Гимн шута XXV (СИ), стр. 25

— Да, господин, — склонил голову Кондрат соглашаясь. — Но указанный спикером склад до сих пор относится к воеводству, а это государевы земли. Никто не стремится сразу после операции сложить голову, поэтому наёмники хотят убедиться, что заказчик сможет обеспечить их защиту и эвакуацию.

Дмитрий Яковлевич рухнул обратно в тяжёлое кожаное кресло, раздумывая над сложившейся ситуацией. Чёртов Аверьянов сильно связал ему руки внутри здания. Найти новых исполнителей сейчас фактически невозможно. Будь бы у него время… Пока же Биржа не примет заказ, а официальный наёмный отряд ни за что не выступит против человека императорской семьи, даже если тот уже мёртв. Да и нанять специалистов после демарша «Чёрных ящериц» будет ой как сложно. Восстановление позиций потребует денег, связей и несколько месяцев вдумчивой напряжённой работы. Ничего из вышеперечисленного у хозяина кабинета на данный момент не было.

— Чего же они хотят? — рыкнул негромко Кардинал.

Ему была дика сама мысль, что приходится вести переговоры с какими-то туземными… Нет, даже не царьками. Скорее, полевыми командирами.

Однако и бывшего спикера надо было вытаскивать в любом случае. «Чёрная касса» сильно укрепит его позиции, и с такими деньгами наём специалистов пройдёт куда быстрее. Если данные о счетах верны, то даже в случае обвинения в будущем он сможет поставить такой ультиматум, что никто из клана и вякнуть не посмеет. Слишком уж дорогой выйдет цена его устранения. Фактически он мог создать свою теневую армию. И за эти деньги во вполне приемлемые сроки. Пусть тогда Аверьянов доказывает его вину. Всё равно никто не посмеет привести приговор в исполнение. Даже шеф, неожиданно выступивший против него.

Патрон, кстати, после полученного ультиматума на связь не выходил. Чью сторону он примет под присягой — вопрос открытый. Да и свои возможности во время разговора Дмитрий Яковлевич сильно преувеличил. Не так уж и много у него прямых доказательств взаимодействия с одним из первых лиц клана. Да, тень бросить на репутацию шефа он сможет. Но потопить или «сковырнуть» — очень вряд ли.

Весь расчёт строился на том, что бывший покровитель не знал, что именно на руках у Кардинала.

— Так что мне им ответить? — напомнил о себе Кондрат.

Дмитрий Яковлевич откинулся в кресле, прикрыв глаза. В голове шумело. Не от усталости — от количества информации, которую приходилось держать в уме одновременно. Трибунал. Шеф. Аверьянов. Спикер. Кондрат. Наёмники. Всё это сплеталось в тугой узел, который с каждым часом затягивался всё сильнее. Поборов желание вызвать целителя, хозяин кабинета потянулся к ящику стола и достал блистер с яркими таблетками. Часть из них уже была выпита раньше. В последнее время «небожителю» приходилось обращаться к лекарствам всё чаще.

Он открыл глаза и посмотрел на помощника. Кондрат стоял ровно, не шевелясь, как и подобает хорошему слуге. Но что-то в нём было не так. Дмитрий Яковлевич не мог чётко сказать, что именно его беспокоит. Быть может, взгляд. Слишком уж он спокойный. Или дело в чуть более расслабленной позе?

«Показалось», — решил Дмитрий Яковлевич и отвернулся, смерив взглядом оставшуюся на сегодня стопку листов с графой «на подпись». Но неприятный осадок отчего-то никак не желал уходить. Наверное, он просто устал.

Встряхнув головой, «небожитель» выкинул все лишние мысли из черепной коробки.

Время поджимало. До начала трибунала оставалось всего шесть часов. Сейчас в регионе кризис, который ханьские партнёры традиционно считают временем как опасности, так и возможностей. В общем, если проводить авантюрную молниеносную операцию, то именно сейчас.

— Как ты видишь решение этой проблемы? — спросил хозяин кабинета, вперив взгляд в своего помощника.

