Materia Prima 1-8. Компиляция (СИ), стр. 24

Попробовал представить, и у меня в руках тут же появился белый батончик синтетического пищевого блока из моего старого мира. Спустя несколько попыток нож принял форму обычного деревянного бруска. До этого пытался сделать из него веревку, было бы удобно намотать на запястье, но не получилось. При этом тактильные ощущения менялись вместе с визуальными. Разве что вес оставался прежним, либо я просто не ощущал разницу.

Спрятав «деревяшку» в карман, я посмотрел вверх. Оттуда как раз показалась троица наемников. Недоверчиво глянули на меня, и сурового вида мужик с копьем молча кивнул на проход, чтобы я шел первым.

Пожав плечами, шагнул обратно в подвал, но на этот раз все было тихо и спокойно. Цветочница вновь создала лозы со светящимися цветками и посмотрела на меня.

— Не управишься за час, дальше будешь в темноте таскать.

После чего удалилась куда-то наверх. Мы с мясом и наемниками принялись таскать из подвала ящики. Весь подвал был одним большим складом, разбитым на секции-помещения. Я сразу вызвался таскать из дальней части, на что надо мной лишь посмеялись.

Мол, дальше ходить придется. Но никто не был против. А я лишь отметил про себя средний уровень интеллекта в команде, остановившийся перед непреодолимым барьером, отличавшим обезьяну от камушка. Пока эти дебилы сделают три ходки вверх по лестнице, я успею притащить всего один предмет из дальних комнат.

Тащили не все подряд. Ящики с тряпьем, досками, хозяйственным инвентарем и прочий хлам с ветошью не трогали. Интерес представляли только полноценные предметы: картины, статуэтки, металлические пластины, кувшины, графины, гобелены с рисунками, медальоны, драгоценности, декоративное оружие и так далее. Что-то простое-бытовое можно было не брать.

Дойдя до дальней комнаты, я обнаружил торчащее из-под простыни тело. Рядом лежали ящики с ветошью. Простыни, наволочки и прочее белье. Быстро вытащив все, разбросал их по комнате, будто бы все проверил и не нашел ничего интересного. Заодно и прикрыл тело как положено.

Не удержался и все же заглянул под простыню. Тело мужчины было сморщено и скукожено, будто из него все соки высосали. Кожа бледная, человека он напоминал лишь отдаленно. Но вглядевшись в лицо, я заметил знакомые черты. Аккуратные ухоженные усы, выбритое лицо, уложенные набок волосы, ровная стрижка…

Не хватало только серого костюма и бежевого плаща. Трость я уже нашел, а вот куда делось остальное? Мертвый человек — турист, вошедший в глубину вместе с нами. Не удивлюсь, если окажется, что женский шепот принадлежал его спутнице с зонтиком. Вопрос лишь в том, где она сама?

В подвале ее не было, мимо меня пройти не могла. И другой вопрос: почему среди всего отряда она светилась эйбом ярче всех, а в темноте не было никакой ауры? Эйб-энергию можно как-то маскировать? Если да, значит, не я один могу ее видеть.

Или, может, в подвале вообще была другая женщина.

Вскоре я подобрал трость, которую выронил в коридоре. Спрятал ее под простынями в том же помещении, где лежало тело мужчины. Разумеется, предварительно выпил из нее всю энергию.

Что касается остального, в подвале хватало артефактов. Если сравнивать с медным деревом, то эти предметы были примерно такими же по заряду. Что-то больше, что-то меньше. Я брал их и тащил наверх, предварительно высасывая все до капли и вытирая образующуюся черную слизь тряпками.

Почему-то чаще всего энергия скапливалась в подсвечниках и бумажных зонтах с выцветшим рисунком. Реже — в картинах и массивных медальонах на цепочках.

Потом я принялся вскрывать ящики. Переворачивал, разбрасывая содержимое, после чего переходил к следующему. Заметил закономерность: если где-то лежит сразу много предметов, то они не содержат энергию. Словно эйб впитывает то, что стоит отдельно, желательно открыто. Если предмет в коробке или просто замотан чем-то, то энергии в нем нет.

Но было одно исключение. Одна из коробок в дальнем углу одной из комнат сияла изнутри. И раз я вижу это сквозь деревянные стенки, значит, должно быть что-то очень насыщенное.

