Materia Prima 1-8. Компиляция (СИ), стр. 32

Вместо этого бедолага налетел на мой кулак, да так на нем и остался на мгновение. Удар получился таким, что парень на секунду повис на моей руке, оторвавшись от пола.

Зато Лихой оказался не так прост. Он выпихнул подельника не для защиты, а чтобы отвлечь мое внимание. И сам атаковал в тот же момент. Я сразу оценил стойку и четкие выверенные удары. Лихой умел драться, стоило это признать.

Первый боковой попал мне в челюсть. Я просто банально не успел на него среагировать. Но боли нет, Четверг об этом позаботился, так что и никакой растерянности не было.

Второй удар я заблокировал, под третий хук поднырнул, от апперкота увернулся, отклонив корпус. Два удара в ответ, прямой в челюсть и в корпус.

Лихой заблокировал оба и бросился на меня. Повалил, налег всей массой и принялся осыпать ударами с такой яростью, что мне оставалось лишь закрыть голову руками и защищаться.

Зато стало понятно, как этот ублюдок стал местным воротилой. Он такой же как я. В смысле, что он тоже был в глубине и выбрался живым. Теперь, благодаря Четвергу, я видел легкое сияние его ауры. Один заход, судя по насыщенности.

Это давало ему силу и вкупе с кое-какими бойцовскими навыками превращало в довольно опасного противника. Опасного по меркам и так запуганного сломленного мяса, а я себя к таким не мог причислить.

Выдержав шквал атак, заметил, как Лихой начал выдыхаться. Может когда-то он и был грозным бойцом, но сытая жизнь в роли главаря жилмодуля, достаток пищи и доступ к самогону сделали свое дело. Уверен, он даже работает чисто формально.

Ему не нужно пахать на смене, для этого есть рабы, с которых он трясет дань. Наверняка хватает и на сытую жизнь, и на погашение процентов, чтобы оставаться всегда в желтой зоне.

Так что сейчас на мне сидел не матерый ублюдок, а обрюзгший, тяжело дышащий, раскрасневшийся кусок мяса. И в этот момент он совершил ошибку.

Нанес удар, но потерял равновесие. Я изогнулся, уводя голову в сторону, кулак Лихого бьет в пол, его голова наклоняется слишком близко. Бить кулаками из моего положения было трудно, потому я нанес удар локтем в челюсть. Один, второй, третий. Враг поплыл, я схватил его за шиворот и сбросил с себя.

В одно мгновение мы поменялись местами и уже я начал вбивать ублюдку лицо. Это длилось недолго, я тщательно контролировал дыхание и силу удара. Потому что запомнил главное правило. Мясо должно работать, тогда ко мне не будет никаких претензий.

Я мог бы забить его до смерти, учитывая, что он хотел со мной сделать и обязательно сделал бы, будь такая возможность. Но ограничился тем, что отпечатал на его роже новое правило жилмодуля номер семь.

«Не суйся к разноглазому психопату — целее будешь».

Остановившись, встал и огляделся. Трое шавок Лихого уже пришли в себя и с ужасом смотрели, как с моих кулаков стекает кровь их босса. Нападать никто и не думал.

— Взяли это тело и выволокли на улицу. Как очнется, объясните, что теперь ОН моя сучка. И вы все тоже. Сегодня ночуете на улице, но перед этим чтоб убрали здесь все.

Я указал на разводы на полу, но решил, что этого будет недостаточно. Подошел к здоровяку со сломанным носом, который был правой рукой Лихого. Тот замер, глядя на меня, как на чудовище.

Я же демонстративно вытер руки о его рубашку и посмотрел мужику прямо в глаза.

— Следишь за исполнением. Спрошу с тебя лично. Как закончите с уборкой, соберешь со всей шайки кредиты и принесешь мне.

Тот лишь коротко кивнул и шумно выдохнул, когда я отвернулся, потеряв к нему всякий интерес.

Направился в обустроенный уголок банды и тут же обнаружил еще один сюрприз. Обнаженная девушка лежала в призывной позе прямо на нижней кровати. Уголок был обтянут простынями, отгораживающими место от остальной части модуля, так что до этого я брюнетку не видел.

Девушка медленно поглаживала себя по оголенному бедру, глядя на меня со странной смесью страха и предвкушения. Я же устало оглядел ее худую фигурку и лишь покачал головой.

— Одевайся и вали к себе, — произнес я.