Задав вопрос, Дмитрий Яковлевич невольно задумался: а почему его вообще интересует мнение слуги? Врать себе он не привык (в отличие от искренних заблуждений и когнитивных искажений), так что тут же сам себе и ответил: Кондрат умён. Так почему же Кардинал раньше не то чтобы этого не замечал, но не акцентировал на этом моменте внимания? Очередной ответ заставил задуматься ещё сильнее: раньше помощник не дожидался прямого требования сюзерена поделиться своим мнением, а потому воспринимался как продолжение собственных размышлений.

— Личный приказ, — прервал цепочку логических выводов господина Кондрат.

Волконский задумался. Подписанный кровью документ может стать уликой в любой момент. Однако так ли это важно, если ему на пятки уже наступают чёртовы ищейки? Сейчас необходимо выиграть время и срочно нарастить силовой ресурс взамен утраченного. Тогда можно будет ещё побороться. В истории Волконских бывали случаи, когда Трибунал выносил решение об оправдании только потому, что исполнение приговора могло обернуться большой кровью. Старейшины выбирали малое зло в противовес полноценной междоусобной войне. Однако для этого нужно быть очень-очень сильным.

Кондрат чуть подался вперёд. Дмитрий Яковлевич заметил движение и вопросительно уставился на помощника.

— Что-то ещё? — уточнил он с лёгким напряжением в голосе.

К сожалению, в последнее время новости радовали его не сильно.

— Они настаивают на прямой связи, во время которой будет подписан контракт, — ровно произнёс помощник, глядя в невидимую остальному миру точку перед собой.

Тяжёлый кулак упал на столешницу, заставив ручку скатиться на пол. Однако поклонник порядка Кардинал даже не обратил на это внимания.

— Псы, — выдохнул он презрительно.

Сама мысль, что ему не оставляют выбора какие-то «дикие гуси», вызывала неконтролируемый приступ ярости. Однако сейчас именно эти шавки были способны спасти его от безвыходной, казалось бы, ситуации.

Так что же делать? Рациональная часть оказалась сильнее сиюминутных желаний: сейчас согласиться на условия. А уязвлённую гордость можно будет потешить и позже, когда удастся закрыть силовой ресурс. Тогда эти черви, посмевшие ставить ему условия, отправятся в заранее списанные потери.

— Сколько времени нужно для установки телемоста? — негромко спросил хозяин кабинета, принимая окончательное решение.

Несколько секунд помощник размышлял.

— Будет готово через пять минут, — поклонился Кондрат.

Иначе скрыть блеснувшие торжеством глаза ему было бы очень сложно. Сюзерен поступил именно так, как он и ожидал. Да, эта видеозапись и даже документ сегодня наверняка не свалят его патрона. Однако чем больше точек уязвимости Дмитрий Яковлевич оставит сейчас, тем выше шансы воспользоваться ими в будущем. Помощник не рассчитывал на скорый результат. Однако он всегда умел ждать и побеждать. Возможно, лет через пятнадцать или двадцать… Неважно. Главное, Кондрат заставит именно этого Волконского заплатить за всё, что тот сделал.

— Готовь мост! — буркнул хозяин кабинета, отворачиваясь к бумагам.

В этот раз он даже не поскупился на ленивый взмах рукой. Свободен, мол! И тут же потерял интерес к помощнику, погружаясь в миг цифр, графиков и колонок «Итого».

Созданная им сеть требовала управления, монотонной и скучной кропотливой работы, которую не на кого было свалить.

— Слушаюсь, — кинул Кондрат и направился к шкафу.

Буквально через секунду он достал из него небольшой чемоданчик, положив его на рабочий стол перед господином.

— Прошу пароль, — негромко начал процедуру активации сложной аппаратуры ЗАС.

— Девяносто полста десять, — скороговоркой выдохнул Дмитрий Яковлевич, не отрывая взгляда от очередного листа.

Кондрат быстро ввёл полученный код на боковой панели. Щёлкнули замки. Откинув крышку, мужчина поднял монитор блока спецсвязи и развернул его к сюзерену. Сам же он достал из бокового кармана чемоданчика небольшой планшет и принялся вбивать данные собеседников. За время его манипуляций Дмитрий Яковлевич успел просмотреть ещё три документа и поставить под ними свои подписи.

— Всё готово, господин. Могу я начать устанавливать соединение?

— Работай, — коротко скомандовал Кардинал.