Materia Prima 1-8. Компиляция (СИ), стр. 350

— При всём уважении, командующий… — Дейв снова облизнул губы, тщательно подбирая каждое слово. — У Рейна в особняке есть собственный древний портал.

— Уничтожь.

— Не могу. Он находится в подвальных помещениях. Если я попытаюсь туда проникнуть, то скорее всего просто умру. Там древние защитные технологии. Туда не могут войти даже приближенные Рейна. И если Рейн вернётся в особняк и увидит, что что-то не так, он может просто сбежать. На другой конец континента или обратно в глубину. Портал точно такое позволяет.

— Так… Что ты предлагаешь?

— Особняк в осаде. Он будет спокоен, если увидит, что оборона держится, а люди в целости. Тогда ему будет что терять. Я смогу подготовить команду захвата, усыпить его бдительность и… если не схватить Рейна, то не пустить его к порталу точно.

— Звучит просто прекрасно, Карли. Что тебе для этого нужно?

— Ресурсы. Мне нужен прямой и безопасный проход в Алеппо и обратно. Тогда я смогу взять с собой верных людей, артефакты, эйб. Я подготовлю всё в лучшем виде.

— Хорошо. У тебя будет проход. Сколько людей уйдёт из особняка, столько же должно будет вернуться. В остальном… Тащи всё, что захочешь. Если в Алеппо возникнут трудности, просто скажи. Думаю, мы легко их решим.

— Благодарю, командующий, — вновь поклонился Дейв. — Если на этом всё, я готов приступать немедленно.

— Можешь идти, Карли. И помни: пока ты выполняешь свою часть уговора, никто тебя не тронет. Ты можешь спокойно ходить, где тебе захочется. Но всё же постарайся не подходить к моим солдатам слишком близко. У них… Своеобразные рефлексы. А в остальном все земли от Алеппо до Бескрайнего Моря в твоем распоряжении.

Дейв ещё раз поблагодарил, поклонился и вышел из шатра. Борроуз задумчиво побарабанил пальцами по столу, как из глубины шатра раздался недовольный голос:

— Не стоит обещать то, чего не сможешь исполнить.

— Я сказал, что мне не нужен особняк. И что никто из моих подчинённых его не тронет. Про верховного паладина Эбола речи не было, Маркус.

— Гнилой до глубины души, как и все отродья Морты, — сплюнул паладин.

— Не переживай. У нас идеальный союз. Тебе нужны реликвии и Рейн, мне нужна филактерия и сильные воины в армию. Этот старик играет на руку нам обоим.

— Я могу забрать реликвии прямо сейчас. Я чую их даже отсюда.

— Мы оба знаем, чем являются реликвии на самом деле, Маркус. Запретный плод. И мы оба знаем, что в руках Рейна они каким-то образом становятся сильнее. Чем дольше старик будет их использовать, тем мощнее они станут. Ты вернёшь своему богу не просто реликвии, ты станешь тем, кто возведёт церковь Эбола на новый уровень. Возможно, даже возвысишь его над остальными из Семерых.

— В чём тут твой интерес, я не понимаю. Ты же тоже служишь Морте, какой ей прок в усилении Эбола?

— Мой господин не враг твоему. Да, у него были договоренности с богиней Мортой, но они уже давно завершились. Сейчас он сам по себе. И у него свои цели, которые никак не пересекаются с интересами Эбола. И чем больше этот старик притащит спиритов в особняк, тем сильнее станет мое пополнение. Все в плюсе.

— Видел я твоего господина. И как его уделала пачка разодетых клоунов.

— Ты и сам приложил к этому руку.

— Не люблю нежить, не люблю старых богов, не люблю драконов. А когда это всё вместе, ой-ей… Каюсь, не смог удержаться.

— Слышу довольство в твоём голосе. Не переживай, мой господин быстро восстанавливает силы, пожирая отродья глубины. Главное, не забывай о нашем договоре. Мне нужна филактерия и тело Рейна. Или то, что от него останется. Остальное — твоё.

Глава 13

Активирую протокол «Еп твою мать!!!» с тремя восклицательными знаками

Гора каменного духа осталась за спиной. И разбить под ней лагерь оказалось лучшим решением, если не жизни, то последних дней точно. Вырубился, как младенец, а глаза разлепил уже под самое утро.