— Нет, — получил я неожиданный ответ, а в глазах девчушки появился настоящий ужас.

— Да никто тебя не тронет. Вали давай.

— Нет. Трахни меня, — произнесла девушка. Причем сказано это было каким-то будничным тоном.

— Чего? — потерял я дар речи от такого предложения. — Ты нормальная вообще?

— Ты побил Лихого, значит ты теперь старший. Ты все равно будешь трахать кого-нибудь, а у меня опыта много, я много чего умею. Так что лучше меня, чем их.

— Да с чего бы… Чего… Зачем тебе это? — наконец я смог привести мысли в порядок и сформулировать вопрос.

— В смысле? — она посмотрела на меня так, будто я сморозил какую-то очевидную глупость. — Еда. Ты меня кормишь и имеешь когда хочешь.

— Ты спишь за еду? — изогнул я бровь.

Нет, я знаю, что в моем мире хватало девушек, которые занимались этим за деньги или могли переспать с кем-нибудь просто за новенькую модель нейродеки. Но за еду… Вот отличный пример того, как на самом деле работает инфляция.

— Все крутятся как могут, — пожала плечиками девушка. — Это лучше, чем таскать железо или туши монстров в цехах. Я беру не много, пару галет с паштетом. За хороший отсос мне еще наливали, но я не требовательная.

Посмотрел на девушку новым взглядом. Желания не возникло никакого, зато я сразу прикинул, каким букетом может меня наградить такая особа. А медкапсулы, чтобы все это вылечить, я пока не видел.

Посмотрел на ящик с листом жести, заменявшим вертухаям стол. Еды тут хватало, но девчонка сама ничего не трогала. Боялась.

Взял открытую пачку галет, намазал их паштетом, добавил кусок сухой потемневшей колбасы и всучил все девчонке.

— Сегодня бесплатно. Одевайся и вали.

Девушка лишь безразлично пожала плечиками, быстро взяла свои вещи в охапку и пошла в жилмодуль. Нагота ее никак не смущала, скорее даже боялась, что я вдруг передумаю.

— Позови Соломона. Это старик в дальнем…

— Я знаю, сейчас.

Я уселся в единственное кресло. Обшарпанное, драное, десять раз штопаное и прикрытое простыней, на которой уже начали проступать мутные разводы. Но это было кресло. Довольно мягкое и относительно удобное. Роскошь по местным меркам.

Вскоре показался старик, посмотрел на меня, на ублюдков, что спешно оттирали пол после нашей драки. Улыбнулся.

— Садись, — указал я на койку, которая была ближе всего к столу. — Организуешь нам пожрать? Поищи, может там запасы какие имеются.

— Да здравствует дракон, да? — хитро улыбнулся Соломон. — Или прикажешь разделить еду между всеми? Лихой под этими лозунгами и начал переворот.

— Он начал переворот, потому что вернулся с глубины и почувствовал силу.

— Откуда узнал? Я вроде не говорил.

— Рыбак рыбака видит издалека. Так у нас говорят.

— У вас? — зацепился за слово Соломон.

— Эй, — внезапно в наш разговор вмешался новый голос.

В закуток вошла девушка и уставилась на нас, скрестив руки на груди. Смерила меня долгим взглядом, а я наконец понял, что смотрю на свою недавнюю соседку. Ее койка была над Соломоном.

— Спать с тобой не буду, — резко заявила она. — Но если не заделишься, то очень пожалеешь.

Первой мыслью было разочарование. Несмотря на недовольную мордаху, фигурка у нее довольно соблазнительная. Да и личико милое. Ее бы отмыть, причесать, откормить, отпоить и даже косметика не нужна будет.

Девушка поняла мое молчание по-своему, а потому добавила:

— Или ты думаешь, я просто так сиськи мяла перед смотрителями, пока ты свой нож пытался спрятать?

— Садись, садись, — улыбнулся я. — Сейчас Соломон все честно поделит. Если кто хочет сивуху, я не претендую.

— Это ты зря, — в глазах старика заплясали искорки при виде бутылки с мутной жидкостью.

Следом пришел побитый бугай и протянул мне руку с браслетом. Я кивнул на старика и мужик перекинул ему все свободные кредиты, после чего скрылся, придерживая разбитую челюсть.

— Жестко ты с ними, — произнес Соломон, намазывая паштет на галеты. — Лихой подчиняться не станет, остальных еще может подомнешь под себя.