Добравшись до ящика, я с трудом оторвал приколоченную крышку и заглянул внутрь. Все пространство занимал стеклянный куб на подставке, но сияло то, что находилось внутри.

Темная, практически черная статуэтка, скорее всего отлитая из чугуна. Изображала она льва, но со странной, гипертрофированной плоской мордой. Словно это был лев с лицом человека, но лицо было странным. Четкие круглые глаза, плоский нос и нарисованный рот. Будто и не лицо вовсе, а маска.

Да и лев вроде не лев. Передние лапы слишком массивные, а грива больше похожа на ровное кольцо, обрамляющее лицо. Короче, странная фигурка. Зато энергией сияла так, что глаза слепило. Скорее всего, артефакт-карта среагировала именно на эту фигурку, обозначив место как потенциальный источник энергии.

Не раздумывая, я бросил подставку на пол, так что стекло со звоном разбилось при падении. Статуэтка с гулом упала на пол и покатилась. Подойдя к ней, положил обе руки на металл и принялся тянуть энергию. Я уже наловчился в этом деле, так что и проблем не ожидал.

В разных предметах энергия ощущалась по-разному и тянулась тоже каждый раз немного иначе. Проще всего было с подсвечниками: в них энергия ощущалась нежным и легким облачком, а при поглощении казалось, что окунаешь руки в теплую воду.

В этот раз все оказалось иначе. Энергия казалась чем-то горячим, клокочущим и злым. Мало того, она пульсировала и никак не хотела втягиваться. Чем больше я давил, тем плотнее становилась энергия в статуэтке, словно сжималась в комок на мои прикосновения.

Когда я усилил напор, то внезапно почувствовал всплеск и резкую боль в руках. Убрав ладони, принялся их рассматривать, но никаких внешних повреждений не заметил.

— Четверг, что это было?

— Недостаточно данных для анализа. Но могу сказать, что болевой импульс был невозможным: нервные окончания отключены.

— Хочешь сказать, я не мог почувствовать боль?

— Ты уже дважды порезался, трижды ударился коленом и один раз мизинчиком. А еще мышцы спины перенапряжены настолько, что не отруби я болевые рецепторы, ты бы сейчас лежал пластом и стонал, зовя мамочку. Этот болевой сигнал был не от физического воздействия.

— Энергия в статуэтке… Она будто живая.

— И кусается, — подтвердил Четверг. — Есть ощущение, что этот кусок пирога нам пока не по зубам.

— Да ладно? Серьезно? Уверен? Откуда столько данных для такого точного анализа?

— Чувствую неприкрытый агрессивно-пассивный сарказм, босс.

— Бесит, правда? Ощущение у него, видите ли.

Руки все еще ныли, будто меня током ударило. Выпрямился, вытер пот со лба и посмотрел на статуэтку. В буквальном смысле и хочется, и колется. И что мне с ней делать? Откусить не могу, отдавать жалко.

Попробовал еще раз, но лев ударил в ответ еще сильнее, так что боль прошла до самого плеча. Даже дышать стало на мгновение трудно.

— Эй, че ты тут возишься, выродок? — послышался недовольный голос наемника. — Взял и потащил наверх.

Вздохнув, подобрал статуэтку и, больше не пытаясь вытянуть из нее энергию, потащил наверх. Ну не могу и все тут, пусть сами разбираются.

Отнес, отдал, побрел обратно. Оставалась еще одна комната для осмотра. Четверг сообщил, что суммарно мы накопили почти десять гигабайт энергоданных, которыми он постепенно насыщает мое тело. Какой будет эффект? Понятия не имею, но надеюсь, что он хотя бы будет.

В последней комнате я нашел кое-что интересное: бежевый плащ и серый костюм, ранее принадлежавшие джентльмену с тростью. Рядом валялся и монокль. Найти это все я сумел лишь по слабому энергетическому фону. Похоже, одежда пропиталась энергией в момент перехода в глубину.

Эта энергия ощущалась нейтральной. Спокойной и очень податливой. Точно такая же была в трости. Впитав все без остатка, я как можно незаметнее притащил простыню и накрыл все добро. На всякий случай, потому что наверху уже началась суета, а к нам спускался Лимпопо и спрашивал, не видел ли кто «усатого мудака в тупой шляпе».