо в данный момент. Куда интереснее тебе было продолжать играть, словно бабочка порхая с цветка на цветок. С одного брата на другого, а потом и дальше. Почему был пропущен Себб, Вета? Он оказался недостаточно силён?

— Кажется я начала понимать суть претензий…

— Лишь сейчас? Неужто я была недостаточно откровенна и открыта? — взмахнула Иаланта руками.

«Проклятье! Я повелась, как деревенская дура! Будто бы и не было этих лет, во время которых пришлось мотаться по всему Миизару, заниматься вербовкой, шпионажем и, боги, даже убийствами. Будто не прорабатывала с Годартом всяких планов и не выслушала от него под сотню историй!»

— И какой же твой интерес во всём этом? — открыто спросила Вета.

— Я не хочу, чтобы ты продолжала свою игру. Этого достаточно?

Всё было буквально написано в глазах Иаланты. Вета припомнила, что о ней говорил Вейлан, когда они общались. Не то чтобы речь часто заходила о его помощнице, но мельком, пару раз, так точно.

Её не просто так прозвали Кровавой Розой. Она умела и любила убивать.

— Кажется, — продолжила Иаланта, — наша взаимная проблема имеет лишь один путь решения.

Она грубо хохотнула.

— Хотя когда ты сказала, что «поняла суть претензий», я было посчитала, что «та самая Вета», о которой с таким придыханием говорил каждый второй человек в Худросе поджала хвост между ног и мечтает быстрее уползти по дороге. Возможно, я бы даже позволила это, ведь очевидно, что после такого щелчка по носу твоё поведение существенно изменилось бы.

Вета промолчала, уже не видя смысла продолжать болтовню. Также она прекрасно осознавала: шансов решить ситуацию миром не было изначально.

— Само собой, — разглагольствовала Иаланта, — теперь я не допущу подобного развития событий. Так что у нас с тобой не остаётся иного пути, Вета. Смутно припоминаю, что о тебе отзывались, как о хорошей воительнице. — Она обвела взглядом заброшенный пыльный карьер и заходящее солнце, освещающее его красно-оранжевым светом. — Место кажется подходящим. Жаль, нет зрителей, но на то и был расчёт. Не хочу отвлекаться.

— Прекрасное приглашение, — процедила Вета, попутно обдумывая, можно ли использовать в качестве оружия хоть что-то из подручных предметов? Нет, она не взяла с собой ничего, но если поблизости найдётся хотя бы кочерга или, чёрт с ней, забытая лопата?.. — От женщины, которая начала ревновать к более молодой и красивой сопернице, показавшейся на горизонте.

— Если это попытка вывести меня из себя, то жалкая. Думаешь, я не знаю всех трюков? Боги, девчонка, тебе ещё расти и расти. Может, по сравнению с только что открывшими Ауру воителями ты и можешь показать уровень, но меня тренировал лично Амонатор Зальтек. Ах, жаль, что тебя нельзя будет оставить в живых, просто изрезав лицо. Поверь, меня утешило бы это.

— А меня нет.

— Тебе туфли жмут? Такие странные движения…

— Нет.

— Оу, значит это просто нервы… Или… э-э… туалет? Я могу подождать. Правда буду смотреть. Не из желания, конечно, а чтобы ты не сбежала. Это будет жалкая, но неприятная попытка.

Подувший ветер поднял небольшое облачко песка и пыли. Карьер наливался тенями. Камни, выбеленные дневным зноем, теперь казались серыми костями, торчащими из земли. Где-то очень далеко — в Худросе, — прозвенел колокол.

— Ребис, — заговорила Вета, словно бы оттягивая начало смертельной схватки, — зачем он тебе?

— Снова попытка спровоцировать?

— Нет, я серьёзно. Он сумасшедший. Ты должна это понимать, если и правда… решилась спать с ним.

— Не более сумасшедший, чем все мы. Или думаешь, Вейлан не имеет своих тёмных секретиков? Я знаю его более десяти лет. Хочешь я расскажу что-нибудь? Развлеку тебя и себя напоследок.

— К чему это предложение? — нахмурилась она.

— Потому что я сделала ставку, — оскалилась Иаланта. — Она или выиграет, или проиграет. Что там, что там, мне уже будет не до таких мелочей, как Вейлан.

— Пожалуй, воздержусь. Мне неинтересно.

— Правда? Я надеюсь это не станет твоим оправданием… в возможном будущем. Ужасно, как любая мерзкая подробность, сколь угодно личная и тайная, покидает огороженный мир знати и несётся крылатым семенем вниз — к простым низкорождённым людям. Ты уверена, что не хочешь слышать? А как же твоё чувство чести?