Очень интересным было пробуждение. Оказалось, что мы спали на пятачке земли, а вокруг нас образовался скальный настил. И до следующей земли было порядка десяти метров. Я так и не понял, пытался дух нас окружить и сожрать или просто охранял. Скорее второе, ведь мы всё ещё живы.

После завтрака пришлось как-то выбираться, чтобы не наступить на камень. Изначально я планировал взять Субботу на руки, чтобы уйти скачком. Но пёс брыкался и злился, и даже когда мне удалось его подхватить, отчётливый хруст позвонков сообщил, что в плане идей мне еще есть куда расти.

Курама смотрел на это всё молча, но я уверен, что зараза улыбался во все тридцать два. После чего начертил печать невесомости, и нас буквально сдуло по воздуху метров на пятьдесят.

— А сразу не мог? — спросил я.

— Пришлось долго вспоминать порядок рун. Никогда раньше ей не пользовался, слишком медленная для боя. И утащить может в любую сторону.

Ага, вспоминал он, как же. Охотно верю. Но так-то удобная штука. Полсотни метров, у меня скачок добивает максимум на двадцать-двадцать пять.

Отсюда были видны сразу три прокола. Ближайший был групповым, очень большим на полноценный отряд дайверов. Его я сразу отмёл, рядом с такими обычно самые опасные твари и ошиваются. Из тех, что могут чуять близость прокола и знают, что вкусные мясистые человечки рано или поздно появятся неподалёку.

Два других были малыми и располагались примерно в одном направлении. Это не был город, это было кладбище кораблей. Десятки древних посудин ржавели, уткнувшись носами в песок. Длинные, пузатые, покрытые рыжеватыми кораллами, иногда они стояли прямо, словно бы плыли в песках, но в этом месте решили остановиться.

Самое необычное, что корабли смотрели носами в разные стороны. Причём некоторые будто бы пытались таранить друг друга или вообще шли в лобовое столкновение.

Странное местечко. Причём все суда были гражданскими, ни одного боевого корабля я не видел. Возле некоторых заметил разодранные контейнеры, повсюду валялись ящики, на землю даже скинули старую мебель, включая диваны.

Это явно следы людей. Так между двумя близкими кораблями был натянут полноценный тент, в тени которого я заметил несколько палаток со спальными местами. Всё давно покосилось, проржавело, тент потрепало временем и ветром так, что огромных дыр там больше, чем ткани. Но очевидно, что много лет назад здесь был человеческий лагерь.

Заходить туда мы не стали, не было такой цели. Вместо этого направились прямиком к проколу. Пространственные искажения тянулись вверх от небольшого сухогруза, от которого осталась лишь половина. Словно бы стая гигантских муравьёв разобрала и растащила судно по кусочкам.

— Как думаешь, что тут могло произойти? — спросил Курама. — Это же корабли? Которые плавали по воде.

Я тоже размышлял об этом месте, честно говоря. Первая мысль, что мы идём по высохшему дну моря или океана, не выдерживала никакой критики. Суда были только тут, в зоне радиусом в несколько километров. И больше нигде вокруг.

Даже если бы море мельчало постепенно, эта точка не была какой-то низиной, где они могли скопиться.

Вторым контраргументом было состояние судов. Да, они все годились на металлолом, но в разной степени. Чем ближе мы продвигались к проколу, тем очевидней становилась разница. Если на краю зоны борта были ржавыми и покрытыми наростами, то здесь их словно тля сожрала. Корпуса зияли дырами, а на песок вывалились механические внутренности мёртвых гигантов.

— Пространственная аномалия, — предположил я. — Не местная, а где-то на поверхности. Может быть, там тоже они встречались, просто мы их не находили. А может быть, она происходит отсюда и тянется аж через весь первый слой.

— Думаешь, корабли сюда затянуло? Хм… Эта теория выглядит странно, но логично.

Мы прошли мимо того, что раньше было небольшим самолётом. На носу болтался, поскрипывая, обломок винта. От сигарообразного корпуса остался лишь огрызок, но неподалёку я заметил обломок крыла.

Стекло кабины разбито, но внутри никого не было, разумеется.